Анна Герцева – Брак по расчету. Невеста босса (страница 28)

— Куда… бежать… — мой голос звучал безжизненно. Я правда сейчас чувствовала себя просто оболочкой, лишившейся внутреннего наполнения.

Вся более-менее склеенная по частым моя псевдожизнь в формате этого проклятого брака по расчету трещала сейчас по швам…

Он снова улыбнулся, похлопав меня по руке. Совсем по-дружески. Знаете, это как доктор утешает пациента, услышавшего нехороший диагноз.

— Я помогу Вам, Златочка. Ни о чем не беспокойтесь. Принесите мне договор, который Вы подписали с Дементьевым. Мои юристы его оперативно изучат и скажут, как максимально быстро разорвать все ваши «деловые», — он усмехнулся с акцентом на это слово, — контакты. О финансовой стороне вопроса не волнуйтесь. Я помогу Вам с достойной работой. Мы все решим…

Я не помнила, как вышла из офиса Флипи. Не помнила, как долго брела по улице, в каком направлении, как вообще переходила дорогу, останавливалась на светофорах, как не сталкивалась с прохожими, сквозь которых смотрела, не видя ничего и никого перед собой.

Да, мой мир обвалился, когда я узнала про предательство Андрея. Но почему-то именно сейчас я ощущала себя намного в большей степени разбитой, разобранной на мелкие острые осколки, чем после того, как муж выкинул меня из дома и нашей привычной жизни. Возможно, дело было в том, что именно сейчас я поверила в себя, впервые посмотрела на свою жизненную перспективу как на нечто зависящее от меня, а еще потому…

Потому что Флипи жирными мазками добавил образу Дмитрия те самые недостающие черты, которые не давали мне воспринимать картину целостно… Да, по сути это были всего несколько мазков, но самое страшное, что именно они определяли настроение всей картины. Знаете, это как на уроке рисования- достаточно не так провести несколько штрихов- и вместо благородного добродушного лица появится жуткая гримаса…

Небо темнело на глазах, вот-вот норовя расплакаться на вечно спешащих по своим делам прохожих. Час-пик еще не начался, но многие уже успели ускользнуть с рабочих мест, пытаясь быстрее попасть домой- к родным и близким. А я опять дрейфовала, не понимая, что делать. Опять потеряла ориентацию во времени и пространстве.

Дрожащими руками взяла телефон, на который успели упасть пару жирных капель с неба. Нашла в списке контактов свекровь.

— Анна Сергеевна, это Злата. Нужно встретиться, — выпалила я на одном дыхании, когда на четвертый гудок она все-таки подняла трубку.

Глава 31

Все больницы имеют одно и то же лицо. Высохшее, равнодушное. Не жестокое, но бесстрастное. Здесь не щадят, не подготавливают к правде, не отвлекают от неё. Здесь заставляют принять правду такой, какая она есть. Именно поэтому даже цвет стен в больницах кипенный белый, а лампы- люминесцентные, кислотные. Кто вообще может выглядеть прилично в таком освещении? Разве что правда…

Я ненавидела больницы. Наверное, во многом из-за Сени… Еще с роддома, когда мы за день до выписки из-за халатности какой-то медсестрички подхватили стафилококк и провалялись в стационаре еще десять дней. Ну а когда вскрылась проблема сына, госпитализации для всевозможных проверок и осмотров на два-три дня в подобные бесчувственные стены стала нашей рутиной. И сейчас, одна только мысль, что мне придется пересечь порог такого учреждения, добавляла гадкости ощущениям от моего текущего состояния.

Именно поэтому я испытала облегчение, когда увидела, что Анна Павловна ждет меня снаружи, сидящей на входе на лавке. Пасмурная погода со свинцовыми тучами, нависающими сверху- ведь дождь так и не решился полить- придавала этой картине запах и цвет осени посреди лета.

— Здравствуйте, Анна Павловна, — поздоровалась первой и села рядом.

Она ответила не сразу. Так и молчали пару минут. Нет, я не подбирала слова и не ждала, что первой говорить начнет она. На душе было так пусто, что, казалось, порывы ветра, принесшие в этот летний день осеннюю промозглость, сквозняком проносятся у меня внутри. Не до разговоров было. У каждой из нас внутри сейчас происходил свой, собственный разговор. И в то же время, нужно было, чтобы мы сейчас вот так сидели рядом. Две женщины, совсем разные, с совершенно разными взглядами на жизнь, чьи параллельные прямые все-таки пересеклись.

— Не понимаю, зачем ты пришла, Злата… — все-таки нарушила молчание свекровь. — Что, надо было дождаться того, чтобы моего сына едва не отправили на тот свет, чтобы ты, наконец, смягчилась? Сжалилась над Андреем, наконец? Снизошла?

Я ответила не сразу.

