Анна Гаврилова – Личная ученица Огненного лорда. Книга 2 (страница 8)

– Стекло – это самый распространённый образ восприятия собственных ментальных блоков, – сказал я. Ева не удивилась.

Мне же стало ещё интереснее. Блок? Почему Ева не удивлена?

– Попробуй продавить, – предложил я.

Ева поморщилась и призналась:

– Мигрень начинается.

Вот как? И кто же так постарался?

– Очень странно. – Подумав, я сказал: – В таком случае вариант один – нужно пробовать снова и снова. Не доводя себя до сильной боли, постепенно. Когда научишься хотя бы фантазировать, сможем пойти дальше. При должном упорстве этот блок рано или поздно уйдёт.

Ева посмотрела с сомнением и задала до неожиданного здравый вопрос:

– Это не опасно? Вдруг за стеклом скрыто такое, от чего мои мозги сплавятся?

– Блоки, которые несут прямую угрозу жизни или ментальному здоровью, никогда не открываются. При попытке их взлома подключается инстинкт самосохранения, а он сильнее любой магии. В данном случае – сильнее всего.

– Ясно, – пробормотала она.

Я же зачем-то добавил:

– Второй вариант нерушимых блоков – это добровольная кровная клятва. Но, будучи младенцем, принести такую ты точно не могла.

Ева посмотрела так, словно о подобной тонкости клятв и не знала.

– Полагаете кто-то заблокировал мою память? Но кто и зачем?

Хорошие вопросы. Ответы на них мне тоже хотелось бы знать.

– Надо выяснить, – отозвался я. – Если блокировка не несёт прямой угрозы жизни, то способ её вскрыть точно есть.

Тут я всё-таки перешёл в состояние концентрации, и настроение стало ещё более хмурым. Блок, о котором говорила адептка, просматривался только на «третьем», самом глубоком уровне концентрации. Захотелось кого-нибудь испепелить.

Зато вспышка злости ненадолго отвлекла от ощущения девичьей ауры… Но стоило вернуться в реальность, опять посмотреть на Еву, как меня накрыло с головой.

Встречу пора заканчивать, иначе сорвусь. Начну действовать вопреки здравому смыслу, приличиям и логике. Причём трусиками в этот раз точно не ограничусь, а подобный напор может привести к провалу. Ведь с точки зрения магии Ева одна из нас.

Оболочка человеческая, зато всё остальное…

По магии Ева чистокровная огневичка, со всеми вытекающими. А с огневичками так нельзя. Нет и ещё раз нет.

Кое-как усмирив желание притянуть адептку к себе, накрывая губы поцелуем и вдыхая её умопомрачительный запах, я сказал:

– Что ж, на сегодня всё. Ты можешь идти.

К моей потаённой радости, Ева поднималась с лавки не так уж резво. Будто не очень-то и хотела уходить.

Этот момент вызвал лёгкую улыбку – кажется, я действую правильно. Ну а раз так…

– Кстати, – окликнул я. – Раз ты такая трудолюбивая и настаиваешь на собственных, лично заработанных деньгах, для тебя есть работа.

Видимо зря сказал – флёр очарования сразу развеялся, Ева посмотрела остро и с подозрением. Будто почуяла подвох.

Подвох этот не то чтобы был, но…

– Работа несложная, но требует кропотливости и внимания. Оплата, полагаю, будет не меньше, чем предлагал Тариус. Кстати, сколько он тебе платил?

– Один золотой в неделю, – помедлив ответила Ева, и моё лицо непроизвольно вытянулось.

Сколько? И за эти деньги она была готова по два часа в день рыться в бумажках? Ещё и сопротивлялась, когда я запретил?

– Что-то не так? – Ева насупилась, а наше общение как-то очень неожиданно и легко свернуло к ссоре.

Я пребывал в недоумении и даже негодовании. Монашка тоже собиралась негодовать.

И ладно я, со мной всё ясно, но она-то? Работать за один золотой, когда можно щёлкнуть пальцами, и к твоим ногам упадёт весь мир? Явный перебор с независимостью. Стремление к свободе на уровне бреда.

