Анна Гаврилова – Приманка (СИ) (страница 46)

Парень резко осёкся, а я повернула голову, следуя за его взглядом, и обнаружила Дика. Охотник стоял близко, и последние реплики точно слышал и был невероятно зол.

Я вздохнула с облегчением, но тут же затаила дыхание…

— Мак погиб, — сказал старшекурсник ледяным тоном. И уже с угрозой: — Хотите поговорить об этом? Хорошо. Завтра я с вами обязательно пообщаюсь!

Парни вздрогнули и побледнели, причём все сразу. А Дик смерил каждого взглядом и, кивнув на меня, добавил:

— Об этом тоже поговорим.

Не знаю, как у них, а у меня побежали мурашки. И чувство благодарности в груди вспыхнуло.

— Пойдём, Лирайн, — повелительно сказал охотник.

Я не задумываясь вцепилась в поданную руку и послушно зашагала по коридору, прочь от идиотов и толпы, замершей возле аудитории. Напоследок зацепилась взглядом за Вилинию — появление Дика бывшую подругу не порадовало, девушка досадливо кусала губу.

Мы миновали коридор, свернули к лестнице, и лишь тут я выдохнула. Сказала искренне:

— Спасибо, Дик.

— На здоровье. Обращайся, если что.

От этого «если что» меня передёрнуло, но Дик не заметил. Он был сосредоточен на чём-то своём и хмур. Некоторое время я молчала, не желая мешать, а потом всё-таки спросила:

— Как ты тут оказался? Разве ты не должен быть на похоронах?

— Должен, — ответил парень. — Но меня отправили за тобой.

— За мной? — Я искренне удивилась. — В смысле?

Охотник посмотрел странно, и я потупилась — да, вопрос из числа «гениальных».

— Просто не понимаю, зачем и кому могла понадобиться, — попыталась объяснить я. — Причём настолько, чтобы выдёргивать тебя. К тому же мною обычно занимается Крам.

— Крам не смог. А мысль о том, что ты осталась в Тавор-Тин практически одна и это может вылиться в неприятности, пришла слишком поздно.

Я, помедлив, кивнула. Лишь сейчас сообразила, что идём к ВИП-стоянке, отметила, что на Дике пальто, и напомнила:

— Мне нужно взять верхнюю одежду.

— Она уже в машине.

Ответ очень удивил, только высказать это удивление я не успела. Мы свернули в узкий закрытый коридор, ведущий к той самой стоянке, а охотник сказал:

— Сегодня ночью в Сити погибли ещё трое.

— Да, я знаю, — ответила со вздохом.

— Один из этих троих… — в голосе Дика прозвучала горечь, — мой единственный брат.

Я опустила глаза, растерявшись, сказала после паузы:

— Мне жаль.

— А мне нет, — последовал внезапный ответ. А за ним пояснения: — То есть брата жаль, а тебя… — охотник резко остановился, одновременно извлекая из кармана какую-то тряпку, — не очень.

Стремительный шаг навстречу, и тряпка оказалась возле моего лица, в нос ударил неприятный запах. Всего секунда, и я поняла, что контролировать себя уже не могу.

Не могу ничего! Ни закричать, ни дать отпор, ни хоть как-то воспротивиться. Тряпка прижата к носу и рту, а я падаю, проваливаясь во тьму.

Очнулась я резко, словно от удара. В голове клубился туман, перед глазами стояла темнота. Я принялась дышать и не сразу поняла, что дышать могу только носом — во рту кляп. Всё остальное тоже осознавала с запозданием…

Я была связана по рукам и ногам, лежала в позе эмбриона, меня периодически трясло. Ещё ощущался холод, но не критический, от него ограждали стенки и… тут точно было отопление — вернее, сюда доходили его остатки. Потребовалось несколько минут, чтобы сопоставить всё и понять: я в багажнике, и автомобиль, в котором нахожусь, куда-то едет.

До этого момента меня трясло от шока, а теперь разум затопила волна чистого страха. Последние события вспоминались словно в бреду — у Дика брат погиб…

А потом эта тряпка… Какое-то усыпляющее вещество? Хлороформ? И то, что происходит сейчас… Дик намерен что-то предпринять? Сделать что-то по отношению ко мне? Отомстить? Или…

Нет, версий было слишком много. Ясно было лишь одно: что бы ни задумал охотник, меня ему не жаль. Он сам сказал.

Несколько бесконечных минут паники, разбавленных попытками освободиться, и я затихла. Попробовала собраться с силами и мыслями, протрезветь. Руки и ноги, судя по всему, были не просто связаны, а стянуты скотчем, так что мечты об освобождении пришлось оставить. Зато мне удалось нащупать рядом нечто, в чём вскоре опознала собственную сумку, и эта находка принесла толику облегчения. Там же телефон!

