Анна Гаврилова – Бриллиантовый холостяк. Трилогия (страница 9)

— Говорят, у Алексии был перепад магической силы? — Все улыбочки Бертран пропустил мимо, остался по-деловому равнодушен.

— Ну, может и был, — пожала плечами Офелия. — Кажется. Но перепады-то тоже… Сами знаете. С кем не бывает?

Надо было молчать. Ох, надо! Тем более я обещала толстушке держать свою неадекватность при себе. Только тема оказалась слишком интересной и, разведывая что к чему, момент с собственным обмороком я упустила.

— А почему вообще случаются такие перепады? — спросила я тихо и наивно. — С чем они связаны?

Жених отреагировал так, будто слово взял обеденный стол.

Возникла пауза — долгая и неприятная. Зато в итоге до меня тоже снизошли:

— Это как с резкими скачками артериального давления, милочка, — заявил вдруг Бертран, и знание подобного термина меня удивило. — В момент сильного эмоционального возбуждения или по иной причине, артериальное давление порой совершает резкий прыжок вниз или вверх.

Так. С давлением-то понятно. Но тут ведь другое?

— А магия почему скачет?

Жених пожал плечами.

Ясно. Я знала, что в момент обморока случился выход прежней души из тела и моё в этом теле пробуждение. То, что данный акт как-то связан с магией — логично. Но если вернуться к аналогиям, то давление после постоянных «скачков» может стать стабильно-повышенным. А магия?

— Подобные перепады могут как-то повлиять на уровень силы? — всё-таки решилась я.

Бертран хмыкнул:

— Если лорд Дрэйк сказал, что в результате перепада ваш магический уровень не изменился, милочка, то просто забудьте.

— Если базовый уровень ниже третьего, то он и не может измениться, — вставила свои пять копеек Офелия.

Бертран задумался, прежде чем кивнуть.

Та-ак…

Я напряглась. Испытала острое желание вцепиться в лацканы стариковского камзола и вытрясти из жениха правду, но следующий вопрос Бертрана отрезвил:

— Пилюли, как вижу, помогают?

— Да, — поспешила подтвердить опекунша. И опять: — Вашими стараниями. Ах, если бы не вы, где бы мы сейчас были!

Лорд что-то пробормотал. Сделал это настолько тихо, что никак не расслышать, но готова поклясться — он сказал «на помойке». Злорадства в этот момент не было, но и сочувствия тоже. Неприятно, но занятно.

Так что же ему нужно от Алексии Рэйдс?

Глава 5

Я не знала деталей разорения семьи, моё представление было очень приблизительным. Но чем дольше смотрела на Бертрана, тем громче звучали в мозгу сказанные Офелией слова:

«Так он наш главный кредитор, милая. Знал, что платёжеспособными никогда не станем, но всё равно выдавал ссуды. И дом этот, и родовой замок, и земли твои, и драгоценности… всё под залогом у лорда Бертрана. А он так добр, что до сих пор нас не выгнал».

Добр он. Ага.

Законов я тоже не знала, поэтому сосредоточилась на том, на чём они обычно строятся — на здравом смысле. Голое предположение, но разве можно вот так, запросто, взять и обобрать сироту?

Ведь мы не абы где, а в сердце самого цивилизованного и, если верить Офелии, самого лучшего государства. А аристократия — не просто прослойка общества, это самый его цвет.

Умные, сильные, способные анализировать и просчитывать на годы вперёд, аристократы внимательно блюдут интересы не только собственные, но и всего «сословия». Любой может попасть в ситуацию, когда его пытаются обобрать и выкинуть, а значит система должна защищать.

Должны существовать механизмы, которые не позволяют разорить род. Особенно если речь о юных, не искушённых в финансовых делах наследниках.

Предохранитель. Некое правило. Уж не его ли Бертран пытается обойти?

Чем дольше я думала, тем чётче понимала: одно дело завладеть имуществом посредством кредитных договоров, и совсем другое — жениться. Жениться надёжнее. Я бы женилась. Только есть загвоздка — Бертран стар, а я наоборот молода.

