Анна Филатова – Ещё один день (страница 5)

Все, кажется, неплохо. Все так, как и должно быть, если в спешке, почти без подготовки осаждать хорошо укрепленный замок, даже если бойцы внутри, мягко скажем, не совсем профессионалы. Но именно это меня и смущает. На что-то же Розен рассчитывал! Зачем-то же он начал этот штурм! Да, говорят, что у него не было выбора, что Совет Магов не разрешил ему долгую осаду, чтобы, дескать, не заморить голодом подрастающее поколение магов. То есть, нас. Почему-то считается, что просто попытаться убить нас — гуманнее. Так вот, у него не было выбора, говорят они. Но это же ерунда. Совет чуть ли не ест у Розена с рук, Совет столько лет пытался прибрать к рукам ЦМА, так неужели он не закрыл бы глаза на еще одно нарушение закона, чтобы руками Розена наконец сделать это? Сколько их уже было, тех нарушений. Одним больше, одним меньше... Нет, я уверена, что всё происходящее - это личный выбор Розена.

Но почему Розен решил не держать осаду, а атаковать из заведомо проигрышной позиции? Зачем ему этот штурм, если даже достать лично Дана таким образом довольно сложно? Хоть Дан и инструктировал меня держаться подальше, полагая, что ему придется туго, когда до него доберутся, но это на случай прорыва, а они пока даже ворота не разломали, а за воротами ведь еще решетка, и хорошо простреливаемый двор, и узкие лестницы замка... А если первой проломят стену, то и стена не так проста, там свои сюрпризы.

Верхний слой щита на таране поддается, и мы удваиваем усилия. Таран нас нервирует, тем более что очередной удар должен случиться вот-вот. Кто-то из наших защитников явно смягчает удары по стене локальным щитом, но полностью такое не поглотит ни один щит, так что это только вопрос времени — как быстро таран сделает свое дело. Я формирую огненный шар в правой руке, замахиваюсь — и шар гаснет, едва сорвавшись с моей ладони. Потом гаснет шар в левой руке. Гаснут магические вспышки тут и там на наших стенах. Я в жизни такого не видела, но тут не нужен опыт, чтобы понять: Совет дал Розену антимагический камень. Тот самый, с помощью которого остановили безумного некроманта Сандера. Тот самый, который решил дело в магической войне начала века. Камень, который в следующий раз можно будет использовать только через десять лет.

Они решили потратить заряд антимагического камня — на вчерашних выпускников и старшекурсников. С ума сойти, какая честь.

С ума сойти, как выжить-то теперь?!

***

Я охотно поехидничала бы о том, как Джанна, только похоронив одного жениха, немедленно стала привечать следующего, но честно говоря, язык не поворачивался. Выглядела Джанна плохо, причем с каждым днем все хуже. Под глазами залегли такие тени, будто она вовсе не спит. Разговоры за столом интересовали ее все меньше, все реже она подавала голос, чтобы вставить свои замечания. Иногда мне казалось, будто мыслями она все время где-то не здесь.

Дан, конечно, тоже это замечал. Однажды я слышала, как он жаловался Варе:

- Я пытаюсь, но она же не говорит, в чем проблема! Как я могу ей помочь, если я даже не понимаю, куда копать? Моих медицинских познаний тут, мягко говоря, не хватает. Для просто депрессии это как-то... чересчур.

- Так отведи ее к тем, чьих познаний хватит, - невозмутимо парировала моя сестрица.

- Так она не дается!

- Дан, ну что ты как маленький. Декана ее попроси, пусть устроит ей обследование.

И он действительно об этом договорился. И даже хотел ее туда проводить, но Джанна неожиданно заупрямилась и сказала, что это неприлично. Дан от такой аргументации, кажется, даже растерялся.

- Ну хорошо, а если тебя сопроводит кто-нибудь из девушек, это будет прилично?

- Даниил, у меня достаточно знакомых на своем факультете, если бы я хотела, чтобы кто-то сходил туда со мной, я бы попросила.

- Да, я понял, что ты не хочешь. Но я-то хочу! Поэтому я прошу своих знакомых, а не твоих, логично?

- Ладно, - отмахнулась Джанна. - Это пустая трата времени, со мной все нормально. Но если ты уговоришь кого-нибудь на это, я спорить не буду.

- У меня факультатив, - сказала Варя, не поднимая головы от тарелки. Видать, затылком почуяла, что к ней Дан повернется первой. А дальше Дан почему-то обратился ко мне — так быстро, что я не успела заготовить достаточно приличное вранье. Потом я думала: могла бы тоже сказать про факультатив. Но мне почему-то было стыдно красть сестрицыну отмазку. Это, не знаю, как списывать на сочинении. И когда Дан спросил меня:

- Глена, а ты можешь? - я сказала:

- Ну... да.

Ни я, ни Джанна не были в восторге от происходящего. Я — от ее компании и своей дурацкой роли соглядатая (понятно же, что Дан меня за тем и приставил, чтобы Джанна не скрыла от него, что с ней). Джанна — наверное, от того, что Дан приставил к ней кого-то. Я бы вообще взбесилась на ее месте. А она, удивительное дело, терпела, только плечами пожала, и всё.

