Анна Гале – Жены проклятого рыцаря. Наложница верховного рыцаря (страница 46)

— Через три минуты сдаём.

Я быстро дописала ответы в пустых строчках и принялась неспешно проверять начальный тест.

— Таня, ты скоро отдашь работу? — спросила Лариса Сергеевна.

— Да-да, сейчас.

Вокалисты уже шумно собирали вещи. Какие беззаботные…

Почти все эти ребята старше меня, но сейчас казалось, что я намного взрослее них. Студенческие проблемы такие детские и наивные. Кто-то боится не сдать контрольную с первого раза или лишиться стипендии. Кто-то поссорился с родителями. Некоторые не знают, как начать встречаться с тем, кто нравится. Даже не верится, что я сама недавно была такой же! Как будто с тех пор прошли многие годы.

Я протянула Ларисе Сергеевне контрольную, затем отдёрнула:

— Ой, секунду, я забыла подписать.

Медленно вывела свою фамилию, имя…

— А отчество нужно?

— Не обязательно.

Дверь открылась.

— До свидания…

Вокалисты начали выходить. Болтовня и смех отдалялись. Я медленно открыла сумку, взяла ручку, открыла внутренний карман сумки, положила туда ручку.

— Таня, хватит, все уже вышли, — устало произнесла Лариса Сергеевна.

Я тут же запихнула в сумку тетрадь и снова села напротив педагога.

— Лариса Сергеевна, что с Вильгельмом? Вы его видели? — прошептала я, наклоняясь вперёд.

— Видела, — хмуро ответила она. — Таня, я не думала, что ты в курсе нашего разговора с твоими… — Лариса Сергеевна осеклась, словно подбирая слова, — граргскими друзьями. Я ничем не могу тебе помочь, увы.

— Я знаю. Просто скажите, как он, что с ним, — нетерпеливо повторила я. — Пожалуйста.

Время уходило. Вика могла сыграть на прослушивании и начать меня искать.

— Он рассказал свою версию событий. Я вам не судья и не могу решать, кто прав, кто виноват.

— Я виновата, — поспешно сказала я. — Что с ним?

— Продолжает служить, — немного помолчав, ответила Лариса Сергеевна. — Осунулся, может быть, немного озлобился, выглядит вполне здоровым физически.

— А душевно подкошен?

— Можно и так сказать. Давай оставим эту тему, рыцарь наверняка не хотел бы, чтобы я тебе о нём рассказывала. Таня, я звонила тебе всё это время. Почему твой телефон отключен? У тебя его забрали?

— Я его потеряла. Тогда, в парке, — ответила я.

— Твои родители отвечают на все вопросы как-то странно.

— Мы поссорились из-за свадьбы. Они были против.

— По городскому телефону говорят, что ты больше не живёшь по своему адресу.

— Мама сдала квартиру сразу после моего ухода к Вильгельму.

К чему эти вопросы? На них уходит столько драгоценного времени.

— Значит, ты осталась без поддержки, без жилья и без денег? — Лариса Сергеевна нахмурилась.

— Почему? Я живу у друзей, меня поддерживают Вика, Герберт и судья Лилиана, — отчеканила я. Она вздрогнула. — Герберт в состоянии обеспечить целый гарем. Даже не представляете, сколько они с Лилианой зарабатывают на вселениях. А как именно они это делают, лучше и не представлять, — с истерическим смешком добавила я. — Раз вы не хотите рассказать про Вадима Чернова, я пойду. Меня скоро может начать искать Вика.

Я быстро двинулась к двери.

— Таня, подожди!

Я захлопнула дверь и почти побежала по коридору. Вовремя выскочила: на лестнице я столкнулась с Викусей.

— Сыграла?

Моё дыхание сбивалось, голос дрожал. Только бы Вика не заметила ничего подозрительного.

— Ага, десять минут позора и государственная оценка три балла с минусом, — весело ответила подруга. — А ты где была?

— Освободилась раньше, решила написать контрольную по МХК, — ответила я, стараясь, чтобы голос прозвучал легко.

