Анна Фьюри – Обжигая сердце илекти (страница 58)
– Как хочешь, настаивать не буду. Ты в порядке?
– Нет…
– Я могу помочь?
– Уже помог.
Я ведь не мог заставить человека доверять мне на сто процентов.
– Хотел сказать, что не знаю, с чего начать. Слишком много за один день.
– Я уже никуда не спешу.
– В общем, мой брат, он… До него дошло наконец, что я не наркоман. Он насильно взял у меня кровь для анализа. И понял, что я чист.
Я обратил внимание на его распухшую щеку.
– Это он тебя ударил?
– Мгм.
– Ты не понимаешь, Вар. Нас с ним… Нас воспитывали очень строго. Отец, как и мой брат придерживались всегда морали. Долг. Честь. Верность клятве. Ну ты понимаешь, в общем. А я, выходит, нарушил все. Меня назначили предателем семьи. Забавно. Я всего лишь не хотел вражды и крови.
– Они реально думают, что никто никогда не нарушал клятвы илекти?
– Нарушали. Но не в нашей семье.
– Выходит, твой брат не смог принять того, что ты не захотел выпустить кишки своему врагу? То есть – мне?
– Выходит, что так. Сказал, что мне нужно к психиатру. Мне теперь и домой нельзя показываться. Отец не захочет видеть.
– Может, спустя время все наладится?
– Это вряд ли. Никогда уже не будет как прежде. Я знаю своего брата упертого.
– Наверное, моя вина тоже в этом есть…
– Да ну. Хрень это все.
– Мне жаль, что все так развернулось.
– А мне – нет. Неприятно. Но не жаль. Может, я не в состоянии изменить всю систему, но уж точно не буду тем, кто слепо ей следует.
Я решил отвлечь и себя и его от гнетущих мыслей.
– Сменим тему?
– Было бы неплохо.
– Когда ты понял, что не хочешь меня убивать?
– Когда ты выбежал босиком за мной в Виридисе, я понял, что у тебя есть своесть. А ты когда понял, что не испытываешь ненависти к своему врагу?
– Немного раньше. Когда осознал, ЧТО натворил с тобой и понял, что никогда не смогу за это простить себя.
– Но ты ведь убивал? По идее и меня мог убить без особых угрызений совести. Мы враги. Были…
– Да, убивал. Но не часто. Я никогда никого не пытал. У меня другие функции в клане. И тебя… не собирался. Понятия не имею, что нашло на меня.
– Ладно, это в прошлом. Я тоже немало сделал для того, чтоб ты взбесился тогда. Поэтому не стоит делать из меня святого. Я далеко не такой.
– Мне кажется, я понятия не имею, какой ты.
– А каким ты меня видишь?
– Спокойным. Немногословным. Иногда холодным, но в тоже время, не без искры в глазах. Ты редко выражаешь свои эмоции.... Но…
– Но?
– Ты как ребус, но необычный, а тот, который не хочется разгадывать. Если захочешь – сам расскажешь. А нет, я и спрашивать не буду.
– Поверь. Все, что захочешь узнать обо мне, я расскажу. Мне особо и скрывать нечего. В том то и дело, что я, наверное, слишком простой и скучный.
– Да ладно тебе.
Странная мысли проскользнула в голове- Если от него отвернулся брат, значит я заменю его. Этот жизненный суровый опыт я получил в раннем детстве. Но я справился, потом у меня появилась Ния. Она заменила мне семью и другой мне не нужно. Теперь, я готов был стать для Амира той точкой опоры, которая нужна была каждому, чтоб не сойти с ума от одиночества.
Глава 7
Ния.
Мотобаза.
Нейтральный дот.
Не знаю почему, но пока никто не видел, я уселась на трибуны, напротив площадки с трамплинами и дала волю эмоциям наконец. Нет, я не истерила и не упивалась своими же слезами. Мне просто это было нужно. Побыть немного слабой наедине с собой.
Я бросила взгляд на свой мот.
Если из моей жизни взять и вдруг резко убрать мотоциклы, мне будет больно, тяжело, невыносимо, но в какой-то момент, я справлюсь. Но если из моей жизни убрать Юна – меня просто не станет. Я не хотела даже думать о жизни без него.
Ради меня он попытался попасть за Инби. Ради меня пошел на такой серьезный шаг. И из-за меня в итоге пострадал.
Я ненавидела эту свою сторону. В самый сложный момент могла проявить характер и силу, а вот когда все уже было позади – проявляла слабость. Обхватив себя за локти, уткнулась в острые коленки. И на какое-то время поток мыслей унёс меня слишком далеко от площадки и базы, потому что я совершенно не заметила, как была уже совсем не одна.
– Ния… Просто скажи, кого грохнуть?
Он присел на корточки напротив меня и осторожно погладил мои бедра с двух сторон.
– Привет. Все в порядке. Я просто… – как объяснить, что в моей голове было слишком много переживаний?
– Что?! Кто-то без спроса посадил свой зад на твой мот? Твоя горе-ученица снова перепутала передний тормоз и сцепление? Кто-то посмел исполнить "Поцелуй смерти" не на том трамплине? Просто назови имена, я серьезно с ними поговорю.
У меня вырвался отчаянный и в тоже время слишком радостный смешок, вместе со всхлипом и оставшимися слезами. Он слишком хорошо меня знал. И я просто обняла его. Крепко-крепко прижавшись к нему и уткнувшись в его шею. Этот запах… Терпкий, шоколадно-цитрусовый. Я готова была утонуть в нем и раствориться. Юн определенно знал, как с помощью нескольких слов и потрясающего чувства юмора, облегчить боль в моей душе минимум на пятьдесят процентов. Я наконец ответила:
– Ты…
– Что, я?
– Это все ты.
– Нет, ладно, признаю. Свой зад на твой мот я сажал, но обращался с твоим железным другом бережно. Клянусь. Но вот сцепление с тормозом даже в четырнадцать не путал. А до "Поцелуя смерти" мне как до Дэй Су ползком. Поэтому…
Я снова рассмеялась и чуть прикусила его за шею. Ну как же его обожала.
– Да я не об этом, Юн. Я просто сильно переживаю за тебя. Вот и все. Не могу перестать думать о том, что с тобой произошло.
– Я в порядке.
– Как твое плечо?
– Все хорошо, правда. – подушечками пальцев он водил по моим скулам и почти шептал на ухо. Это успокаивало. – А ты все же уехала вчера.