Нас приняли не сразу. Наш бессменный медик Зверин разбирался с двумя обморожениями и одним ожогом: стихийники-первокурсники подрались. Нам он кивнул, как бы показывая, что знает, зачем мы здесь, и жестом "вымел" нас ждать в медбловоский коридорчик. Мы присели рядом на небольшой диванчик — второй был занят каким-то невнятным медицинским хламом. Я очень вежливо, на сколько хватило сил, извинилась перед Джанной и достала конспект по истории магии: завтра должна была быть контрольная. Так мы и сидели вдвоем, в полной тишине, минут десять или пятнадцать, пока я вдруг не почувствала, что Джанна как-то оседает, склоняется вбок, в мою сторону. В конце концов она почти улеглась на меня, навалившись всем своим хрупким, но все-таки не невесомым телом. Глаза ее были закрыты, и я сначала испугалась, что она потеряла сознание или что-то вроде того, но потом почувствовала — у меня бывает, - что она просто спит.

Искушение согнать ее с себя было велико, но я вспомнила, как плохо она выглядела в последнее время, и решила, что с меня не убудет. Пусть лежит, так и быть. Да, она придавила мне правое плечо и частично руку, но ниже локтя рука свободна, конспект листать можно. Значит, все нормально.

Когда медик наконец освободился и пришел за Джанной, я все-таки растолкала ее, а что было делать? Она потерла глаза, проморгалась и как-то странно долго на меня смотрела, видимо, вспоминая, где мы, зачем сюда пришли и особенно зачем ей я.

- Осмотр, - напомнила я. - Доктор Зверин освободился.

- Да, точно, - все так же заторможенно сказала она. - Спасибо.

Джанна встала и пошла к кабинету Зверина, а я пошла за ней - «морально поддерживать подругу».

Он долго сканировал ее так и эдак, наконец вздохнул и сказал:

- Ну, про моральное и физическое истощение вы и сами знаете, дорогая. Больше спать, меньше нервничать. Укрепляющее, я вижу, вы принимали. Уменьшите дозу вдвое, до привыкания уже рукой подать. А больше мне вам посоветовать нечего, разве что успокоительное...

- Спасибо, его я тоже...

- Тогда отменить. Все равно не работает.

Джанна упрямо сжала губы, так что даже я поняла: она считает, что очень даже работает, и ничего отменять не будет. Зверев это тоже увидел и повторно вздохнул.

- А больше, повторюсь, мне помочь вам нечем, вы ничем не больны. Режим поправьте срочно, иначе скоро придется вас действительно лечить. И может, сходите-ка к менталисту, поищите суть проблемы. Направить вас?

От направления Джанна вежливо отказалась. Совершенно зря, на мой взгляд. На обратном пути она неожиданно заговорила со мной.

- Глена, ты ведь стихийница, да?

- Ну да.

- Огонь? Ну да, сама вижу, что огонь. А на каком ты курсе?

- На третьем, - машинально ответила я. - А зачем тебе?

- Да так, стало интересно. Я столько дней сижу с тобой за одним столом, а не знаю о тебе даже таких простых вещей. Подумала, что это неправильно.

- По-моему, и так нормально было, - отмахнулась я. - Ну вот, теперь знаешь. Давай здесь разойдемся? А то у меня контрольная завтра...

- Давай. Пойдешь Дану докладывать? - Джанна понимающе усмехнулась, я пожала плечами: а что, отрицать, что ли? - На ужин-то ты придешь?

- Приду, конечно, куда я денусь.

- Ну мало ли, зароешься в конспект... Ладно, тогда до ужина?

- До ужина.

- Спасибо, что проводила.

- Да не за что, - растерянно сказала я в спину Джанны. Как я ни старалась, так и не поняла, откуда взялся этот всплеск дружелюбия.

6. Сейчас

У нас, у магов, нет огнестрельного оружия. У немагического населения есть, а у нас — нет, потому что — зачем оно нам? Магия, в отличие от оружия, всегда готова, заряжена, не заклинивает и не нуждается в уходе. Пули зельями не смазать, это экспериментально доказано. Проклясть их или еще как-то зачаровать можно, но тоже проблематично, да и зачем, когда под рукой сама магия?

Вот поэтому сейчас мы, огневики, сидим как идиоты на своей башне и не знаем, что теперь делать. Спускаться вниз, чтобы не маячить на башне? А что делать там, внизу? И единственные, кто в этой ситуации продолжают приносить пользу, - это зельевары с их луками и арбалетами. Вспомнив о них, я немного приободряюсь, но тут слышу звуки, которые до этого слышала только в редкие походы в кино. Они очень узнаваемы, но я с трудом верю своим ушам. Выстрелы. Значит, у Розена огнестрельное оружие есть. О боги.

Пожалуйста, пусть никого на стене не заденет! Да, замкового щита теперь нет, но зелья в крови остались, у многих ускорена реакция. Может же так случиться, что никого не заденет? Огнестрел, вообще-то, не ужаснее некоторых боевых заклинаний, но это легко говорить, когда у медиков есть магия. А когда её нет, и последствия заклинаний, и пулевое ранение лечить одинаково сложно. Только заклинаний сейчас, по крайней мере, можно не бояться, а вот пуль...