Анна Гращенко – НИИ ядерной магии. Том 3 (страница 53)

Фима открыла глаза с громким «Ха!». Она явственно ощущала, что тело наполнено магией – и её намного, намного больше, чем было когда-либо ранее.

– Ну так как, Фи-моч-ка, что скажешь? – замурлыкала Хытр.

Она стояла рядом с огненным столбом, лениво разглядывая свои ногти.

– Скажу «сильник».

Фима выполнила нужный пас рукой, и Хытр едва успела скрестить перед лицом руки для защиты. Мгновенно появившийся перед ней щит сделал своё дело и не дал удару коснуться хозяйки, но всё равно дух сдвинулась на несколько метров, оставив в земле глубокие следы от ног.

– Мой Ритуал завершён, – сказала Фима, направляясь к огненному столбу.

– Нет, пока я не сказала, – Хытр зарычала и, оскалившись, направилась к Фиме.

Та уже тянулась к огню, когда он просто напросто пропал. Хытр повторила низким голосом:

– Нет, пока я не сказала.

Глава 20

Быстрый прыжок в сторону – и Фима снова затерялась среди стволов цветущих деревьев. Подгоняемая переполнявшей тело магией, она двигалась быстрее и ловче, чем когда-либо в жизни. Освобождённый резким прыжком поток воздуха схватился за веточки персика и вишни, дёрнул их и сорвал сотни нежных лепестков. Те закрыли рощицу, подобно цветочному занавесу, и дали Фиме несколько лишний мгновений, чтобы занять наиболее удобную позицию. Она не преминула этим воспользоваться и с ловкостью циркового акробата забралась на дерево и скрылась среди ветвей. Фима напряжённо всмотрелась вдаль и прислушалась, но тонкости её чувств было недостаточно для того, чтобы распознать, где находился дух.

Хытр не стала вступать в переговоры или предупреждать о своём приближении – она просто обхватила юную ведьму потоком магии и сдёрнула с дерева. Фима брыкалась и пыталась уцепиться за ветки, но безуспешно. Она не успела даже ничего понять – её просто резко толкнуло что-то в спину, и она кубарем полетела вниз. Каждый раз, когда удавалось ухватиться за сук, что-то незримое дёргало её руку и заставляло разжать пальцы. Видя стремительно приближающуюся землю, Фима зажмурилась. Но удара не последовало.

Она раскрыла глаза и уставилась на почву, что замерла в паре сантиметров от её носа. Приподняла голову и попыталась осмотреться – вокруг только трава, цветы. Но вдруг в поле зрения попала также пара босых ног.

– Ох, маленькая дерзкая мышка, – промурлыкала Хытр. – Хороша была попытка. Даже наказывать тебя за это не стану.

– Рада, что тебе весело, – процедила Фима, дёрнувшись всем телом.

Действие это оказалось безрезультатным – она будто висела в глубоком невидимом гамаке со связанными руками и ногами.

– Ну, для веселья всё слишком быстро закончилось, мышонок, – Хытр засмеялась ласково, будто была мамой, что говорила с непоседливым малышом.

– Так кто же сказал, что закончилось? – ухмыльнулась Фима, а следующие слова она проговорила одними лишь губами: – Хоть выринуться.

Заклинание сработало безукоризненно: путы спали, и Фима наконец-то рухнула на землю. Она моментально вскочила на ноги и сказала громко и чётко:

– Брниа!

Эхо её голоса ещё облетало лесок, когда Фима уже ощутила, как кожа холодеет под тонким, но плотным воздушным слоем. Этому заклинанию ещё в детстве её научил Батя Каракулин – установка брони, своего рода воздушного доспеха. Она всегда думала, что это излишняя предосторожность, но как же приятно было, что в нужный момент оно так легко слетело с языка.

– Ц-ц, – Хытр вздёрнула верхнюю губу и посмотрела на Фиму с презрением. – Зря я залюбовалась твоими глазками-бусинками, да? Грызуны – бич любого из миров.

Короткий укол боли настиг Фиму пониже колена, будто кто-то ткнул её спицей. Но проткнуть воздушный доспех не смог. Потом ещё один – в районе живота. Следующий – на щеке. И после, будто прощупав почву, невидимые спицы полетели одна за другой, пронзая десятками болезненных уколов. Ни один из ударов не повредил кожу – защитное заклинание работало исправно, просто было слишком слабым для такого напора. А более сильного Фима не знала. Есть, конечно, та же «спона» и несколько других защитных заклинаний, но все они на порядок ниже того, что она применила сейчас.

«Тогда надо оперативно придумать новое», – решила Фима и, стиснув зубы от боли, огляделась вокруг.

Времени изучать материалы и выстраивать заклинание по кирпичику не было, и потому Фима искала вдохновения, какого-то знака, который принёс бы ей удачу. Она остановила взгляд на цветущем кусте сирени, что притаился в глубине рощицы. И неожиданно придумала не заклинание, а другую стратегию борьбы.

«Я, конечно, молодец, но грубой силой духа мне не перебороть», – подумала она.

– Кобь! – крикнула Фима и дополнила слово комбинацией пасов руками.

