Анна Фьюри – Обжигая сердце илекти (страница 42)
– Чёртовы каблуки! И почему под платья нельзя надевать удобные кроссовки?!
Она так забавно злилась и морщила носик. Казалось, что в этот момент на ее лице сменилось сразу тысяча эмоций.
– Кто сказал, что нельзя?! И, кажется, у меня есть ещё одна идея.
Я резко обхватил ее за талию и посадил на капот, она звонко рассмеялась в ответ.
– Давай сюда свои туфли, пусть ноги отдохнут. И в следующий раз, если наденешь платье, не забудь фиолетовые кроссовки в тон. К черту все стереотипы, Вейрона Байнэр. Ты носишь самое быстрое и охренительное имя в Эзарии! Тебе – можно все!
Я наклонился к ее ногами и осторожно помог расстегнуть застежки на туфлях, а потом снял обе и отнес их на коврик в машину. Вернувшись, я облокотил свой зад о капот рядом с ней и сложил руки на груди. Свой кофе я давно выпил, а она все также сжимала бумажный стаканчик, нежно обхватив обеими руками.
Стараясь не палить себя по полной, я осторожно наблюдал, как озорно Вейрона болтала босыми ногами и просто смотрела вдаль горизонта.
Ночь постепенно вступала в свои права, огней зажигалось все больше, а длинные гирлянды фонарей на трассах уходили в бесконечность. Неожиданно Вейрона повернулась ко мне и спросила:
– Как ты попал в клан? Ну, в смысле, если вдруг не хочешь, можешь не отвечать. Мне просто стало интересно узнать твою историю.
– А ты свою расскажешь?
– Я почти ее рассказала тебе в больнице. Особо и нечего скрывать. Мне было шестнадцать и я потеряла обоих родителей, после чего дорога мне была прямиком в приют. А оттуда либо на панель, либо… В общем, я выбрала клан. По началу и в нем мне грозила та же развеселая участь проститутки, но тут мне на помощь пришло умение быстро ездить и разбираться в тачках, которое с шести лет мне прививал мой отец. И глава оставил меня в покое. В общем, привет угон, разборы, ну иногда приходилось охмурять богатеньких эзарийцев.
– Коротко, но честно.
– С тобой мне почему-то не хочется быть лживой. Уж прости. Мне необходимо хотя бы с кем-то побыть настоящей, чтоб не потерять себя окончательно. Если ты конечно позволишь…
– Вейрона… – Я обхватил аккуратно ее ладонь. – Мне и самому бы этого хотелось. Что касается честности, я тоже хотел бы коротко рассказать о прошлом, но не люблю возвращаться к этому.
– Я просто хочу узнать тебя лучше. Расскажи мне все, что захочешь или посчитаешь нужным. Не обязательно о клане. Мне все будет интересно. Любимый цвет, еда, музыка, фильмы.
– Начну, все же, с клана тогда. На самом деле, я родился и вырос в Инако, а мои родители были связаны с кланами ещё до моего рождения. Соответственно, они оба состояли в Аспидах. Мне было семнадцать, когда они оба решили выйти из системы. Но как ты и сама понимаешь, никто бы не позволил этого. В самый страшный вечер моей жизни я вернулся домой и понял, что у меня его больше нет. Он сгорел до тла вместе с моими родителями. Я не видел, как их убивали, не слышал их криков, но в ту же минуту решил, что вступлю в сильнейший клан Эзарии и заставлю главу Змей заплатить за смерть родных. Я прилежно учился, тренировался и максимально проявлял себя перед главой. Но со временем понял, что убить я смогу только в случае крайней необходимости. Мысли о мести стёрлись. В Драконах я обрёл друзей, семью и маленький намек на счастье. У меня нет желания убивать и мстить.
Она спрыгнула с капота и обхватила тёплыми руками мой торс, а я практически онемел от этого действия. Никто и никогда не обнимал меня так крепко и так нежно одновременно. Я не понимал куда мне деть чертовы руки и бурлящую кровь внизу живота и осторожно обнял ее в ответ. Она не сказала что ей жаль, вообще ничего не ответила, но стояла уткнувшись носом мне в грудь и просто окутывала меня с ног до головы своим теплом. Не знаю, зачем я вообще открыл свой рот и нарушил эту самую идеальную тишину в моей жизни, но тихо сказал:
– Фиолетовый.
Она слегка отстранилась от меня и заглянула в глаза в недоумении:
– Что?
– Мой любимый цвет – фиолетовый.
– О, да это я по твоей тачке сразу поняла. Я тоже люблю этот цвет и все его оттенки.
Мы оба рассмеялись. А потом я понял, что она босиком стоит на холодной земле. И поднял ее на руки.
– Давай-ка, отвезу тебя в Инако, Рони… – Я посадил ее на пассажирское сиденье.
– Как ты меня назвал?
– Рони? Прости, если не нравится… Я просто весь день перебирал в голове, как могу называть тебя. Мне до безумия нравится твое имя.
– Нет, мне очень приятно. Меня ещё никто никогда так не называл.
– Не против погонять, прежде чем вернешься домой?
– Я бы обиделась, если б ты не предложил.
И я забыл обо всем на свете, пока мы мчались на место уличных гонок и все сильнее ловил себя на мысли, что отпускать ее в Инако мне вовсе не хотелось.
