Анна Гельт – История трех убийц. Горько? (страница 7)

Марушка растерянно перевела взгляд с пакета на Зинаиду и обратно.

– 

Чего застыла как суслик у обочины. Вот пакет, выход к бакам через кухню, прямо по коридору. – Не прекращая натирать новую витрину, подогнала Зина Мари.

Подхватив упаковку, Марушка двинулась в сторону черного входа. С трудом распахнувшаяся, тяжелая задняя дверь, вела в небольшой проулок, чем-то напоминающий грязные, узкие улочки подворотен Нью-Йорка. Баки обнаружились практически сразу за дверью, буквально в паре метров от входа. Еле закинув тяжелые пакеты в утилизатор Марушка было уже собралась уходить, как заметила легкое шевеление с угла одного из баков.

– 

Чего уставилась? – Раздалось откуда-то из глубины грязного тряпья, которые Мари сначала приняла за груду ненужных, кем-то выброшенных вещей.

– 

Это ты мне? – Не поняла Марушка.

– 

Нет ***, Святому Петру. – Прохрипела куча, поднимаясь с земли. – Чего тут промышляешь? Это мои баки. – В сине-черной конечности, похожей на руку, показалась пустая бутылка из под шампанского. – Чего, вот это тебе надо было? – Угрожающе куча двинулась в сторону перепуганной Мари.

– 

Нет, что ты. – Попыталась оправдаться Марушка, пятясь медленно в сторону, успевшей закрыться двери черного входа. Однако кучу уже было не остановить.

– 

Ну, так на, за чем пришла. – Захрипело, уже набравшее скорость тряпье, размахнувшись обрушило со всей дури бутылку на голову Мари.

Яркий свет резанул по глазам, преобразовав внешнее пространство в белое пятно, голова безумно болела, а в носу стоял запах медикаментов. Немного проморгавшись Мари разглядела, аккуратно выкрашенную в светло-зеленый цвет комнату, обставленную несколькими панцирными кроватями. В комплект к каждой шла маленькая белая тумбочка. Венцом помещения были три деревянных, местами облупленных от некогда белой краски окна, сквозь которые в комнату легонько проникал холод.

– 

Ты, помимо того что настырная, еще и живучая. – Раздалось с правой стороны от кровати Мари.

– 

Зинаида Пална, надеюсь вы без своей любимой тряпки? – С трудом поворачивая ушибленную голову и пересохший язык, попыталась отшутится Марушка услышав знакомый, вечно ворчащий голос Зины.

– 

Как-то не успела прихватить, пока тебя в скорую грузила. – По доброму отбила шутку Зина. – Константин Яковлевич! Пришла в себя ваша непутевая.

– 

Ты как? – В дверях палаты показался Костя.

– 

Голова сильно болит. – Призналась Мари. Ощупывая перебинтованный затылок – Я тут как оказалась?

– 

Тебя Зина мусор послала выбрасывать. Хорошо я проверить вышел. Смотрю, а ты на земле снежинку в эйфории изображаешь. – Пояснил Костя.

– 

А голова почему забинтована? – Недоумевала Мари.

– 

Видимо поскользнулась, да о порог ударилась. – Пожал плечами Константин.

Дверь палаты снова приоткрылась. На пороге, в кипельно-белом халате и забавном, голубом чепчике с желтыми динозаврами, поправляя съехавшие с носа очки, стоял доктор.

– 

Ну, кто у нас тут в себя вернулся? – Поинтересовался вошедший, освещая палату «кафельной» улыбкой.

Пытаясь сквозь боль улыбнуться в ответ, Марушка помахала рукой.

– 

Так. Посетители подождите в коридоре. а я должен осмотреть барышню. – Все так же сквозь улыбку, доставая из кармана маленький фонарик, отдал распоряжение доктор. – Смотрим за рукой. – Деловито, по-медицински, уже к Маше обратился доктор.

– 

Константин Яковлевич, что вам так эта непутевая сдалась? – С душевной простотой поинтересовалась Зина, сидя на неудобном стуле в коридоре отделения травматологии.

– 

Поет она красиво Зинаида Пална. Есть в ней что-то такое необъяснимо-притягивающее – Немного подумав ответил Костя.

– 

И всего лишь? – Удивилась Зина.

– 

Как ни странно, да. – Подтвердил Константин.

– 

Завтра можете забирать. – Прервал душевный разговор, выйдя из палаты, подвел итог осмотра доктор.

Остаток дня в больнице, пролетел для Мари как одно мгновение.

Следующим утром, с выпиской в руках, чепчике из бинта на все еще гудящей голове, однако в чудесном настроении Марушка садилась в машину Кости.

– 

Доктор сказал, что тебе ближайшие пару дней нельзя напрягаться. – Начал из далека Константин.

– 

Да? А как же я Петру Семеновичу помогать буду? Это ж мне ночевать… – Путано и взволнованно, попыталась выстроить в гудящей голове мысль Мари.

– 

Я снял тебе комнату. – Прервал поток несвязной речи Константин.

Мари притихла.

– 

На счет оплаты не беспокойся. Поработаешь у меня пару месяцев на посуде, вот считай и закроешь долг. – Улыбнулся Константин.

– 

Спасибо тебе. – Опустив глаза поблагодарила Марушка, еле сдерживая слезы.

– 

Да не за что на самом деле. – Немного смутившись ответил Костя.

– 

Я вот только одного понять не могу. Ты чего со мной носишься как с писанной торбой? Зина сказала что у тебя вроде свадьба скоро. – Решилась задать мучивший уже несколько дней вопрос Мари .

–