Анна Гринь – Развод. Будущий бывший муж (страница 17)

Когда моя машина оказалась между двух домов как раз на перекрёстке на проспект, Снежана стала не только поддавливать меня сзади. Она слегка обогнула мой внедорожник и стала сигналить раза в два интенсивнее.

Тим выругался:

— Черт, где он? Блин, его дура тут с ума сходит. Слушай, дай-ка я запишу это сейчас на камеру.

Я положила руку на коленку сына и попросила:

— Успокойся, пожалуйста, хоть ты не доводи.

Я медленно выехала на проспект и сразу перестроилась в боковой ряд, потому что мне уходить направо. В этот момент слева меня подрезал темно-серый седан, и я неудачно сдала правее, тем самым прижимаясь почти к обочине.

Снежана продолжала сигналить и, поравнявшись со мной, стала что-то кричать из своей машины. Я не понимала, что она от меня хотела, но старалась сбавить скорость, как только могла. Из-за этого мне сзади стали сигналить остальные водители, я в растерянности прибавила газу и ушла вперёд.

В этот момент я потеряла из поля зрения машину Снежаны и, притормозила на светофоре. Только попыталась выдохнуть, но в этот момент наперерез мне с перекрёстка выехала другая машина. Она была так близко к моему капоту, что я даже вздрогнула, а в следующий момент сильный удар сзади заставил мою машину качнуться вперёд и все-таки я зацепила проезжающий внедорожник.

Меня больно приложила о руль грудью.

Тим заорал почти матом.

Лида завизжала. Я бросила мельком взгляд на заднее сиденье, проверяя дочь. Она была жутко напугана, и в заднее стекло я разглядела, как тойота Снежаны снова набирает скорость и со всей дури опять влетает в зад моей машины.

Меня снова толкнуло вперёд, но на этот раз не очень удачно: сработала подушка безопасности из-за того, что капот ещё сильнее влетел в бочину внедорожника передо мной.

Меня приложило затылком о подголовник.

В следующий момент я ощутила резкую боль в грудине и поняла, что подушка безопасности со всей силы ударила меня в лицо, в грудь, в живот.

Я, испуганная, облизала губы.

В голове все шумело.

Тим что-то матерился и орал. Он попытался отстегнуться, но ремни безопасности заклинило, я ощутила металлический привкус на губах.

Грудную клетку сдавило болью.

Она резко упала вниз.

Толкнулась глубже, выгрызая себе место внизу живота.

Я поняла, что можно было не записываться в больницу в понедельник.

За меня все решила судьба.

Ударом избавила меня от моей маленькой любви, которую я грела внутри, под самым сердцем.

Глава 22

Во рту проступил неприятный привкус крови, и было чувство, что от его металлического послевкусия у меня скрипели зубы. Я тяжело задышала, стараясь отпихнуть от себя подушку безопасности, и в это время услышала рык.

— Твоя подстилка въехала нам в зад. Маму ударила подушка безопасности. Да ты вообще знаешь кто? — Тим орал, как резаный. Сзади кричала Лида. Я постаралась отпихнуть от себя подушку, но меня перетянуло болью в груди настолько сильно, что казалось, будто бы у меня ребра разъехались в две стороны. — Какая тебе нахрен разница, где мы? Самое главное, что эта дура влетела нам в зад, а мы передом протаранили внедорожник. Да, да, я слышу тебя…

— Тим, скажи адрес, — прошипела я, понимая, что Лида напугана, Тим взбешён, а у меня перед глазами все плыло.

— Мама, — зарычал сын и фыркнул. — Проспект мира тринадцать. Если ты сейчас сам не приедешь, я её ушатаю, я нахрен заберусь на капот и буду долбить ей по лобовому, пока она не заорёт. Не учи…

Тим ещё раз дёрнулся, бросил телефон на панельку и попытался вывернуться из-под ремня безопасности. Я толкнулась правой рукой к своему, и у меня быстро смотался весь ремень, ударив защёлкой прямо по скуле.

Я приложила руки к низу живота, пытаясь понять, что происходило со мной.

— Лида, Лида, девочка моя, не плачь, пожалуйста, — прохрипела я, упираясь головой в подголовник. — Лид, все хорошо, ты не стукнулась, не ударилась?