Лариса Сергеевна вышла на лестницу. Викуся поздоровалась, Лариса Сергеевна рассеянно кивнула в ответ и прошла мимо, кинув на меня расстроенный взгляд.

— Понятно, — протянула подруга. — Синичка, а ты не хочешь сегодня задержаться в колледже? Ну, позаниматься, к прослушиванию подготовиться?

Я перевела дыхание. Кажется, Вика ничего не заметила.

— Хочу. А почему именно сегодня?

— У нас с Гербертом и Лилей свои планы, — нехотя сказала она. — Есть вещи, которых тебе пока лучше не видеть. Мы заедем за тобой. Одета ты нормально, в театр так пойти вполне можно.

Я мрачно кивнула. На душе стало совсем тошно: наверняка «планы» — это служение Граргу.

Вечер прошёл в свободном классе за фортепиано, в ожидании гудка машины Герберта под окнами колледжа. Руки помнили программу, прослушивание сыграть я смогу. Вот со специальностью сложнее. Завтра хор поёт в филармонии «Реквием» Моцарта, и я совсем не уверена, что Герберт отпустит меня петь заупокойную мессу. Он может оставить меня дома, и тогда придётся придумывать для колледжа правдоподобное объяснение: не прийти на такой концерт — это не шутки.

Дверь приоткрылась. Я оборвала пьесу и резко обернулась. Ну почему я подскакиваю от любого неожиданного звука?

В класс заглянула Лариса Сергеевна.

— Таня, ты здесь одна?

— Да.

— Извини, я была под впечатлением от рассказа рыцаря Вильгельма, — она подошла ко мне и села рядом у фортепиано. — Но увидела тебя и засомневалась. Ты не похожа на тех, кто добровольно собирается примкнуть к ордену Грарга. Я могу тебе чем-нибудь помочь?

Я улыбнулась, хотя на самом деле глаза защипало от слёз. Оказывается, в окружении Вильгельма всё-таки есть человек, который готов мне поверить. Только поддержка мне не нужна.

Если бы Лариса Сергеевна встретилась мне в первые дни, я бы, наверное, умоляла её о помощи. Теперь — нет. Вильгельм оставил меня в доме чёрного кольценосца и судьи Грарга, оставил как наложницу для Герберта. Он бросил, Герб подобрал.

— Лариса Сергеевна, чем вы поможете? — ответила я. — Вы попытались, и я вам за это благодарна. Но изменить ничего нельзя. Я не могу уйти от Герберта. По законам Грарга я должна оставаться с победителем.

— Но я могла бы привести тебя к Граалю.

— Зачем? Вильгельм оставил меня здесь. Он не хочет, чтобы я находилась где-то, где бывает он, — я сглотнула комок в горле. — Да и кому я там нужна?

— Если бы ты поговорила с рыцарем, может, вы бы помирились, — сказала Лариса Сергеевна.

— Я с ним не ссорилась. Говорить со мной муж не хочет, иначе нашёл бы способ это сделать.

— Таня, я не хочу напоминать тебе о той ночи… — помявшись, начала она.

— Ничего, — я нервно усмехнулась. — Я и так вряд ли когда-нибудь её забуду.

— Скажи одно — тогда был совет?

— Был. И Анорм на совете тоже был. Всё, о чём рассказывает Вильгельм, — чистая правда. Я предложила Королю себя, когда Герберт проиграл Вильгельму бой.

Мне вспомнилось невозмутимое лицо Анорма, пустой жуткий взгляд тёмных глаз и бесстрастный голос. Король долго перечислял, какие блага я получу на уединённой вилле, и как именно буду за них расплачиваться. А что было дальше, вспомнить без дрожи не получалось. Брр, как только Лили угораздило с ним связаться? Для меня Анорм — герой кошмаров, а для неё — давний друг и постоянный любовник.

— Пожалуйста, расскажите мне про Вильгельма, пока есть возможность, — попросила я, ругая себя за потраченные на воспоминания о Короле драгоценные секунды.