Анна Гринь – Ведьма на работе (страница 8)

Парни выбрали свободный стол у окна, чему я была несказанно рада: по дороге я не успела как следует осмотреться, а обещанная еда пробудила во мне оптимизм и любопытство. Голова немного кружилась, на висках выступила испарина, поэтому я поскорее села на лавочку и прикрыла глаза.

– Что будешь? – спросил Мэй и указал на стену за невысокой перегородкой. Та была выкрашена черной краской, и на ней кто-то мелом расписал меню.

– Принеси ей что-то сытное… и побольше, – за меня решил Шарад, и я не стала возражать, ведь на самом деле была готова съесть абсолютно все. Даже экзотику. Даже так нелюбимые мной субпродукты. Лишь бы еда! Нормальная еда. Много-много еды! Огромную миску! А лучше тазик! Или ведро! Я все съем!

Я проводила Мэя полным надежды взглядом. Он поздоровался с усатым верзилой в чистом белом переднике, пожал ему руку и, широко размахивая руками, принялся ему о чем-то рассказывать.

Интересно, я понимаю, что говорят мои новые знакомые, но как будет с людьми из других миров?

Ожидая заказ, я вертела головой, стараясь подметить каждую мелочь. Но обстановка и люди выглядели довольно обычно. Пусть мир и не мой родной, но и здесь люди такие же, как у нас. Ни дополнительных ушей, ни хвостов, ни даже вертикальных зрачков. И все эти внешне привычные люди сидят на самых обычных стульях и лавках за самыми обычными столами.

А остальные миры тоже похожи на этот?

Мне очень хотелось задать все пришедшие в голову вопросы, но почему-то озвучивать их Шараду не хотелось. Мэй улыбчивый и открытый, а этот… еще и кинжалом размахивал!

Не подозревая о моих размышлениях, парень стащил капюшон и хмуро прищурился на темнеющее небо за окном. Как я и думала, у него оказались серебристо-белые волосы, но брови и ресницы – темно-русые. А глаза – темно-зеленые, цвета малахита.

Я помалкивала, да и Шарад не стремился развлекать меня застольной беседой. Появление Мэя с тремя огромными кружками разрушило неловкость ситуации. Рот тут же наполнился слюной, когда я учуяла кисло-сладкий аромат сидра. Перед глазами тут же все померкло, кроме огромной кружки.

Все же я человек, родившийся и росший во времена, когда не было никакого ограничения в еде. Всего несколько дней – и я готова душу продать, но основательно поесть.

Только я хотела протянуть руку к прохладной глиняной ручке кружки, как Шарад отодвинул от меня сидр и строго высказал Мэю:

– Не надо ей. Глянь, похожа на облезлую голодную кошку. Еще захмелеет с голодухи.

– От сидра-то? – фыркнул Мэй, но возражать не стал, снова ушел и на этот раз принес мне отдельный кувшин с компотом и кружку.

После пресной каши-супа самый простой компот из яблок показался мне божественным нектаром. Я едва не расплакалась. А когда передо мной поставили объемистый горшок, от которого валил пар, я окончательно потеряла связь с реальностью.

Густой бульон побулькивал, пахло от еды странно, но в горшочке явно было какое-то тушеное мясо и овощи, а в плетенке моего внимания поджидал чуть сероватый, но самый настоящий хлеб.

– Так… – начал было Мэй.

– Подожди, – одернул приятеля Шарад. – Она тебя все равно не слышит.

– Ладно, но мы даже имени ее еще не знаем, – прошипел брюнет. – И нужно понять, что нам теперь с ней делать.

Не вникая в их беседу, я ложка за ложкой вычерпывала содержимое горшка. И даже когда почувствовала себя сытой, все равно продолжила жевать и глотать. Мало ли! Я не знаю, где и когда буду есть в следующий раз.

– Не думал, что в нее столько влезет, – подперев голову кулаком и наблюдая за мной, весело признался Мэй.

Спустя четверть часа, когда я утолила первый голод… и второй тоже, а потом плавно перешла к запасам впрок, неустанно уговаривая себя, что еще кусочек в меня обязательно поместится, Мэй приступил к рассказу о том, во что же такое я вляпалась по самые уши. Я слушала, кивала и время от времени задавала вопросы. И не удивлялась ни услышанному, ни своему возмутительному спокойствию. Все же сытость положительно влияет на восприятие мира, пусть и чужого.

Родом вся троица, включая злополучную ведьму, происходила из мира, который Мэй назвал просто Первым. Обитатели этого мира считали себя первооткрывателями многомирности и, не страдая от скромности, нумерацию начали с себя. Мир этот в целом походил на Землю. Правда… со своими особенностями. В Первом мире не было промышленной революции или чего-то подобного, потому как с очень древних времен все его развитие строилось на использовании магии.

