Анна Гаврилова – Леди-секретарь (СИ) (страница 24)

– Мне очень нужно забрать одно письмо! – Быстрый взгляд из-под трепещущих ресниц – и плевать, что в темноте его никто не увидит – и капля обвинительных ноток: – Но из-за вас я не успела этого сделать!

– Какое ещё письмо? – с подозрением спросил Джервальт, нисколько не проникнувшись упрёком.

– Личное! Просто там ошибка и…

– Орфографическая? – съязвил Морти.

– Ну что, друг, разве такая культурная девушка может писать с ошибками?! – с укоризной отозвался на инсинуацию Кард. – Наверняка запятую поставить забыла!

Вот как тут сдержаться и не опуститься до уровня этих дикарей? Если бы не злосчастный донос экономки, я бы им ответила! Но пришлось, стиснув зубы, изобразить несчастное лицо. И даже огонёк светящийся запустить, чтобы собеседники могли оценить все нюансы моей мимики и проникнуться сочувствием.

Правда, лучше бы я этого не делала. Потому что хмурая физиономия кронпринца в холодном мерцании магического светляка смотрелась на редкость зловеще. Глумливые рожи дикарской свиты тоже глаз не радовали. А нацепленные на всех троих странные плащи, сшитые из небольших, с ладонь, кусочков кожи, и вовсе напугали – они шевелились, будто живые, и то и дело вовсе пропадали, словно становились прозрачными, как воздух.

Причём вместе с накидками исчезали из виду и укрытые ими тела. Впервые узрев парящие в воздухе головы, я чуть не завизжала и мигом пожалела, что вообще рискнула поднять тему письма, но отступать было некуда.

Сделав вид, что ничего особенного не происходит, – подумаешь, наследник престола туловища лишился, да каждый день такая ерунда случается! – я продолжила объяснения:

– Там в содержании ошибка. И если его получат, то у меня будут неприятности. – Помедлив, на всякий случай добавила: – Не очень серьёзные, но противные!

– И к чему ты ведёшь? – Голос принца прозвучал угрюмо – под стать выражению лица.

– Мне кажется, Джер, – снова блеснул смекалкой Морти, – пиявочка хочет втянуть тебя в решение своих проблем.

– Я догадался, – кивнул Джервальт. – Просто хочу услышать, как именно магианне видится это решение.

– Ну… – я замялась, пытаясь подобрать слова, но ничего достаточно убедительного в голову не приходило. – Вы могли бы остановить карету и потребовать отдать письмо.

– Неужели?

– Ну да! Вы же какой-никакой, а принц! Ой! – до меня дошло, что именно я брякнула, когда оскорбительные слова уже слетели с губ. И прижатая ко рту ладонь уже ничем не могла помочь.

– Никакой, значит? – Джервальт прищурился.

– Нам опять отворачиваться? – закатив глаза, поинтересовался Кард.

– Или можно поучаствовать в воспитательном процессе? – подмигнул перепуганной мне Морти.

– А знаешь, Алечка, – из-под плаща-невидимки принца вынырнула затянутая в перчатку рука и потянулась к моему лицу. Я сжалась, ожидая худшего, даже голову в плечи невольно втянула. Но Джервальт лишь бережно заправил мне за ухо прядь волос и ласково продолжил: – Мы поступим иначе!

– К-к-как?

– Сейчас ты дашь клятву, что всё увиденное этой ночью останется тайной, а мы, так и быть, поможем тебе добыть твоё послание без запятых! – Я закивала, не веря, что так легко отделалась. И правильно, потому что принц широко улыбнулся и добавил: – Магическую клятву!

И что мне было делать? Естественно, я поклялась! Как и положено, самым дорогим, что есть у любого мага – силой. Нарушение каралось жестоко – от пары часов до пожизненной блокировки способностей, в зависимости от серьёзности обещания и важности лица, которому оно дано. В случае с кронпринцем я рисковала из магианны превратиться в самую обычную девушку.

И в любом другом случае я отказалась бы выполнять столь сомнительное условие, но обстановка и настроение Джервальта капризам не способствовали. Так что слова были произнесены, и между мной и принцем сначала загорелась, а потом медленно погасла печать уговора.

Едва исчез из виду последний виток магического узора, как раздался весёлый возглас Морти:

– А теперь по борделям?

– Бордели подождут, – улыбнулся Джервальт. – Сегодня мы развлечёмся иначе.

Глава 12

Ночь… Тишина… Дорога, залитая лунным светом… И возня в кустах у обочины, сопровождаемая громким сопением, женскими взвизгами и мужскими охами и смешками.

И нет, это не оргия на свежем воздухе, как могло бы показаться с той стороны колючих зарослей. Просто у меня пытались отобрать плащ, а я совсем не горела желанием расхаживать перед принцем и его друзьями в тесной мужской одежде, обрисовывающей все детали анатомии.

– Алечка, ну отдай ты эту тряпку, – в который уже раз потребовал Джер. – Я тебе завтра новую куплю.