В том, насколько сложным было заклинание удачи, ей всегда виделась насмешка. Десятки более серьёзных чар можно было наложить одним лишь словом или дополнив его коротким движением. Для того же, чтобы усилить свою удачу, нужно было сменить семнадцать позиций рук, выполнить их безупречно и при этом уложиться в восемь секунд – не больше и не меньше. Иначе придётся начинать всё заново.

К счастью, именно в этот раз заклинание начало работать в сотую часть силы ещё после пятой позиции, это помогло Фиме завершить его без промашек и в срок. На шестнадцатом жесте – «драконе», для которого все пальцы, кроме больших и мизинцев, нужно переплести, а свободные упереть друг в друга, образуя два треугольника – одна из невидимых игл пронзила воздушную защиту и вошла в предплечье. Фима поморщилась от боли, покосилась на полившуюся струйкой кровь. Но всё же не сбилась и завершила заклинание. После семнадцатого жеста Фима перестала чувствовать боль и вместо этого услышала треск за спиной. Все иглы пролетели мимо, не попав в цель. Они хаотично врезались в стволы деревьев, срывали листья, ломали тонкие суки.

– Ты ловкий, ловкий мышонок, – нежно проговорила Хытр, сделав несколько медленных хлопков в ладоши. – Ну что ж, поговорим? Или ещё поборемся? Ты же не думаешь, что твоей удачи хватит надолго?

Фима прислушалась к себе: силы бурлили в венах, перекатывались в мышцах. Её хватит довольно надолго, но есть ли толк в соревновании с духом, владеющим беспрепятственным доступом ко всей магии разом?

– О чём ещё ты хочешь поговорить? – спросила Фима, переводя дыхание.

– Да хотя бы о том, что пламя перехода сжигает дотла тех, кто пытается сбежать отсюда, не получив моё разрешение.

– Врёшь.

– Отнюдь. Мне твоя смерть совершенно не с руки, Фи-моч-ка. Я тебя спасла, да ещё и не раз, а получила что? – она фыркнула и скрестила руки на груди. – Одну лишь неблагодарность.

Ведьма сомневалась. Она от огня опасности не ощущала, но легко могла допустить, что Хытр говорит правду.

– Такая ловушка – это в твоём стиле, не так ли? – спросила Фима. – С ней проще заставлять людей идти на жертвы, которые они делать не хотели.

– Не без этого, милый мой мышонок, – Хытр спрятала острые зубы и надела маску невинности. – Ты права, забрать что-то без волеизъявления обладателя я не могу. Вот и приходится эту волю слегка, кхм, стимулировать и корректировать.

– И что, мне по-прежнему нужно с тобой сделку заключить?

– Всё так.

– Но я уже получила свою силу, – на этих словах узоры на плечах Фимы засверкали будто драгоценные камни. – Эти сделки вообще были не нужны, вы нас обманывали! Ты нас обманывала!

– Вот только я подумаю, что ты умная мадемуазель, как сразу же меня разочаровываешь, – Хытр всплеснула руками. – Найдёшь сама ошибку в своих рассуждениях, или помочь тебе, мышка?

Фима хотела ответить колкостью, но проглотила злой комментарий. Вместо этого она задумалась, стараясь понять, что до неё пытается донести Хытр. Дух не выглядела агрессивно, хотя Фима уже знала, что это может измениться за одно мгновение. Не было и сомнений в том, что она была готова Фиме навредить. Её призыв к разговору едва не пробил воздушный доспех Фимы и в щепки разнёс несколько деревьев позади. Однако что-то подсказывало Фиме, что торопиться не стоит. Возможно – только возможно! – дух говорит больше правды, чем ей казалось.

– Делаю вывод, исходя только из своего опыта? – предположила девушка.

Хытр расплылась в сладчайшей улыбке:

– Конечно же, – она соединила руки за спиной и начала расхаживать вокруг Фимы. – У тебя удивительная связь с землёй, ты знала об этом?

Фима отрицательно помотала головой. Хытр продолжила:

– Вот, ты не знаешь, а она имеется. Есть ли это у других? Как думаешь?

– Не знаю.

– Давай по-другому. Попробуй угадать, сколько человек за последние, скажем, сто шестьдесят четыре года имели такую же сильную связь, как ты? Забавный факт: именно столько лет нашему юному порту, если ты не знала.

Она насмешливо уставилась на Фиму в ожидании ответа.

– Я даже не знаю, о какой связи речь, – попыталась уйти от ответа та.

– Ну как же, о твоей, – Хытр с ухмылкой простёрла руку в её сторону. – С землёй. С магией. Она любит тебя, мышонок, побольше других мышек.

– Цветы от моего прикосновения не расцветают, зёрна не прорастают, я не понимаю, о чём ты!

Хытр оскалилась и рявкнула, заставив Фиму вздрогнуть:

– Так угадывай вслепую, глупая мышь.

– Тысяча, – ляпнула та наугад.

– Холодно.

– Сто.

– Холодно.

– Десять? – в голосе Фимы зазвучала неуверенность.

– Мороз невелик, да стоять не велит.

– Пять?

– Сквозняк какой-то, чувствуешь?