Анна Фрэй – Камерон (страница 5)

– Почему темно? Реймон, вы где? – раздался резкий голос Джэда.

Камерон, улыбаясь, с силой оттолкнула меня и молниеносно натянула свитер обратно. Глаза ее возбужденно сверкали в темноте.

– Джэд, ты уже вернулся… – воскликнула она, поспешно зажигая свечи. – Просто свечи потухли.

…Свечи потухли…

Я вздрогнул от неожиданного боя часов. Уже полночь. Только сейчас я почувствовал, как смертельно устал. Сдернув чехол с дивана, я с наслаждением растянулся на нем. Глаза закрылись сами, и я погрузился в глубокий сон.

Камерон

После этого неожиданного поцелуя я был просто болен ею, но со стороны Камерон началась игра. Жестокая насмешливая игра. Она вела себя так, будто ничего не произошло. Все было как раньше. Она так же флиртовала со мной и Джэдом, мы так же встречались, общались, весело проводили время и оставались лучшими друзьями. Меня дико бесило, что Джэд вел себя с нею так, будто она уже принадлежала ему. Камерон держала нас на расстоянии, сохраняя ту невидимую дистанцию, которая держала грань между дружбой и любовными отношениями, но сексуальная подоплека присутствовала всегда, и с каждым годом она возрастала вместе с тем, как мы становились старше.

На далеко не братскую привязанность Джэда она отшучивалась и смеялась. Я не показывал своих чувств к ней, подражая ее игре, в то же время не отказывался от общества других девушек.

Интересно, как бы повернулись события, если бы не та вечеринка у Сабрины Уолтер.

Сабрина тогда была лучшей подругой Камерон. Одно время я даже встречался с ней, но недолго. Впрочем, это не помешало нам остаться друзьями, хотя время от времени мы не отказывали себе в дружеском сексе. Ветреная, веселая, очаровательная и далеко не глупая, Сабрина вызывала только положительные эмоции. Мне всегда было с ней приятно поболтать, выпить и даже вспомнить забытые времена, целуя ее пухлые красивые губы.

Это была обычная вечеринка, какая может быть у двадцатилетних молодых людей: музыка, танцы, море выпивки, немного наркотиков. Мы с Джэдом пришли туда позже, когда все было в самом разгаре. Клубы сигаретного дыма, грохочущая музыка, развязные танцы, то тут, то там пьяные обкуренные парочки.

– Ну, наконец-то! – воскликнула Сабрина, подойдя к нам, демонстрируя глубокое декольте откровенной кофточки. – Я уже решила, что вы не придете.

Меня окутал аромат ее парфюма.

– Привет, – я поцеловал ее в нежную щечку.

– Где Камерон? – резко спросил Джэд, окинув присутствующих скучающим взглядом.

– Здравствуй, Джэд, я тоже рада тебя видеть, – ему в тон бросила Сабрина. – Без понятия, наверное, целуется с каким-нибудь знойным парнем.

Джэд оставил нас и исчез в толпе танцующих. Сабрина схватила меня за руку и потащила к бару.

– Что будешь пить?

– Виски со льдом.

Она быстро наполнила мне бокал.

– Реймон, я скучала. Полмесяца не виделись! – Она прижалась ко мне. – Нехорошо так надолго забывать друзей, – Ее руки обнимали меня, настойчиво требуя нежности и внимания.

Я мягко отстранил ее. Сабрина недовольно взглянула на меня и налила себе приличную порцию коньяка.

– Может, тебе хватит? – поинтересовался я, заметив, что еще пара бокалов и Сабрина будет невменяема.

– Мне всегда всего мало! – Она сделала крупный глоток и, прищурив ярко-голубые глаза, посмотрела на меня. – Вы слишком долго добирались до нас. За это время мы здесь все уже надрались прилично, поэтому не нужно теперь на меня смотреть как строгий папочка! Я имею право расслабиться?

Я улыбался, наблюдая за ее грациозной развязностью и забавной болтовней. Сабрина что-то весело говорила, что-то мне объясняла, в чем-то попрекала, нелинейно перепрыгивая с темы на тему, и скоро меня это порядком утомило.

– Реймон, ты сплошная загадка. – Она крепче обвила руками мою шею. – Тебя так сложно понять, но этим ты и притягиваешь… своей сложностью, своей закрытостью…

– Тебе незачем меня понимать, – прервал я ее «философию» и, поставив допитый бокал, намеревался покинуть ее.

Будучи трезвым, я не любил пьяных девушек, а их бред, навеянный алкоголем, тем более.

– Но я хочу тебя понимать! – упрямо продолжала Сабрина, игнорируя мое желание оставить ее. – Я сейчас все скажу! А то опять исчезнешь недели на две-три! Я обожаю в тебе все! Реймон, в тебе нет ни одной черты, которая меня бы не привлекала. Мне нравятся твои черные волосы, твои темно-серые глаза, они как туман… в котором хочется блуждать и заблудиться…

– Туман?

