Анна Фьюри – Обжигая сердце илекти (страница 24)
– Ну, должно быть, когда здесь идут дожди часть влаги попадает в горшок и ему этого вполне хватает. Потому что земля в нем влажная, а дождь только что прошел…
– Возможно…
– Юн, подойди…
Я прищурился и улыбнулся слегка. Меня всегда покоряли ее эмоции – такие чистые, прозрачные как слеза, искренние и неподдельные.
– Мне и отсюда все видно, принцесса.
– Ну пожалуйста.
Я присел на корточки рядом с ней у цветочного горшка. Ния не унималась:
– Понюхай, что напоминает?!
Я наклонился к цветкам и глубоко вздохнул аромат.
– Тебя?! Пахнет также, как и ты. Не хватает только лёгкого аромата бензина и верхних ноток моторного масла, с небольшим дизельным шлейфом.
Она толкнула меня в бок, а потом рассмеялась и подыграла мне, как всегда:
– О, да. Это и правда мой самый любимый аромат, Юн.
Я сорвал один цветок и переплел с прядью ее волос за ушком.
Ния поднялась на ноги, а я следом за ней. В тусклом свете от единственной лампы освещающей террасу ее лицо было таким нежным и будто сияло изнутри.
Моя маленькая Фурия смотрела не просто мне в глаза, она направляла свой взгляд прямиком в мою обнаженную душу и только ей я позволю увидеть меня целиком, таким какой я есть, потому что именно она раскрыла мое сердце, душу и разум, словно провода, оголяя которые, наружу рвался чистый электрический разряд.
Я укутал ее плечи пледом и мы сели обратно в кресло. Ния вдруг спросила:
– Можно задам тебе не совсем приятный вопрос?!
– Тебе все можно, ты же знаешь.
– О девушках, которые были у тебя до меня…
– Не было у меня никого до тебя, принцесса.
– Что-то мало верится… – Она подняла голову и посмотрела на меня вполоборота, недоверчиво прищурив правый глаз.
Как мне объяснить ей?! Все, что я испытывал с ней, к ней, внутри нее… Было действительно впервые. Первый поцелуй и такой трепет, от которого хотелось кричать от переполняющих эмоций, первый секс, от которого напрочь снесло голову, потому что до нее я не испытывал ничего подобного, сколько не пытался. Первые прикосновения, первый танец, все эти мелкие разряды, которые хаотично передвигались по всему телу, когда она касалась ледяными губами каждого сантиметра моей кожи. Она была первой, кто увидел и прикоснулся к моей искалеченной руке, гладила и целовала каждый уродливый шрам на ней, каждый ожог, каждую впадинку, не боялась прикоснуться к пластине, и просила снять перчатку, когда мы занимались любовью. Она была первой девушкой, с которой мне хотелось уснуть до утра, прижимаясь к ней всем телом и не отпускать никогда. А то, что она творила со мной прошлой ночью, ее несмелые, неопытные, но такие чувственные движения губами, обхватывающими мой член, ее ласки, поцелуи, которые не упустили из виду ни один участок моего тела… Я будто побывал в другом мире, другом измерении, в параллельной вселенной, которая принадлежала только нам. От одних лишь воспоминаний можно было снова и снова достигнуть оргазма. Ни одна ночь до встречи с Нией не попадала в сравнение. Поэтому да – у меня никого не было до нее. Возможно фактически и физически это было не так. Но для меня важно было совсем другое.
– Ния, до тебя был просто секс…
– Ооо… Ясно. А со мной тогда, что?!
– С тобой – БЕСКОНЕЧНОСТЬ.... Я понятия не имею, как объяснить тебе это… Ты ведь знаешь, что я не целовал никого до нашего с тобой первого поцелуя в клубе?!
– Как это?! Ты же сказал, что.... Как можно не целовать во время....
– Я разделял для себя эти понятия. У меня было всего два правила в сексе: никого не целовать и не позволять целовать себя в губы.
– Никогда?
– НИКОГДА. Чему я безумно рад теперь. Потому что ты единственная, кто нарушил оба моих правила, причем в один день.
– И откуда взялось твое правило?!
– Ну, по сути я решил это в тот же вечер, когда случился мой первый секс. Я рассказывал тебе уже. Она потянулась к моим губам, но мне отчего-то стало противно. Страшно представить, что или кто побывал у нее во рту до меня.
– О. Ясно. То есть, кто или что побывало у нее между ног, тебя совсем не беспокоило?! – Ния буквально припечатала меня своим ответом и острым язычком.
– Резонно. Практически удар ниже пояса. Но к счастью, для таких вещей придумали презервативы, которых всегда было полно в мужской раздевалке. А вот для губ таких штуковин не изобрели пока что. Но это скорее, к счастью. Я несказанно рад тому, что целовал только тебя.
– Ого. Да я злостная нарушительница просто… С ума сойти. Почему ты никогда не говорил мне об этом?
– Потому что это неважно… Для чего тебе мои загоны? Важно то, что ты рядом и то, что я ни за что не отпущу тебя и никому не отдам. Никогда.
– Важно. Для меня все важно, что связано с тобой. Какие у тебя ещё правила были?!
– Теперь у меня только одно правило – бесконечно быть рядом с тобой.
– Похоже, со мной у тебя тоже кое-что произошло впервые, Юн Кэсидо….
– И я готов пополнять этот список с тобой БЕСКОНЕЧНО, моя любимая госпожа Райс.
Она слегка смутилась, а я сильнее прижал ее к себе и скользнул губами к ее уху:
– Почему ты вообще об этом спросила?!
Она не отвечала. Я поцеловал ее в висок и скользнул губами к щеке, пока она собиралась с мыслями.
– Ну, просто… У тебя ведь явно огромный опыт, Юн. Мне хотелось понять, вдруг я что-то делаю неправильно? Вдруг какие-то мои действия не доставляют тебе удовольствия… А может, и вовсе наоборот…
Я охренел. И поспешил ее уверить в обратном.
– Боги, Ния… И в какой момент тебе так показалось? Когда я громко стонал от удовольствия, так что все дикие звери в радиусе ста километров разбежались в ужасе или когда готов был кончить несколько раз только от одного твоего прикосновения губами к моему члену?
– Юн! – она резко развернулась ко мне лицом, выражая миллион эмоций одновременно: от смущения до возмущения.
– ЧТО?! Ты сама вывела меня на откровенный разговор, малышка. И я честен с тобой. Если тебе и теперь будет мало моих ответов, я могу ещё подкинуть.
– О нет, спасибо… Мне, пожалуй, вполне достаточно твоих аргументов.
– Давай-ка ещё покажу тебе парочку прямо сейчас, чтобы больше ты ни в чем не сомневалась. А ты постарайся не закрывать свои прекрасные глазки и понаблюдать за моими эмоциями.
Я приподнял ее и развернул к себе уже всем корпусом, ее сладкие губы тут же вцепились в мои, она медленно раскачивались на моих бедрах. Свежий лесной ветер приятно холодил кожу. Ее тело покрылось мурашками, а я снова боролся с диким желанием укутать ее и раздеть одновременно.
Как-то она сказала, что желает чтобы я всегда оставался собой рядом с ней. Сначала думал, что это невозможно в принципе, потому что с самой нашей первой встречи она меняла меня. Но потом я чётко осознал, что как раз только рядом с ней я и был собой, она не изменила меня, она показала мне мою истинную суть, вывернула мою душу наизнанку и выявила все, что я прятал в себе. Возможно, и я смог что-то в ней изменить, но мне бы не хотелось влиять на нее, на ее действия, поступки и решения. Я только мог встать рядом и принять ее выбор и если он будет ошибочным, ошибусь вместе с ней, если она оступится, подставлю ей руку, если будет падать – поймаю.
Каким бы ни было наше будущее, я не представлял его без нее.
Глава 4
Ния.
Орус.
Спустя неделю после нашего потрясающего уикенда, мне пришло сообщение от Юна, после которого я прыгала, как сумасшедшая прямо на своей кровати.
"
Никакой запрет Мирэя – не появляться в Фироссе – не мог повлиять на мой ответ. Поэтому я, даже не думая, согласилась.
А через несколько минут пришло ещё одно: