Анна Гаврилова – Бриллиантовый холостяк. Книга 7 (страница 3)

Драгоценные камни, которые Гавальдо передал вместе с золотом, содержались в банковских ячейках, а пятая часть – вообще в ломбардах.

При этом мадам умудрилась обзавестись поддельными документами, а очные ставки с банковскими клерками показали, что Офелия меняла внешность. В каких-то случаях использовала подвластную ей магию иллюзии, в других – пудру, макияж и парики.

И всё бы ничего, но тремя миллионами хищение не ограничилось. Офелия присвоила около восьмидесяти процентов денег, полученных от продажи имущества рода Рэйдс.

При этом в сделках участвовали не только Майрисы и Гавальдо, были «покупатели-кредиторы» помельче. Они, в том числе, не покушались на имущество, которое отмечено родовыми печатями – во избежание проблем.

А Офелия… Эта, с позволения сказать женщина, шиковала.

Дрэйк рассказывал о схемах и эпизодах, а я слушала с приоткрытым ртом. В какой-то момент поймала ассоциацию – опекунша напомнила белку в урожайный год. Ту, которая прячет миллион орехов по разнообразным нычкам.

Главный вопрос – как она всё это вообще успела?

Впрочем, нет, есть вопрос важнее – как у неё ничего не треснуло от таких-то сумм?

Попутно, невзирая на железобетонные доказательства, мадам строила из себя невинную жертву. Она «не помнила» про счета, ячейки и приобретённую на мои деньги недвижимость. С пеной у рта доказывала, что дознаватели врут.

К ней даже лекарей вызывали. Но экспертиза однозначно доказала, что Офелия вменяема.

– Она адекватнее, чем мы с вами, – буркнул главный лекарь, закончив осмотр.

Отдельная «прелесть» – Дрэйк сказал про пилюли. В то время, как меня кормили ядом, Офелия пила дорогущие витамины для женской красоты.

Витамины. Для красоты!

Услышав это, я осталась невозмутима, но внутри взревела.

«Алексия, – жалобно запищал на это Арти, – ты полегче… А то я… Кажется, я немного трус».

Он трус, а я в самом деле наивная глупышка. Не на сто процентов, но, как правильно подметили тогда Эрон с Арти, уязвимость определённо есть.

– Она врёт так убеждённо, что даже профессионалы теряются, – сказал Дрэйк. Не уверена, но кажется это была попытка успокоить.

– А о планах лорда Бертрана на мой счёт Офелия рассказала?

Взгляд высокого лорда остался непроницаем, ответа не прозвучало. Но всё было ясно без слов.

Мы как раз проехали круглую площадь, карета свернула в переулок и остановилась возле неприятного вида здания. Я сообразила куда именно мы приехали, и…

– Надеюсь Офелию мы тут не встретим? Не столкнёмся в каком-нибудь коридоре?

– Я этот момент не учёл, – Дрэйк внезапно озадачился. – Но я распоряжусь.

Глава 2

Честно? На фоне новостей про Офелию, встреча с Таргоном выглядела бледно.

Из приятного – в комнату для допросов меня не пустили, оставили в соседней, которая была отгорожена непроницаемым стеклом.

Я оказалась в относительно приятной компании Майгора и ещё одного сотрудника рангом помельче. На миг ощутила себя героиней криминального фильма. Только роль мне не понравилась – превращать металл в золото и посещать магическую академию гораздо веселей.

Зато мой призрачный сообщник воодушевился безмерно! Он влетел в допросную вслед за Дрэйком, и увидавший полупрозрачного дедушку Таргон сильно побледнел.

После этого начался не допрос, а этакое избиение – Эрон рычал, шипел и плевался словами. Он начал с изобличительной речи, посвящённой змеиному характеру ректора, а выплеснув эти эмоции, выпалил:

– Чем тебе не угодили Рэйдсы? Говори!

Мы с Эроном знакомы не так чтоб давно, но в том, что в моменты ярости призрак применяет какую-то дополнительную магию влияния я не сомневалась. Под его напором языки развязывались гораздо быстрее и охотнее. Вот и теперь.

– Я… я… – запинаясь вымолвил ректор. – Я всё скажу. Только… – Исполненный мольбы взгляд на Дрэйка, и продолжение: – Только уберите его! Это невыносимо. Я не выдержу!

Высокий лорд хмыкнул.

