Анна Гаврилова – Золотой ключик для Насти. Книга 2 (страница 9)

– Ничего, – кронпринц очень старался, чтобы голос звучал нейтрально. – Просто погостишь у нас.

– Зачем вы меня удерживаете? – не унималась девушка.

– Не «зачем», а «почему».

Он замолчал, наслаждаясь её румянцем. Во взгляде зеленовато-карих глаз смешались страх, растерянность и высшая степень недовольства. И куда же подевалась та отчаянная смелость, с которой она отбивалась от обыска?

– И? – протянула колдунья.

Эрик заломил бровь. К гамме её чувств добавилась злость, настолько искренняя и сильная, что принцу захотелось отшатнуться.

– Почему вы меня удерживаете? – не выдержав, процедила девушка.

– Потому что ты не сдержала обещание, – на губы Эрика прыгнула самодовольная улыбка.

– Бред, – помолчав, фыркнула колдунья.

Он проигнорировал реплику, сказал почти любезно:

– Пойдём. Я покажу тебе дворец.

После повернулся к Кардеру, который всё это время стоял рядом и внимательно следил за разговором.

– Распорядись насчёт апартаментов для нашей… гостьи.

«Смежные с твоими?» – усмехнулся блондин.

«Конечно,» – невозмутимо отозвался принц.

Глава 4

Происходящее всё сильней напоминало сон. Самый дурацкий из всех возможных. Я чувствовала себя Алисой в Зазеркалье, правда, в отличие от Кэрролловской героини, относиться к происходящему спокойно не могла. В душе боролись два чувства – страх и злость. Эрик беззастенчиво подстёгивал и то и другое.

После встречи с королём, который мягко говоря, послал, их красноволосое высочество потащили меня на экскурсию по дворцу. В других обстоятельствах я бы упала в обморок от одного взгляда на такую красоту, сейчас же с трудом сдерживала желание поморщиться. Эрик явно заметил, но продолжал водить по коридорам и залам. И чем дольше топтали роскошный паркет, тем меньше понимала происходящее.

В какой-то миг показалось, что принц банально хвастает, желая произвести впечатление. Но я отмела эту догадку, как бредовую. Сила с какой он сжимал мою ладошку, не оставляла никаких намёков на любезность или флирт.

Ещё один невыразимо «прекрасный» момент прогулки – встречные вельможи и дамы. Нас с Его Высочеством одаривали таким любопытством, что желание забиться в щель переросло в навязчивую идею. По крайней мере, у меня. Эрику, если судить по физиономии, было безразлично.

Следующим пунктом демонстрационной программы стал дворцовый парк. Он оказался небольшим, светлым и довольно красивым. Невысокие деревья незнакомых пород, кусты причудливых форм, немногочисленные клумбы, розарий, благоухающий так, что в носу свербит, пара фонтанов, паутинка дорожек и подъездная аллея. Последняя, хоть и вымощена светлым камнем, напомнила дорогу в Ад. Сам дворец, который снаружи оказался шедевром зодчества, вызвал ещё худшие ассоциации.

Хотя, жить в белокаменной тюрьме с огромными окнами, остроконечной изломанной крышей и бесчисленными декоративными башенками, несравнимо приятней, чем в сером бетоне за стеной с колючей проволокой. Впрочем, с чего я взяла, что апартаменты, о которых должен позаботиться блондин, не окажутся в подвале? В таком случае зарешеченное окошко с видом на пост вертухая куда приятнее.

– Который сейчас час? – я старалась казаться спокойной, но голос всё равно дрогнул.

Эрик одарил равнодушным взглядом, ответил:

– Три часа после полудня.

Значит, сдвиг не почудился.

В родном мире сейчас около часа дня, в Лисичке и на Дальних Островах – втором оплоте нашей с Ахмедом торговли – в районе пяти. Следовательно, Фаргос восточней Москвы и западней Лисички, примерно на одной долготе с достопамятной Вешенкой. Чёрт, мне же с самого начала говорили, что Ремвид и Горанг – не единственные королевства этого мира! Но я так зациклилась на двух странах… А материки? Чёрт! Выходит, я ничего не знаю о мире, в котором провела столько времени?