Рассказать кому из наших…

Да ладно наши! Сказать той же прожжённой Иргиль! Вот уж…

Впрочем, хватит. Не важно.

Я не стал развивать тему – просто открыл портал и повторил максимально мягко:

– Ты можешь идти, Ева.

Девушка посмотрела пристально, опять кивнула и по какой-то непонятной причине сменила гнев на милость:

– До завтра, лорд Алентор, – таким медовым, таким приятным голосом произнесла она.

Сказала и шагнула в огненный овал.

Ева

Вечер, как ни странно, оказался полон открытий.

Открытие номер один – Лорд умеет быть нормальным. Открытие номер два – мне не померещилось, стеклянная стенка – действительно блок.

Вот только не совсем понятно, где этот блок стоит. Я думала запрет на воспоминания связан с моей душой, а получается проблема в теле – том самом, в котором я переродилась? Или там всё вместе? Увы, даже от этих мыслей начинала ощутимо болеть голова.

Ещё я запоздало задумалась о том, зачем Алентору копаться в моём прошлом. Мне самой настолько хотелось разобраться в происходящем, что его приказы не вызвали никакого протеста. Может зря?

Вдруг Алентор что-то заподозрил? Или…

Впрочем, нет. Всё гораздо проще. В его школе, в его владениях, появилась странная девица, которую прямо-таки преследуют нетипичные события. Будь я на месте Лорда, давно бы начала рыть землю, пытаясь выяснить что к чему.

Вот и Алентор пытается. Только странно, что начал с моей памяти, а не с монастырской школы, например.

Ведь логично сначала наведаться в Истем, поговорить с теми, кто вероятно помнит как именно меня подбросили. Потребовать мои детские вещи – вдруг они сохранились? Допросить, надавить, нарычать.

Я вообразила, как Огненный лорд нависает над директрисой Илларией, требуя ответов, а заодно выговаривая за попытку продать меня наместнику Свэргу, и… тряхнула головой, прогоняя бесполезные мысли.

Глупости. Хватит мечтать.

Портал перенёс меня в коридор второго жилого крыла, к самой моей двери. Отперев замок, я порадовалась встретившим меня питомцам, и тот факт, что каменное хранилище снова валяется на полу, почему-то не смутил.

– Знаете, а кажется всё не так уж плохо, – поделилась впечатлениями я.

Дикарь радостно оскалился, демонстрируя внушительную пасть, а Огонёк прищурил глаза с этаким ленивым равнодушием.

Миг, и в ментальном поле проскользнуло знакомое – мол, хватит болтать, хозяйка. Лучше покорми!

Слова Алентора о том, что выгорание мне не грозит, всё-таки успокоили. Зато прожорливость стража наоборот напрягала – ведь он уже отрастил все конечности, так зачем? Кормёжка ради насыщения или стремление к новой трансформации? Надеюсь, Огонёк не отпочкуется, подарив мне пару «котят», которых потом придётся пристраивать?

Впрочем, если предложу кому-нибудь из сокурсников «котёнка стража», его с руками оторвут.

Я хотела отказать, но Огонёк не унимался. Сначала ходил за мной и настойчиво тёрся о ногу, потом и вовсе начал орать. Звуки получались не совсем кошачьими, но до того противными, что душа адептки не выдержала. Я всё же запустила в заразу целым снопом искр!

Сожрав все, Огонёк сыто икнул и, взлетев на шкаф, развалился там пузом кверху. Лёг так, что аж руки зачесались погладить его мохнато-огненное богатство, но увы. Шкаф был высоким, а гладить кота, стоя на табуретке, да ещё на цыпочках, мало кто рискнёт. Поэтому пришлось обнимать эрса, чему тот был невероятно рад.

Спустя полчаса я вернулась к насущным делам – вынула из сумки учебники и засела за домашку. А едва закончила – вздрогнула! Послышался неожиданный, зато очень вежливый стук в дверь.

– Кто там? – приблизившись к двери, спросила я.

Оказалось Иргиль.