В подобных союзах мужу, ещё до свадьбы, нужно позаботиться о расширении дверных проёмов, потому что иначе рога не пролезут.

Я очень аккуратно покосилась на Корифия и опять задалась вопросом «что это было?». Мы с лордом ещё не женаты, а меня уже хватают за зад практически на пороге семейного гнезда.

— Что ж, рад, что у вас всё хорошо, и что наши договорённости соблюдаются, — произнёс Бертран, промокая губы салфеткой.

Офелия расплылась в бесконечно широкой, очень неумной улыбке, а жених дёрнул головой в мою сторону и спросил:

— А как насчёт…

Он оборвал фразу, а опекунша поспешила заверить:

— Всё прекрасно! Никаких глупостей она не натворила, мы проверяли при помощи кристалла. Если хотите, можем проверить снова.

Они вообще о чём?

Я заметила странную реакцию Корифия — настроение брюнета, которое и так было хорошим, стало прямо-таки сияющим. Но дальше — больше.

— Это ненадолго, — заявил Корифий и самым вопиющим образом подмигнул.

Подмигнул. Мне. При живом и вроде как дееспособном женихе!

— Не торопи события, внук, — одёрнул его Бертран. Взглянул на меня и добавил: — Впрочем, в чём-то я тебя понимаю. Хорошенькая. Тело тощее, но сочное. Молодость, молодость… Когда я женился на твоей бабке, тоже изнывал от нетерпения. Сейчас мне уже не до этого, поэтому и приходится делегировать. Представляю как вытянутся лица аристократов, когда у меня родится ещё один наследник.

— Сделаем наследника максимально быстро, — бесстыдно разглядывая мою грудь, заявил брюнет.

Всё. Финиш. Я офигела настолько, что вскочила.

Мужчины подобной реакции удивились, зато Офелия…

— Ох, не обращайте внимания! — воскликнула толстушка с наигранной радостью. — Просто Алексия с такой теплотой относится к лорду Бертрану, что ей до сих пор сложно представить рядом с собой кого-то ещё.

Я офигела повторно. Размер моего шока достиг масштабов Вселенной.

А жених не поверил! В отличие от Офелии он прекрасно всё понимал. Только прожжённому дельцу было плевать на чувства невесты, видимо поэтому он добавил:

— Не волнуйтесь, милочка. Я буду присутствовать и всё проконтролирую. Вам понравится. Корифий — настоящий мастер.

Ну всё. Привет тошнота. Ещё эти обращения… Милая. Милочка!

Хренилочка.

— Прошу прощения, можно мне в уборную? — кое-как совладав с голосом, произнесла я.

Постаралась, чтобы это прозвучало нейтрально, хотя хотелось рычать. Ещё хотелось схватить поднос с пирожными и дать по голове… для начала Офелии.

Она совсем тупая? Или ей тоже подогнали какие-то «чудесные пилюли»?

— Ах, милая, да зачем тебе… — попыталась возразить эта «мадам».

Очередной ну очень глубокий вдох. Кажется, в этом мире я только и делаю, что пытаюсь наладить глубокое дыхание.

— Носик попудрить, — ответила я.

Показывать характер было сейчас глупо. Просто отпустите в туалет — всё, чего прошу.

После одобрительного кивка Бертрана Офелия засуетилась. Звонок в колокольчик, и в гостиной появился слуга, который нас и проводил.

Мы очутились в просторной комане с рукомойниками, зеркалами и диваном. Там, дальше, была ещё пара дверей, за которыми пряталась та самая полезная сантехника. Мне очень понравилось наличие в этом помещении окон. Вот люблю я окна! Как же приятно полюбоваться на красивый пейзаж из окон первого этажа!

Но прежде, чем уединиться в одной из «кабинок», я решила уточнить:

— Кажется, удар головой был сильнее, чем думала, — сказала совсем жалобно. Умею быть актрисой, когда приспичит.

— Да уж, — столь же жалобно проблеяла Офелия. — Ты и это забыла?