Ния.
Мотобаза.
Трибуны напротив трамплинов.
Сколько же раз я вот так приходила сюда, вгрызаясь взглядом в самый высокий из них, пытаясь представить каждый свой вылет со стороны и придумать новые удивительные связки для будущих трюков. Я присела в кресло на самом первом ряду, пытаясь дыханием согреть ледяные ладони и ругая себя за то, что не взяла куртку. Погрузившись полностью в мысли о новых трюках и прыжках, я не заметила, как ко мне подошли со стороны и вздрогнула от низкого голоса:
– Сегодня прохладно, да? – Дияр снял с себя спортивную кофту и тут же накинул мне на плечи. – Ты всегда такая холодная. И на тренировках тоже…
– Мне и самой неприятно от этой особенности, но ничего не поделаешь.
– С чего ты взяла, что мне НЕПРИЯТНО?! Я разве сказал об этом?
Я понятия не имела, что ему ответить. Возможно, мы слишком много выпили и пора уже было расходиться по домам. Он обхватил обе мои ладони своими горячими и присел на корточки передо мной.
– Давай согрею немного…
Я округлила глаза от неожиданности и его странного порыва, но руки не одернула.
– Все в порядке, Ди.... – Он перебил меня, а мой взгляд растерянно бегал по его огромным ладонями, которыми он то растирал, то поглаживал мои кисти.
А когда его горячее дыхание, которым он также пытался согреть мои руки, пробежалось по внутренней стороне, я уже не знала, что ему сказать и как намекнуть, что это было лишним.
– Знаю, что должен заткнуться и что ты никогда не должна была этого услышать. Но… Черт. Просто хочу чтоб ты знала…
– Ты…
– Не перебивай, Фурия, у меня и так, знаешь ли, все мысли, как тараканы разбегаются в панике. Поверь, та ещё сомнительная спецоперация – признаваться в любви илекти…
Я ошарашенно на него посмотрела и не знала, что ответить. Он сжал мои ледяные пальцы в своих руках сильнее.
– Мда… Нелепо вышло. Скажи? В моей голове все звучало гораздо поэтичнее.
– Дияр… Я не…
– Знаю, Ния. Можешь ничего не отвечать, – его голос теперь казался таким хриплым и потухшим, словно он заранее знал, что не смогу ответить на его признание. – Я просто боец. Мичиди клана. Никто. Пешка, выполняющая приказы. Но очень хочу, чтоб ты знала, что эта пешка всегда будет на твоей стороне, как и прежде рвать за тебя задницу. Отсутствие твоего статуса илекти не изменило бы этого. А когда узнал, тогда в доме у Мирэя, что вытворял Сиан по отношению к тебе, боролся только с одним единственным желанием – достать пистолет и пристрелить его на месте. И до сих пор жалею, что не сделал этого.
Он все же присутствовал тогда во дворе дома Мирэя, а мне, видимо, было настолько плохо, что я даже не заметила его. Наверняка Эйрик и Рун тоже находились там. Они почти всегда держались вместе.
– И хорошо, что не сделал. Тебя бы убили на месте! И ты далеко не пешка, Ди. Не надо так…
– Зато твоя проблема была бы решена раз и навсегда.
– Мне не нужно решение моих проблем ценой жизни дорогих мне людей.
– Ты только что сказала, что я дорог тебе? Я же не ослышался?
– Ты… Вариус, Чен, Рун, Эйрик. Вся моя мото-семья. Эмма, Энти. Вы ВСЕ мне дороги. И я сойду с ума, если кто-то ещё из вас пострадает. Со смертью Хиро, меня будто частички души лишили. Поэтому держись подальше от Сиана и его бойцов. Я не доверяю ни одному из них.
– Благо, этот псих сейчас далеко и не может навредить тебе. А его бойцы без него ничего из себя не представляют. Шатаются по его клубу, толкают наркоту и проституток обеспечивают работой. А казино и так самостоятельно справляется по-моему. Но даже теперь ты думаешь о других, Ния… А как же ты?!
– А мне спокойнее, когда с вами все в порядке.
Он потянулся ко мне и оказался так близко от моих губ и коснулся их слегка большим пальцем, но я сразу же отстранилась и, возможно, слишком резко выдернула свои руки.
– Ния, прости… Я просто дурак.
– Это ты прости. Но я не могу ответить тебе взаимностью. И совсем не потому, что ты мичиди, а я – илекти. А потому, что мое сердце уже занято.
Я понятия не имела, как повела бы себя с ним, если бы он проявил ко мне интерес до встречи с Юном. Дияр всегда мне нравился внешне, да и его характер был сильным и твердым. Постоянно помогал мне на площадке, когда я только училась ездить. Он не умел врать. Это всегда подкупало. Но сейчас… Каким бы он не был внешне и внутренне, мое сердце не дрогнуло. Оно замирало и разгонялось до сотни за одну секунду, только когда один единственный наглый засранец появлялся на горизонте. Все остальное в момент становилось незначительным.
– Вот как.
– Да. Прости.. Но я не хочу тебе лгать. Если бы ты пришел ко мне с этим признанием раньше. Тогда… В "Фурии", помнишь?!