– Не отдам! – Улучив возможность, я сопроводила отказ пинком по принцевой голени.

Не обиделся и вообще не заметил, а я засопела, одновременно пытаясь призвать себя к спокойствию. Всё хорошо, Сандра. Главное – не паниковать!

После отъезда кареты события развивались стремительно. Для начала Джервальт изложил суть своего плана, а я вдруг одумалась и попробовала запротестовать, но его высочество и слушать не желал.

Меня просто взяли в охапку и отволокли к лошадям: моей, чинно ожидающей хозяйку у коновязи, и их, укрытых попонами из тех же лоскутков, что и накидки принца и его свиты. Затем было закидывание в седло и приказ молча делать то, что велят.

Я и молчала. Правда-правда!

Молчала, пока неслись по спящему городу, пока проникали за городскую стену, пока скакали через поле к юго-западной дороге. Вместе с этим пыталась рассмотреть, что за приспособления, начисто заглушающие цокот, нацеплены на ноги их лошадей, и старательно удерживала чары на копытах собственной. Ну и отвод глаз заодно.

Попутно размышляла, что за странная магия применялась для создания всей этой маскировки. Я никогда о такой не слышала и не читала. И что-то мне подсказывало, что и наставник Эризонт о подобных чарах ничего не знал.

И в ближайшее время, учитывая затребованную Джером клятву, не узнает. Ни про плащи и попоны, ни про то, с какой лёгкостью принц открыл проход в, казалось бы, неприступной, защищённой силовыми плетениями стене.

– Снимай плащ, кому говорю! – Джервальт откровенно смеялся над моим нежеланием разоблачаться, но всерьёз отнять оплот девичьей скромности не пытался, иначе я уже давно щеголяла бы без оного.

– Не сниму! Без него холодно!

– Тебе кажется. – Принц, давно сбросивший свою лоскутную накидку, даже руки в стороны развёл, демонстрируя, что ему вполне тепло в одной рубашке.

– Едет! – обрадовал занырнувший в кусты Морти. Он караулил карету, высматривая её с пригорка, начинавшегося сразу за зарослями.

– И сколько? – невозмутимо поинтересовался Кард.

– Чего сколько? – не поняла я.

– Шестеро! – с каким-то воодушевлением сообщил Морти.

– Кого шестеро? Лошадей? – Сообразить, что в этом факте такого радостного, я была не в силах.

– Охранников! – просиял Кард.

– Как охранников?

– На выезде из города к почтовым каретам присоединяется вооружённый эскорт, – пояснил Джервальт. – Ты не знала?

Разумеется, нет! Откуда?

– Так! Я передумала! Мне совсем не нужно это письмо! – выпалила я и даже за рукав принца дёрнула для убедительности. – Джер, поедем во дворец?!

– И пропустим всё веселье?

Как назло поблизости не было ни одной коряги, которую я могла бы использовать, чтобы оглушить этих искателей приключений. Ни сонного порошка, ни… Да ничего!

Ни единого способа помешать тройке дикарей вступить в схватку с профессионалами. А если наследника престола поранят? Или, подумать страшно, убьют?

– Ладно! – решительно начала я. – Тогда вы, ваше высочество, сидите здесь, а лучше – лежите, чтобы случайно не задело. Я прикрываю мороком Морти и Карда и накладываю стазис на… – я помедлила, прикидывая свои возможности, и продолжила: – Четверых охранников. Больше, наверное, не потяну!

Моё выступление не оценили – мужчины переглянулись и заржали не хуже лошадей.

– Нет уж, Алечка, – отсмеявшись, заявил Джервальт. – В кустах полежишь ты, а мы с ребятами разомнёмся!

– Но!

– Никаких но! И никакого морока!

– А-а-а…

Вот на этом «а-а-а» я и оказалась вдруг лишена своего плаща и молниеносно закутана в накидку принца. Он так ловко спеленал меня, что я не только освободиться не могла, но и руками пошевелить была не в силах. Да что там – даже разговаривать, потому что странная материя укрыла меня до самого носа.

Получившийся из меня кокон Джер аккуратно усадил на землю. А потом в мгновение ока отодрал от моего плаща широченную полосу, укоротив его вдвое. Это полотнище тут же преобразовалось в три одинаковых лоскута, в которых Морти кинжалом провертел по паре дыр.

Получившееся нечто дикари нацепили на головы и, сияя улыбками идиотов, устремились к лошадям. Ещё миг и – трио верховых грабителей в чёрных масках с криками и улюлюканьем через кусты ломанулось на дорогу.

Видеть происходящее я не могла чисто физически, да и слышала очень немного. Ржание лошадей, несколько приглушенных вскриков, какой-то стук, а следом опять-таки тишина. Прошло минут, наверное, семь, прежде чем его высочество вернулся в кусты – к счастью, возвратился живым, совершенно здоровым и, судя по всему, без единой царапины.