Вслух спросила о другом:

– И как долго мне гостить в вашем прекрасном королевстве? – А что, принц, кажется, подобрел. Может признается?

– Пока не надоест.

– Кому?

– Определённо не тебе.

Злость снова начала брать верх над страхом. То, что моё мнение никого не волнует и без заносчивых принцев ясно!

– Кому из вас? – попыталась уточнить я, но схлопотала бесстрастный взгляд и только.

По периметру парка тянулся высокий кованый забор с острыми пиками, за ним – город, довольно непримечательный. Невысокие каменные дома с тёмными остроконечными крышами, горожане в нарядах а-ля средневековье, редкие экипажи и всадники, мчащие по пролегающей мимо дворца дороге.

– Эрик, мы взрослые люди, давайте просто договоримся?

– Что ты имеешь в виду?

– То и имею, – не сдержавшись, я рыкнула. – Вы просто, нормально, по-человечески, говорите, что вам от меня нужно, а я так же нормально говорю – могу я вам это дать или нет.

Эрик остановился, вынуждая последовать его примеру. Пальцы, сжимающие мою ладошку, стали как будто горячей, а в глазах принца блеснули алые всполохи. Я же всем своим видом выражала готовность выслушать и дать адекватный ответ, но он молчал.

– Боюсь, ты не поймёшь, – наконец, произнёс красноволосый. И ухмыльнулся как-то… по-особому.

– С чего такие выводы? Эрик, я повидала достаточно. Я многое могу понять. И мои возможности несоизмеримы с возможностями обычного колдуна. Я даже оружие достать могу, вопрос лишь в цене.

Красноволосый глядел так, будто я неразумное дитя. Явно умилялся.

Я расшифровала его посыл, тоже улыбнулась:

– Думаете, вру? Эрик, я честна, как полиграф. Другое дело, что поставлять оружие я не хочу. Это неправильно, неэтично. Но если от этого зависит моя свобода…

Главное сторговаться! А после что-нибудь да придумаю.

– Я видел оружие твоего мира, Настя. Магия гораздо эффективней.

– Неужели?

Эрик в который раз усмехнулся, пояснил:

– Настя, мы неплохо знакомы с благами твоей цивилизации. Нам они ни к чему.

Я бы поспорила. В конце концов, когда они в последний раз колдуна-то видели? Если лет десять назад, то, считай, ни одного нашего «блага» не знают. Разве что упомянутое оружие – оно, кажется, не сильно изменилось. Но спорить бессмысленно, моя задача выбраться из цепких лап красноволосого и его подельников, а не втюхать партию китайского барахла.

– Что тогда? – спросила по-деловому, с толикой наезда. – Для чего меня удерживать?

Не знаю, собирался ли он снизойти до ответа, но всё равно не успел. На другом конце парковой дорожки появилось трио в пышных платьях, и приятный, молодой голос окликнул:

– Эрик!

Принц слегка поморщился. А я вдруг поняла, Эрик – непробиваемый. Он показывает лишь ту реакцию, которую хочет показать. И делает это, вероятно, для того, чтобы хоть чуточку отличаться от мраморной статуи.

– Эрик! – повторила дама.

– Пойдём, – равнодушно сказал принц. – С тобой хочет познакомиться моя матушка.

Надо было промолчать, но все эти недомолвки, непонимания порядком надоели. Я решила, что пора начать налаживать контакт с местным населением. Сказала, подражая светскому тону Эрика:

– Ваше Высочество, а почему вы морщились? – И, растерявшись от его молчания, добавила первое, что пришло на ум: – Неприятно, что ваша матушка нарушила наше уединение?

О боже! Что я несу!

Он глянул с такой иронией… точь-в-точь Ахмед, когда я заявила, что наценка, которую делаем на товар, поставляемый в элитные супер-маркеты, в высшей степени неэтична. И что её нужно снизить!

Попытка исправить ситуацию тоже не удалась, с языка сорвалось:

– Значит, она вам неприятна?

– Не она, – нехотя ответил принц.

Не она, а я? О, чёрт! Неудивительно, особенно после таких вот слов.

Пока я позорилась, дамы исчезли. Хотела спросить, но опыт минутной давности заставил прикусить язык. Моё недоумение было замечено и Эрик, вопреки ожиданиям, снизошел: