Анна Федотова – Битва мага-пересмешника (страница 1)

Анна Федотова

Битва мага-пересмешника

Глава 1

Из-под ног сыпалась галька, пока мы спускались по краю обрыва к морю. Потрёпанный ветром парус белел над лодкой в паре метров от берега.

–Безродная! – Донёсся снизу женский крик, и я остановилась. Оллам чуть не сбил меня с ног.

–Ты что?

Я стояла, не дыша. Они не могут знать.

–Зато милая, —раздался ласковый мужской голос.

–Идём. Это мои родители. – Оллам потянул меня за руку, и я, набрав побольше воздуха в грудь, пошла за эльфом.

Здоровенный косматый мужчина держал на огромной ладони худую, тонколапую кошку. Она и вправду выглядела беспородной.

Напротив него, уперев кулаки в бока, стояла эльфийка в окружении плетёных корзин с крышками.

– Знакомься, Мирослава, мои родители, Бритта и Арти, – сказал юный эльф.

–Ах вот, с кем наш сын пропадает вместо того, чтобы нырять за жемчугом, —засмеялся Арти, выпуская из рук животное. – Интересные дела.

Кошка недоверчиво огляделась и прошмыгнула мимо нас с Олламом на тропинку.

–Отец, я и так ныряю за жемчугом каждый день, – надулся Оллам.

–Ты лучше скажи: вот, кто вбил нашему сыну в голову мысли об этом его Городе Мастеров, —эльфийка закинула в лодку одну корзину и исподлобья посмотрела на меня обоюдоострым взглядом, точно собиралась проткнуть.

Я зыркнула на Оллама. Почему он не сказал мне, что его родители враждебно восприняли стремление мальчишки к учёбе?

–Ваш сын талантлив, Бритта, и он мог бы выбрать в Городе занятие по душе, —парировала я.

–Ну что ты так сразу набрасываешься на девочку, Брит? – Поддержал эльф. —Ты ведь маг? – Обратился он ко мне.

–Да, немного разбираюсь в магии и могу вам помочь с парусом.

Мне уже приходилось практиковаться в починке лодок и надувании парусов, правда вот, в навигации я упражнялась только на суше, но в море для верности могла бы воспользоваться факелом поводырём. На этот случай в моём рюкзаке лежала ступка и необходимая смесь.

–Немного! – Воскликнул Оллам. – Да она боевой маг, и такое может! Вы бы видели.

Меня бросило в жар. Эти слова явно были лишними.

Отец Оллама хмыкнул.

– Боевая магия не пригодится, – сказал он. – Давай-ка, маг Мирослава, помоги для начала Бритте с корзинами.

Я подошла к матери Оллама, чтобы взять корзину, и как-то так вышло, что мы одновременно схватились за одну ручку. Брит будто током ударило. Она отскочила, тряся головой.

Я в недоумении посмотрела на свои руки. Вроде бы всё нормально, да я и не почувствовала ничего, кроме прикосновения к прохладной коже.

–Ты не эльфийка, ты не эльфийка, – затараторила женщина.

–Бритта, дорогая, ты чего?

–Мам? – взгляд Оллама заметался между мной и матерью. – Мирослава?

–Кто ты? Ответь! – женщину никак не отпускало, несмотря на то что Арти обнял её за плечи и успокаивающе поглаживал по рукам.

–Она очень чувствительна, – объяснил он, – и никогда не ошибается. Может, скажешь нам, что это значит?

Я уже не знала, кому отвечать. Холод объял меня, ветер трепал волосы и рубашку, а три пары глаз уставились в ожидании объяснений, будто я виновата в том, что родилась человеком.

–Прости, Оллам, я должна была сказать тебе, но я просто не подумала, что это может быть важно. Альвоя уже давно стала родной для меня.

–Кто ты? —заорала женщина, и я съёжилась, как зашуганный котёнок. Как та «безродная» кошка.

–Вы правы, Бритта, я не эльфийка. Я человек.

–Как? —воскликнул Оллам и подбежал ко мне, хватая за руки. – Как такое может быть? У людей нет магии!

Мальчишка тряс меня, как куклу. Во взгляде сквозило разочарованием, возмущением и страхом.

Дурацкая корзинка. Отняла у меня друга.

Это неправильно.

Неправильно то, что я чувствую стыд. Мне нечего стыдиться.

Я человек. Я человек, который победил дракона. Я человек, который победил Чиинану и дважды спас Альвою. Никто не вправе упрекать меня хоть в чём-нибудь.

Вот теперь я разозлилась и вырвалась.

–У меня есть магия, потому что я дочь победителя дракона. Во мне его кровь, —я вскинула подбородок, давая понять эльфам, что достойна этого звания, ношу его с гордостью, пусть они и не знают обо мне, но о моём отце наверняка слышали из легенд.

Семейство переглядывалось. Мужчины засомневались, но Бритта была непреклонна.

–Обойдёмся без магии, – сказала она. – И, Оллам, я запрещаю тебе впредь ходить к Драконьей скале.

Оллам хотел возразить, но эльфийка так глянула на него, что он проглотил всё невысказанное возмущение и чуть им не подавился. В глазах блеснули слёзы, он тут же отвернулся от меня, и поплёлся в лодку.

–Дочь победителя дракона, это же надо такое придумать, —бубнил себе под нос Арти, а я уже шлёпала вверх по склону. Придётся добираться сушей.

Хоть меня и очень манила эта мысль, я всё же не завела собственную лошадь, и при необходимости, пользовалась услугами местного «проката». Эльфы часто путешествовали на лошадях, но содержать их в Восставших Землях, особенно, в скалистых районах было делом очень хлопотным, поэтому в каждом селении, в каждом портовом городке предлагались лошади на время. В гриву такого животного вплетались зачарованные кольца, по которым можно было определить его принадлежность тому или иному хозяину. Так, лошадь, подвезя путника, отдохнув какое-то время, возвращалась домой с новым пассажиром.

Отправиться морем мне не удалось, поэтому я поехала верхом. До ближайшей крадущей арки было не так уж и далеко, и спокойным ходом я должна была быть на месте к полудню.

–Мне нужна лошадка до Прибрежного, – я положила на стол перед держателем лошадей серебряную монету.

Деньги у меня остались ещё из тех, что я носила в кармане, учась в цитадели, но немного я уже и заработала на мелкой магической помощи. К Драконьей скале, кроме Оллама, никто из местных не приближался, поэтому я выходила в рыбацкое селение, устраивалась на лавке в уголке рыночной площади и прямо там принимала заказы. Пара фокусов с наложением чар лёгкости и телекинезом и эльфы в очередь вставали, стоило мне появиться.

Арлен сунул монету в карман.

–Выбирай, Мирослава, советую вон ту серую кобылку, спокойно доставит тебя куда нужно.

–Спасибо, Арлен.

Держатель лошадей всегда платил мне за магию, хоть я и пыталась отказываться, предпочитая бартер, но у этого эльфа был слишком методичный подход ко всему, что так или иначе касалось денег и услуг. Так что я брала с него деньги за починку подков и сёдел, зачарование гребней, а он с меня – за пользование лошадками.

Мышка, так звали кобылу, ровно и привычно бежала по каменистой дороге вдоль берега. Птухайл припекал, загоняя синие тени вглубь континента. Никто не попадался мне навстречу, попутчиков тоже не нашлось, и я погрузилась в свои мысли, не заметив, как добралась до Прибрежного, а там прямиком в арку.

Арка скрадывала километры от селения Прибрежного до Светлой Стороны. Дальше приходилось обогнуть Долину Теней, и вот здесь я, как обычно задержалась, свернула в небольшой, но плотный лесок за цветами, нарвала букет жёлтых лилий и направилась в долину.

У эльфов не было традиции навещать умерших на кладбище или носить цветы к месту гибели близких, со смертью у них вообще складывались особые отношения, как с редким гостем, как с чем-то уникальным, но в то же время естественным. Я не знала, где похоронили Киандру. И похоронили ли её вообще. Как-то не было случая поинтересоваться такими подробностями эльфийского уклада, но то место в долине, где она закрыла меня от клинка Яры, я помнила с точностью до миллиметра. Там ничего не изменилось. Всё та же тень скрывала окольцованную скалистыми холмами равнину. Положив цветы, я села на колени.

–Мне тебя не хватает, подруга. Но я расскажу. Я обязательно расскажу Дариену всё, даже если он сочтёт меня за какую-то сумасшедшую. Он должен знать. Он должен быть благодарен тебе. Я пойду на битву магов, чтобы увидеть его, и я найду способ с ним поговорить.

Киандра не ответила. Теперь она была совсем немногословна. Не то, что при жизни.

Я поднялась и развернулась обратно в селение, чтобы через арку пройти в Скалистый. А там и до Зеелонда рукой подать. Но меня остановили голоса, которые показались знакомыми. Мою спину припекло. Родинка в районе седьмого шейного позвонка, ключ к рунам драконов, предупреждала меня об опасности куда надёжнее, чем предупреждают о перемене погоды синоптики. Я оглянулась.

–Пожалуйста, отпустите нас, мы ничего не сделали! – кричала Бритта, пока её, Оллама и Арти тащили за руки шестеро парней в белых одеждах. Ещё двое шли сзади, с обнажёнными мечами, и один – впереди. Он заговорил, и его голос я узнала тоже.

–Ни ты, ни мальчишка нас не интересуете, можем отпустить, но он, —парень указал мечом на Арти, – пойдёт с нами.

–За что? —спросила женщина, а Арти при этом шёл совершенно спокойно и молчал, ну прям как цирковой медведь на поводке.

–За то, что топчет земли Альвои. Восставший должен умереть! – Парень поднял меч.