— Нет, мам, просто страшно…

Тим резко выскочил из-под своего ремня безопасности, спустившись просто на коврик с сиденья, а потом с ногами перелез на заднее и отстегнул от всех ремней Лиду. Резко наклонился, дёрнул ручник, заблокировал колеса.

— Мелочь, тихо, тихо говорю.

А я подняла глаза, увидела, как из внедорожника вышел здоровый волосатый мужик. Он начал размахивать руками. Я прикусила губы и стала мотать головой.

— Тим, сиди в машине, пожалуйста, — хрипло произнесла я.

— Мам, не выходи. Сейчас он приедет. Пусть он разбирается. Это его подстилка все устроила.

— Да, ты прав, — я снова откинулась на подголовник и туго сглотнула. Мужик подошёл, начал стучать мне в окно.

— Вы целы? Вы целы, девушка? Девушка, у вас кровь идёт.

— Мам, он что-то хочет…

У меня так звенело в голове, что я не слышала ни мужика, ни Тима. До меня просто доносились обрывки разговоров. Мне казалось, как будто бы у меня уши ватой набиты.

— Девушка, дверь откройте, дайте я вас вытащу.

Тим что-то верещал, Лида хныкала, я, не понимая, расфокусированным взглядом смотрела на дорогу перед собой.

Тварь мелочная, малолетняя тварь, стерва.

Двое детей в машине.

Эта дрянь не побоялась ничего.

Эта дрянь возомнила себя какой-то всемогущественной от того, что её один раз трахнул богатый папик.

Вместе с болью откуда-то снизу у меня поднималась давящая злость. Она перекрывала мне воздух, и я все чаще сглатывала, боясь, что меня сейчас накроет тошнотой, но вместо этого…

— Тим, сиди, — сказала я хрипло и все-таки схватилась за ручку двери. Машина щёлкнула, мужик отшатнулся.

— Стойте, куда вы? Подождите, на вас лица нет, что случилось?

— Подушка безопасности сработала, в меня въехала девка на тойоте, — сказала я и опёрлась плечом о заднюю дверь, потом увидела, как Снежана что-то трещит по телефону и, сцепив зубы, медленно, аккуратными махонькими шажками дошла до её машины и постучала в окно.

— Что? Что уже настучали Валерию, да? Ну, сейчас приедет, ещё посмотрим, за кого он заступится. Ты меня оскорбила.

В этот момент меня отодвинул этот мужик и резко дёрнул ручку двери. Снежана завизжала.

— А ты кто такой? Пошёл нахрен отсюда!

— Я кто такой? Ты сейчас у меня быстро и имя моё запомнишь, и должность мою запомнишь, и тачилу, в которую ты долбанулась, тоже запомнишь навсегда.

Мужик выхватил из её рук мобильник и зашвырнул куда-то в салон, следом перехватил её плечо и дёрнул на себя.

— Пошёл вон! — Снежана упёрлась всеми руками в проем двери и попыталась пнуть его ногой, но в этот момент мужчина вытащил мобилу и сказал:

— Слушай, подъедь, пожалуйста, да ментов тоже прихвати. Здесь одна полоумная чуть девчонку не угробила с детьми в машине, так ещё и мне тачилу раздолбила.

— Эй, что ты несёшь, не было ничего такого.

Но в этот момент он отвлёкся, толкнул Снежану обратно в салон и развернулся что-то говоря по телефону.

Я наклонилась и прошипела:

— Я тебя сейчас удушу…

На Снежану не повлиял этот мужчина, который стоял огромной скалой и нависал над ней. На Снежану не повлияли слова Валеры, который ей тут же позвонил, поэтому она тут сидела с мобильником, но то, как я произнесла всего три слова, заставило её распахнуть глаза и обнять себя руками.

— Я тебя сейчас удушу, ты посмела покуситься на моих детей, — каждое слово вырывалось у меня с хрипом, я опёрлась рукой о крышу машины и смотрела немигающим взглядом в глаза Снежане. — Ты решила поиграть на бесценном…

Я резко дёрнулась вперёд и схватила Снежану прям за декольте. Она взвизгнула, попыталась вырваться, но, понимая, что я не тот мужик, она это быстро прекратила, и я, подтягивая её за футболку, вытащила наружу, придавила всем телом к задней двери.