— Анна Павловна, давайте проясним… Я не вернусь к Андрею. И здесь я не потому, что смягчилась или сжалилась. Я не смягчалась, потому что и не черствела. Я всю нашу семейную жизнь с ним старалась строить на честности. Свой выбор сделал он, а не я. Но как оказалось, выбор правильный. Не зря ведь говорят, что ни делается, все к лучшему… Между нами все кончено. И в этом больше нет ни драматизма, ни надрыва. Как минимум с моей стороны. Надеюсь, что и с его тоже. Если даже в силу своего сложного характера он сейчас это не понимает, со временем поймет. С ним я видеться не хочу, простите. Да и ему это тоже не нужно. Я просто хочу знать правду. Что произошло накануне? Как они подрались? Вы знаете?

Она перевела на меня полный укора взгляд.

— Боишься, что Андрей на твоего хахаля накатает заяву в ментовку? И правильно сделает, если накатает! Бандит твой Дмитрий! Нормальный человек разве может вот так, одним ударом!

Я перевела дух, пытаясь снова охладить градус нашего разговора.

— Не думаю, что Дмитрию имеет смысл бояться полиции, Анна Петровна, и Вы это прекрасно понимаете. Я пришла сюда к Вам как к женщине. В свое время именно Вы просили меня посмотреть на свою жизнь с женского ракурса. Этим я сейчас и занимаюсь. Дмитрий вступил в клинч с Андреем из-за меня. Обоснованно с мужской точки зрения- неправильно написывать ночами напролет женщине, которая больше не с тобой. Но речь сейчас не об их мотивации. В доме Дмитрия со мной живет Ваш внук. И мне действительно важно понимать, правильно ли я поступаю, что допускаю нового мужчину до своего ребенка… Чувства женщины- это один вопрос. Наличие у нее ребенка- второй. Ребенок для меня был, есть и будет в приоритете. И мне важно знать, не совершаю ли я ошибку, вводя его в эту новую жизнь… Сама идя с ним на руках в эту жизнь…

Женщина молчала. Перевела на нее взгляд и вдруг почему-то стало её очень жаль. Я мало знала о её судьбе. Когда мы познакомились с Андреем, она уже была вдовой, но даже те крупицы, что мне доставались, говорили о том, что всё там было непросто, хотя формально их семья была образцово-показательной по всеобщим канонам.

— Если ты об их драке, то Андрей начал первым, — тихо произнесла она, — по-хорошему он был не прав. Я была у него дома в тот момент, поэтому можно сказать, что всё видела сама. Говоришь, что ни делается, все к лучшему? — мрачно усмехнулась, — Андрюша в последнее время начал сильно пить, — заломила руки с отросшим маникюром, глаза в пол, — Дмитрий ворвался в его квартиру. Уже было поздно, я уговаривала сына лечь спать, чтобы утром нормально поговорить на трезвую голову. Он совсем забросил бизнес в последний месяц, даже мне начали звонить его клиенты, уточняли, что происходит. Твой мужчина был категоричен и лаконичен, ткнул ему в нос вашей перепиской или что там было, его сообщениями тебе- и пригрозил, что ноги повырывает, если он продолжит писать. Развернулся, уже шел на выход, когда Андрей начал его обзывать и что-то такое нехорошее ему орать в спину. Типа, что он за ним подбирает огрызки, что у женщины бывает только один мужчина- первый- и ему его место все равно никогда не занять.

Я вся скукожилась, в красках представляя, каким тошнотворным может быть Андрей в моменты перепалки… Он умел больно бить словами. Даже ранить. Одно дело, когда речь шла о беззащитной жене, но вот так бахвальски задираться по-петушиному на мужчину, который во всех смыслах тебе не ровня…

— Дмитрий развернулся, чтобы ему что-то ответить, но тут Андрей ударил его по лицу без предупреждения. Ну… Кто ж предполагал, что Дмитрий знал, как отвечать… Он двинул в ответ ему, тот упал, потерял сознание… Скорую мы вызывали вместе. И пребывание здесь он тоже оплатил…

Я сидела и слушала её, снова пораженная до глубины души. Не день, а какой-то шторм девять баллов…Что ни разговор, то откровение…

— Знаешь, а я где-то в глубине души рада, что вы разбежались… — внезапно выпалила Анна Петровна тихим-тихим голосом, — из-за Сени рада. Мальчишки видят, что дома происходит, наматывают на ус… Я вот всё думаю, что сделало Андрея таким… Он ведь не только к тебе был эгоистом всегда и к сыну, думаешь, он ко мне хорошо относился? Справлялся о здоровье, помогал? Нет, Злата, не было ничего… Мое присутствие в вашей жизни- сугубо моя собственная инициатива, да и то, скорее для того, чтобы не допустить, чтобы он пошел путем своего отца. Гулянки, драчки, измены, рукоприкладство… Вот что было изнанкой нашей образцово-показательной советской семьи, — печально усмехнулась, — он похож на своего отца… Я всё боялась, что он рано или поздно начнет руку на тебя поднимать… Как и папка его- только потому, что ему казалось, что там я высовываюсь, тут на меня кто-то не так посмотрел, а в этом я лучше него. А ты и правда лучше него и умнее. Эгоист в Андрее мог так же точно начать «ревновать» ко всему и вся… Им даже повода не нужно. Они сами придумают. Вот я тебя и занижала в его глазах. И в твоих собственных. Ведь наша сила в самооценке. Только в ней…