– Реймон, не уходи. – Она поставила уже пустой бокал и требовательно притянула меня к себе. – Не уходи…

Ее губы страстно впились в мои, руки быстрым плавным движением спустились вниз и расстегнули ремень и молнию на моих джинсах. Это было слишком внезапно и стремительно. Я не понял, а скорее почувствовал, что отвечаю ей, а мои руки уже освобождали ее от бюстгальтера. Да, умеет она заводить… прелестная девочка. Неожиданно распахнулась дверь, и я почувствовал на себе чей-то острый пронзительный взгляд, который наточенным лезвием водил по моей спине. Мне хотелось обернуться, но оторваться от Сабрины было сложно, почти невозможно, особенно когда ее упругая грудь оказалась у меня в ладонях, но она вдруг отстранилась от меня.

– А, Камерон, ты?

Я оглянулся. Камерон стояла, облокотившись о косяк двери, и курила с видом королевы, будто не она, а мы потревожили «ее светлость». Она сделала затяжку и выдохнула дым. Ее глаза как всегда смотрели с затаенной иронией, скрывая истинные мысли.

– Продолжайте, продолжайте, – насмешливо произнесла она, – очень возбуждает… очень, в воздухе витает такое… мм-м… эротическое напряжение… – Она стряхнула пепел. – Сразу возникают разнообразные сексуальные фантазии… это заводит, правда.

– Ты хочешь оказаться на моем месте? – с едкой улыбкой спросила Сабрина. – Хотя можешь не отвечать, я и так это знаю.

– Нет, только на своем. Пожалуй, я покину вас. Может, и мне подвернется кто-нибудь, кто исполнит мои эротические мечты, навеянные вами. – Камерон бросила мне с ума сводящую улыбку и вышла из комнаты.

Я молча отстранил Сабрину и, застегнув джинсы, налил себе еще один бокал виски. В последнее время, когда я видел Камерон, сразу возникало жуткое желание напиться.

– Все испортила! – раздраженно бросила Сабрина, поправляя кофточку, потом, улыбаясь, взглянула на меня. – А ведь она ревнует.

– Ей все равно.

– Только не ты – мы как-то разговаривали о тебе… – Сабрина сделала глоток.

– Мне это неинтересно, – безразлично сказал я, но сердце все равно забилось быстрее.

Сабрина пьяно хихикнула.

– Она интересовалась, какой ты в постели.

– Не хочу это слушать, – отрезал я.

– Мне кажется, а я редко ошибаюсь в отношении Камерон, – продолжала философствовать Сабрина, – она просто жаждет, чтобы ты ее трахнул.

– Ты действительно много выпила сегодня, – констатировал я.

– И несмотря на это, – самодовольно продолжала она, – заметь, весьма здраво рассуждаю!

В который раз я сделал безуспешную попытку удалиться.

– Реймон… – позвал мелодичный голос Сабрины.

Я оглянулся. Она вызывающе смотрела на меня, ее глаза были полны обещания. Она сняла кофточку, демонстрируя совершенной формы грудь и дорогой черный бюстгальтер с замысловатыми фиолетовыми узорами. Дорогое нижнее белье – это всегда была ее фишка. Мне нравилась она и за это. Я медленно подошел к ней и улыбнулся:

– Ты когда-нибудь пробовала это на барной стойке?

Вечеринка у Сабрины Уолтер… ее мать уехала в отпуск с очередным любовником, и дом был в полном распоряжении Сабрины, чем она не преминула воспользоваться, устроив вечеринку с размахом.

Сабрина, лучшая подруга Камерон, они дружили еще со школы. Она сыграла важную роль в нашей истории… моя прелестная голубоглазая девочка. Я знал, она была влюблена в меня, хотя нет, не знал, только догадывался. Ведь она никогда не говорила мне об этом напрямую, никогда и ни на что не претендуя. Сабрина была намного умнее и интереснее, чем казалась мне тогда. Почему я никогда не воспринимал ее всерьез, а только в пределах вечеринок, флирта и дружеского секса? Какое упущение. Жаль.

Отец Сабрины, Томас Уолтер, был известный хирург в нашем городе. Он женился на хорошенькой медсестре, Кэролл Нэвинс, которая быстро забеременела от него, но, ко всеобщему удивлению, довольно быстро развелся. Сабрина с малого возраста росла без отца. Томас купил им приличный дом в центре города. Его материальной поддержки хватало, чтобы ее мать и она ни в чем не нуждались, но Кэролл все равно не бросила работу в больнице. Как предполагала Сабрина, из одной только вредности, чтобы маячить перед глазами отца и бесконечно напоминать о себе. Несмотря на то, что ее отец давно завел новую семью, Сабрину он любил и всегда поддерживал. Он оплачивал ее учебу в университете, выполнял любые ее капризы и прихоти, приглашал на семейные празднества, искренне желая, чтобы она общалась со своими братьями от второго брака, но, несмотря на это, Сабрина относилась к нему прохладно и сдержанно, не прощая в душе их с матерью одиночество.

После стремительного секса и опустошив с Сабриной почти целую бутылку виски, я, наконец, решил пройтись по дому и посмотреть на народ, который здесь отрывается. Войдя в зал, я попал в хаос. Громыхала музыка, бесконечно меняясь: Джон Бон Джови, Бонни Бьянко, Silent Circle, Blind Guardian, Talk Talk и другие, кто-то пролил на меня бокал, какая-то девица, безумно хохоча, повисла у меня на шее, при этом вонзая в меня свои ногти, какой-то обкуренный парень за это чуть не двинул мне: