Анна Федотова – Битва мага-пересмешника (страница 12)

Орилин замолчал. Длинные пальцы коснулись лба.

–Что?

Эльф сделал вид, что не услышал моего вопроса, вроде как задумался.

–Орилин, что ты хотел сказать?

По его лицу скользнула улыбка Джоконды.

–Или придётся признать поражение, – ответил он.

–Это не вариант. Должно быть что-то ещё. Что-то, что уравняет мои шансы.

Орилин подошёл, подал мне чашку чая, и я взяла её заледеневшими руками. Он подвинул кресло и сел напротив.

–Возможно.

Я проглотила порцию чая. В меркантильном взгляде эльфа однозначно читалось, что просто так он не собирается мне помогать. Я прищурилась в ответ.

Он обхватил мои руки вместе с чашкой.

–Холодные. Магия забрала у тебя последние силы.

–Нет, просто наступила зима.

Он помотал головой.

–Хочу, чтобы ты помнила. Я. Сильнее. Тебя.

–Это неважно, —ответила я, пытаясь вытащить руки, но он придержал их и наклонился ближе.

–Но мне нравилось, как ты дралась. Как горели твои глаза. Как отчаянно ты до последнего боролась.

Он как волна медленно накатывал всем телом, опуская мои руки с чашкой на колени, сокращал расстояние между нашими лицами. Я уже стала дышать через раз, но не отстранялась. Мне было интересно, как далеко он собирается зайти. Я даже настроилась на небольшую плату за информацию, хоть и сама себя бесила в этот момент. Но мне нужна была победа в Битве.

–Я бы ещё и ещё с удовольствием повторил поединок, —прошептал Орилин мне в лицо, уже почти коснувшись губ. —Но ещё больше я бы хотел, чтобы ты прямо сейчас сдалась без боя.

Он сделал рывок, одна ладонь легла на мой затылок, другая рука обхватила запястье. Он поцеловал меня. Я не ответила, но и не отторгла его. Как мне было делать это, когда на коленях стояла чашка с горяченным чаем? Когда наши взгляды снова встретились, я сказала:

–Нет, Орилин. Без боя не получится.

Я приготовилась бороться. Он это знал. Чувствовал.

–Тогда увидимся на арене, где я побью тебя и поставлю на колени. Снова.

Сказав это, он покинул мой дом. Я отставила чашку в сторону и так и уснула в кресле. Без сил. А ведь сейчас в таком ослабленном состоянии я бы с ним не справилась в случае чего. Не стоило подпускать его так близко.

Да, я не эльфийка, и никакой эльфийский закон не защитит ни мою жизнь, ни мою честь. Только я сама. Я и моя магия.

Проснувшись, я подскочила на месте. Мысль эта сформировалась ещё во сне, и вот, открыв глаза я это чётко увидела.

Никто из эльфов не сделает этого. Никто не выдаст и не продаст мне сведений о том, как стать непобедимой. Им не нужен непобедимый человек-маг. Они проведут испытание и выдадут мне разрешение лишь для того, чтобы получить надо мной хоть какую-то власть. Но никто не захочет к моей редкостной силе добавить ещё и выносливость. И помочь мне с этим теперь мог лишь один эльф.

Тот, кто поспособствовал обретению мной способностей.

Нацепив максимум тёплой одежды, я выскочила на улицу. Мороз обрушился на щёки и нос, и я замотала лицо шарфом. До главного корпуса мне пришлось бежать, но дыхание постоянно сковывало холодом, а едва закрыв за собой дверь, я услышала всеобъемлющий голос Лусли. Он отскакивал от стен и проносился по всем коридорам, залам, гудел под сводом потолка и, скорее всего, с колючим ветром проносился по всей территории цитадели.

–Великий Птухайл умирает. Всем ученикам собрать необходимые вещи и явиться в главный корпус, чтобы переждать холодное время. Двери и ворота цитадели будут закрыты после того, как прозвучит обеденная арфа.

Мурашки пробежали по коже от предчувствия этих страшных мёртвых дней, о которых сейчас только и болтали ученики. К счастью, Сина я нашла в столовой почти сразу, и отозвала его в сторонку под осиные взгляды сокурсниц. Эльфийки такие эльфийки. Ничем не лучше нас. Готовы волосы драть конкуренткам, лишь бы заполучить красавчика.

–Слушай, Син. Я знаю, что здесь раньше работала учитель Эйтлин. Куда она делась?

–Учитель Эйтлин? – переспросил Син. – Никуда, она и сейчас работает, но живёт в лесу и преподаёт только индивидуально нескольким ученикам.

–Как?

Я хлопала глазами в недоумении.

–Во время войны с восставшими у неё что-то случилось, она исчезла на какой-то период, а потом вернулась, но с тех пор очень странно себя ведёт.

– Спасибо тебе, Син, —я сжала его ладонь двумя руками в знак благодарности и повернулась к выходу, но он поймал меня за рукав.

–Ты собралась в лес? Нельзя. Надо переждать холод.

–Я не могу ждать, Син, пусти, – сказала я, потому что он смотрел так, будто собирался мне помешать. – Ладно, я поняла. Но ты слышал, ученикам сказали собрать всё необходимое? Мне надо вернуться в дом за всем необходимым.

–Точно? И ты не пойдёшь в лес?

–Обещаю. Дождусь, когда холода отступят.

–Хорошо, —друид сузил глаза. Не верил. Ох, только бы не придумал ничего.

Я рванула в дом, замешала факел поводырь, вскипятила воду, заварила чай в глиняной бутылке с крышкой, надела пальто и взяла одеяло.

На Сина я наткнулась у леса. Так и знала. Он вышел из-за угла забора.

–Так-то ты обещаешь?

Он прикрывал лицо рукой в шерстяной перчатке.

–Не помню, чтобы тебя записывали в мои кураторы, – выяснять отношения на морозе было ой как не в тему.

–Я по рождению записан эльфом и не могу тебя отпустить. Это опасно.

–Мне надо поговорить с Эйтлин. Я пережду холода у неё.

–Тогда с я тобой.

–Нет, я должна поговорить с ней наедине.

–Мирослава. Очень холодно. Скоро мороз умертвит всё вокруг. Умертвит, означает убьёт, и это не метафора.

–Поэтому уйди с дороги.

Я была немного груба. Холод, пробивавшийся под одежду, окольцевавший колени, не располагал к нежности.

Друид снял перчатки, развёл руки в стороны. О, нет. Драться на таком морозе…

–Согрей, —прошептала я, вдыхая обжигающе холодный воздух.

–Что? —не понял Син.

–Согрей, —повторила я громко. Я обращалась не к эльфу, и он понял это, когда воздух вокруг меня начал клубиться.

Вскоре я сняла платок с головы.

–Я могу идти? Прости, Син, но тебя будут искать. А меня —вряд ли.

Друид вздохнул, повыше поднимая меховой воротник.

Я подняла ладонь, Сина окружили завитки тёплого воздуха.

–Потрясающе! Не знал, что ты так умеешь.

–Я и сама не знала. Теперь отпустишь меня?

Друид помотал головой.