Сумка лежала в ногах и подтащить её не удалось, но мобильный был в боковом кармане, и про встроенный в него маячок я не забыла. Оставалось надеяться, что кто-нибудь заметит моё исчезновение и сможет отследить сигнал.

Захотят ли меня искать? Об этом я решила не думать, а просто поверить, что раз заморочились на маячок, то искать всё же станут. Впрочем, может, сам Дик вот-вот остынет и, что бы ни замыслил, передумает?

По коже пробежала новая волна ледяных мурашек, и я сосредоточилась на кляпе. Он мешал дышать, давал очень неприятные ощущения в горле, и избавиться от него хотелось сильнее всего. Я пыталась вытолкнуть кляп, но тоже безрезультатно, и паника накрыла с головой — уж слишком умело меня упаковали. Дик действовал как профессионал, а они ошибок не допускают.

Тут же вспомнилась подготовка охотника, и… Нет, не думать! С огромным усилием я заставила себя сосредоточиться на дыхании. Вдох-выдох, снова вдох.

Время превратилось в нечто очень медленное. Когда машина остановилась в первый раз, я застыла и напряглась всем телом, но… Нет, ничего. Потом была ещё одна остановка, и третья, и четвёртая. Спустя, наверное, час, поняла, что водителя содержимое багажника не слишком-то интересует. Либо меня оставили на десерт.

Это открытие стало поводом для новой капли оптимизма: чем дольше длится поездка, тем больше шансов, что кто-нибудь вспомнит о существовании Лирайн Паривэлл, в дело вступит поиск по маячку.

И раз так, то… ждать. Ждать, не теряя присутствия духа и не растрачивая силы. Рано или поздно всё так или иначе закончится. В крайнем случае меня… просто убьют.

Не знаю, сколько в итоге прошло времени, но я успела провалиться в тяжелую полудрему. Из этого состояния выдернул щелчок замка, и я распахнула глаза. Сразу повеяло холодом, а я увидела не одну; а целых три фигуры. Сумрак, витавший снаружи, не позволил распознать лица сразу. Потребовалось несколько долгих, похожих на вечность секунд.

То, что Дик действовал не один, не удивило. Личности его сообщников каких-то эмоций тоже не вызывали. Я узнала Киру — брюнетку, которая первой бросила мне обвинение и постоянно вертелась вокруг Крама. А ещё блондина с гипнотическим даром — того, который убеждал экскурсовода в Кросторнском музее, что ничего не произошло.

Трио застыло, разглядывая обездвиженную меня, потом блондин сплюнул под ноги и выразился нецензурно. Губы Киры тут же растянулись в улыбке, а в наступившей тишине прозвучало ироничное:

— Донаваль, фу-фу!

— Да, Донаваль, — мрачно поддержал брюнетку Дик. Сарказм в его голосе был едва заметен. — Выбирай слова, тут дамы.

— Из-за этой твари погиб мой друг! — не пожелал раскаяться блондин. — И я её…

Он замахнулся, явно собираясь ударить меня в лицо, но Кира руку перехватила.

— Остынь, — сказала девушка, посерьёзнев. — Мы не за этим сюда пришли.

Блондин точно хотел поспорить, но тут ещё и Дик вмешался:

— Прекрати. У нас не так много времени. — И после короткой паузы: — Давай. Вытаскиваем её.

Я зажмурилась и сжалась, не желая, чтобы ко мне прикасались, но разрешения никто не спрашивал. Дик грубо схватил за плечи, а Донаваль за ноги, и через несколько секунд я очутилась на земле. Меня сбросили в нескольких метрах от машины.

Невзирая на сумрак, видела хорошо и теперь смогла оглядеться, чтобы вновь окунуться в панику. Мы находились на огромной площадке, частично заваленной строительным мусором, бетонными плитами и арматурой, а за окружавшим площадку забором виднелись мерцающие огнями небоскрёбы.

От осознания, что нахожусь в Сити, меня затрясло, и охотники это заметили. Криво улыбнувшись, брюнетка шагнула вперёд и, наклонившись, выдернула изо рта кляп.

— Так лучше? — с усмешкой поинтересовалась она.

А блондин добавил:

— Будешь кричать — ударю.

— Она не закричит, — снова вмешался Дик. Он подошел к машине, чтобы вытащить и отбросить мою сумку и захлопнуть багажник. — Лирайн девочка сообразительная, она понимает, что тут никто не услышит.

— Не услышит. — Кира хмыкнула и кивнула. — Зато почует. Верно, Лирайн?

Я вздрогнула и уставилась невидящим взором. А потом перевела взгляд в сторону сумки, и…

— Если надеешься на маячок в телефоне, то зря, — заявил Дик бесцветно. — Я выбросил телефон ещё в Кросторне, как только выехали из Тавор-Тин.

Эти слова стали настоящим ударом, я растерялась настолько, что даже спросила:

— Откуда знаешь? — голос прозвучал тихо и хрипло.