И к нынешнему времени, в которое жили сами парни, магия проникла во все сферы, но ее использование оставалось привилегией немногих одаренных. Их в Первом мире называли магами или волшебниками, но по сути своей это были талантливые магические ученые. Сами они не занимались какой-то рутинной работой, а лишь придумывали новые и новые возможности использовать магию.

Тех, кто просто осуществлял применение того, что придумывали маги, называли ведьмами, ведьмаками, колдунами и колдуньями. Это они делали всю ту тяжелую и рутинную работу, пока маги задумчиво взирали на доски и пили кофей по десять раз на дню.

По забавной случайности среди магов почти не было женщин, в то время как среди ведьмаков и колдунов они составляли большинство.

Но при всем при этом тех, кто владел магией, было не так уж много. В сотни раз меньше, чем обычных людей.

Раз в десять лет в семь школ по всему Первому миру набирали для обучения будущих ведьм и ведьмаков. Там же проходили обучение и обычные люди, которые после нанесения специальных татуировок могли напрямую взаимодействовать со всем магическим.

Закатав рукава, Мэй продемонстрировал темно-синие узоры, оплетавшие его руки от запястий и, по его словам, доходившие до плеч.

Те, кто работал с магией, были гораздо обеспеченней остальных, но без специальной подготовки взаимодействие с чем-то магическим могло обернуться смертью. Так, просто жить в доме, где настроено магическое освещение, мог кто угодно, а вот исправить неполадку – только ведьмак или специально обученный человек.

Поэтому многие семьи обычных людей стремились устроить своего ребенка на обучение в магическую школу. В школах их делили на две группы: бытовую и боевую. После выпуска в общество вливались новые работники, которых я не смогла бы назвать иначе, чем магсантехники, магэлектрики и тому подобные магспецы. Из боевой группы выходили магвоенные, магполицейские и даже магпожарные.

И вот среди выпускников этих семи школ раз в десять лет проводили жеребьевку, определяя, кто на время отправится работать в Семимирье. Уклониться от этой участи было невозможно, так что трем несчастным ничего не оставалось, кроме как позволить запихнуть себя в портал до места назначения.

– А почему именно раз в десять лет? – уточнила я.

– Ну… магам удалось настроить портал лишь на такую периодичность, – пожал плечами Мэй, заглядывая в пустую кружку.

– Выходит, вы здесь застряли на десять лет?

– Осталось около четырех, – поправил меня брюнет.

– И, по вашим словам, я не смогу отсюда выбраться… – медленно произнесла я, – раньше, чем через эти четыре года?!

Мэй глянул на Шарада и кивнул.

– Вообще никак?

– Вряд ли, – не стал меня обнадеживать парень.

– Вот вообще-вообще никак? – не унималась я.

– Видишь ли, мы не маги или колдуны, чтобы знать точно, – извиняющимся тоном ответил Мэй.

Кусая губы, я долго таращилась в пустой горшок, а потом со вздохом сказала:

– Но эта ваша… ведьма смогла найти способ отсюда слинять! Как?

Оба парня синхронно пожали плечами.

– Честно говоря, мы не думали, что она сбежит, – признался Мэй. – Она могла придумать какой-то способ уйти в один из миров Семимирья. Откуда ж знать, чему ее обучали и на что люди с магическим даром способны в минуту отчаяния. А она умудрилась удрать домой.

– Ну здорово! Мало того, что я сюда попала, так еще и некому объяснить, каким образом такое несчастье перепало именно мне, – хватаясь за голову, простонала я. – А хоть… Я хоть в свой мир вернусь, когда срок выйдет?

Парни переглянулись, и Шарад ответил за обоих:

– Этого мы тоже не знаем.

Вот это засада! А где же мудрый и добрый наставник, положенный герою, чтобы все ему объяснить, а потом просвещать и наставлять на пути к великой славе? Где мои бонусы? Где мои плюшки? Вместо пряников у меня очень грязный дом и два новых знакомых, которые совершенно ничего не знают!

– А зачем вам вообще ведьмы? – спросила я в отчаянии. – Вы сами сказали, что охотитесь на монстров из других миров. Но как в вашем деле вам может помочь кто-то с магическим даром? Не в качестве же наживки?

Парни переглянулись, и за обоих мне снова ответил Шарад:

– Все магические предметы нуждаются в подзарядке. Залить силу в оружие, которым мы пользуемся, может только носитель магического дара.

– Так ведьмы и ведьмаки – ваша переносная батарейка? – фыркнула я. – Мило. Но вот… я не ведьма. Я из мира, где магия если и есть, то явных доказательств ее существования нет. У нас не учат магии. И меня никто не учил. Тем более в специальной школе.

– Возможно, ты ошибаешься, – убежденно перебил меня Мэй. – Если бы у тебя не было дара, ты бы не смогла сюда попасть.

– Может, все дело в этом кольце, – не согласилась я и потрясла перед парнями рукой. – А сама я не ведьма!

– А может, ты просто не подозревала о том, что ты ведьма, – сказал Мэй.