– Ещё как выдержишь. Но если тебя так смущает мой многоуважаемый предок, ты можешь говорить быстрей.

Возникла недолгая заминка – Таргон впал то ли в транс, то ли в отчаяние.

Потом снова поднял глаза на Дрэйка, и я, глядя на обвиняемого сквозь стекло, пошатнулась. В этом взгляде было слишком много всего.

– Ну и? – подтолкнул оставшийся полностью равнодушным Дрэйк.

А призрак подался вперёд. Таргон хотел отшатнуться, но стул, на котором сидел, оказался надёжно прикручен к полу.

– Рэйдсы… – Таргон сказал словно каркнул. – Они… Вы не подумайте! Я не питал к ним неприязни! Я не желал им зла!

– Лорд Бертран Майрис утверждает, что заказчиком истребления был именно ты, – холодно произнёс Дрэйк, и Таргон бессильно развёл руками.

– Это не было целью, – сказал ректор. – Просто издержки. Рэйдсы… они сами не понимали каким сокровищем владеют. Я пытался договориться. Неоднократно обращался и объяснял… Я спрашивал. Не напрямую, конечно, но иначе… Аккуратно. Понимаете, лорд Дрэйк? Аккуратно! Они и сами не знали. И категорически не разрешали исследовать особняк.

– Что ты искал? – рявкнул Дрэйк. – Что там?

Таргон невменяемо покачал головой:

– Рэйдсы – очень древняя ветвь, древнее даже вас, правящих. Я посетил все доступные библиотеки и архивы. Я всё сопоставил. Я готов поклясться собственной жизнью, что этот род… Они владеют Оком жреца.

Последнюю фразу Таргон сказал на выдохе и на мгновение обессилел. Потом ректора начало трясти. В нём было слишком много эмоций, а я всё-таки удивилась. Вы серьёзно? Моя спонтанная догадка оказалась верна? Так бывает?

Дрэйк медленно повернулся и посмотрел на «непрозрачную» стену. Сидевший рядом со мной Майгор выпрямился, словно проглотил палку.

Второй сотрудник онемел. Он что-то записывал, и после слов Таргона ненадолго прервался.

– Что ты сказал? – вернулся к ректору Дрэйк. – Мне послышалось?

– Не-ет… – Ректор аж привстал. – Я клянусь! Они владеют Оком жреца!

Пауза, и хриплое продолжение:

– И оно не где-то… Не в замках, не в старых хранилищах, не в родовых склепах, которых у Рэйдсов насчитывается больше десятка. Не-ет… Реликвия в столице.

Дрэйк снова повернулся и снова глянул. Причём так, словно я нарочно подарила ему очередную головную боль.

Хорошо, что рядом был Эрон! Он прокашлялся и вмешался:

– Какое око? С чего ты взял?

Таргон посмотрел затравлено, но ответил:

– Последняя большая битва. В той битве люди забрали око, а я, исследуя хроники, отыскал след.

– Это сказки, – буркнул Эрон. – Никто ничего не забирал. Жрецы были слишком сильны. И у них были стражи. Причём не один, как при недавнем нападении, а много.

– Да! – воскликнул Таргон. – Но кого-то из жрецов всё-таки убили. Именно поэтому остальные закрыли двери Первохрама и подняли горы. Они сделали так, чтобы никто не смог подойти.

Я прикрыла глаза и мысленно обратилась к Арти. Помнила, что на теме Первохрама память ключевого артефакта подозрительно сбоит, но вдруг?

«Арти, это правда? Такое было?»

«Это легенды. Что было на самом деле и было ли вообще никто не знает. Хотя последнюю большую битву много кто описывал – уж она-то, точно была».

Я кивнула и хотела спросить ещё, но отвлеклась на покалывание в ладони. Кристалл, погружённый в мою руку, странным образом среагировал на слова.

Не очень-то понимая, что делаю, я погладила середину ладони большим пальцем и мысленно потянулась к оку. Молчаливо спросила всё ли у него в порядке.

Ответ пришёл не сразу – меня накрыло этакой ментальной волной.

Волна была лёгкая, упругая, с толикой грусти. Мне отвечал не камень, а этакое… отчасти разумное существо.

Чувства смешались. Мне было, с одной стороны, удивительно и приятно, а с другой – зябко. И я, конечно, призвала в свидетели главного компаньона: