Анна Евдо – По эту сторону объектива (страница 4)

Арина подтянула коленки чуть ли не к подбородку, подбила одеяло и закрыла глаза. Она была дома, хотя уже привыкла считать домом свою квартиру, доставшуюся ей от бабушки и потихоньку переделываемую под вкус Арины. Но у родителей она погружалась в особую атмосферу тепла, заботы и воспоминаний, на уровне памяти и самих по себе возникающих жестов, движений и предметов. Недаром говорится, что все мы дети, пока живы наши родители. Как же порой нужно и важно побыть ребёнком. Чтобы тебя накормили, обласкали. Папа расслабленно коснулся плеча, а тебе захотелось к нему на ручки, а мама с замиранием ждала, что ты положишь голову в ней на колени и она мягко и неспешно начнёт перебирать твои волосы.

Утром Арина проспала дольше, чем думала, собираясь приготовить омлет с тостами для всей семьи. Она потягивалась, когда, предупредительно кашлянув за закрытой дверью, в спальню заглянул папа и поманил её дымящейся чашкой кофе. Аринка уселась на кровати и похлопала по матрасу рядом с собой. Отец растерялся, но поспешил воспользоваться приглашением. Вскоре на их требовательный зов пришла мама, чьё недовольство тут же растаяло при виде мужа и дочери, сидящих в обнимку, укрытых общим одеялом и распивающих одну на двоих чашку бодрящего напитка.

Следующие дни до выхода на работу прошли похоже друг на друга, но без навязчивого туманного налёта, навевающего дрёму и единственное стремление отгородиться от всех и вся. Снова пришлось выйти на улицу и дойти до магазина, потому что, пусть аппетита так особо и не было, но, по закону подлости, одновременно закончился кофе, чай и опостылевшие макароны. А ещё отчего-то ужасно захотелось яблок. Арина никогда их не жаловала. Тут же вдруг нестерпимо потребовалось впиться зубами в наливной бочок прямо у фруктового лотка.

Она задумчиво посмотрела на плод в свой руке, запихнула его в пакет и быстро рассчиталась. Нервно завернула по пути в аптеку и купила пару разных тестов на беременность. Осечки быть не могло, но настолько ярко ощущались неожиданные желания и смена вкуса, что Арина решила исключить любые сомнения. Слово «подтвердить» не давалось ей даже мысленно.

Два отрицательных результата в течение часа, который тянулся будто полные сутки. Она намеренно сделала перерыв между тестами, необходимый физиологически и, в не меньшей степени, морально. Напряжённое ожидание схлынуло и накатило неимоверное облегчение и понимание, что у неё сильный организм, который по-своему защищал безвольную хозяйку, ограждая её от всего, связанного с Костей, и переключая на новые нужды.

Впервые за десять дней Арина улыбнулась по-настоящему. Она сидела на бортике ванны, смотрела в зеркало на свои осунувшиеся щёки, потухшие глаза и наконец улыбалась. Затем встала, выбросила разорванные упаковки вместе с пластиковыми палочками, набрала ведро воды и занялась уборкой квартиры, которая тоже изрядно потускнела и запылилась.

Глава 6

Новое тридцать первое декабря год спустя. И стремительно возвращающееся ощущение, что Арина проваливалась под лёд. Расчерченный на твёрдые надёжные триста шестьдесят четыре участка, он так и не промёрз на триста шестьдесят пятом: насмешливо крошился, осыпался и кололся, как только Арина ступала на него, балансируя и цепляясь за соседние льдины.

Январь и февраль прошли по-зимнему холодно, ветрено и норочно. Именно так. Постоянно хотелось спрятаться в своей норке. Арина вылечила голос, проверила глаза, получив по итогу лишь рецепт на капли от сухости. Она ходила на работу, встречалась с друзьями, навещала родителей, отвечала на звонки, не закрывалась от мира, но большую часть времени предпочитала проводить в своём тихом коконе.

С наступлением марта весна расцвела и внутри Аринки. Она будто встрепенулась и ожила. Обновила гардероб, восьмого марта утащила Диану на полдня в спа, начала улыбаться и очень много гулять. На майские праздники с небывалым рвением присоединилась к родителям на даче, дышала, переделывала цветник и спала сном беззаботного младенца не только ночью, но и днём после обеда. По утрам они часто отправлялись с папой порыбачить на озеро, где частенько затаивались, наблюдая не за поплавками, а за водоёмом, настраивающим фокус и чёткость с каждым новым солнечным лучом. По вечерам же вальяжно качались с мамой на садовых качелях, пили вино и подмечали прибавление новых распустившихся цветочков на разросшихся кустарниках.

Весенние праздничные выходные Арина продлила себе недельным отпуском, сгоняв в Турцию. Смена обстановки, тёплое, но пока ещё бодрящее море, южный воздух и повышенное внимание к одинокой девушке со стороны местных кавалеров и таких же, как она сама, туристов возродили лёгкость улыбки и ни к чему не обязывающего флирта, который она заканчивала сразу же, как только появлялся намёк на что-то более серьёзное.

Лето было летом. Отдельным скоропалительным мгновением, в котором прочувствован каждый день, но которое, несмотря на полноту восприятия, пролетает тоже как один день. Так же быстро и в удовольствие Арина прошла курсы вождения, получила права и оформила кредит на подержанную маленькую белую машинку, которую можно было легко припарковать даже в перегруженном автомобилями дворе.

Осень, вопреки ожиданиям, не принесла никакой хандры. Напротив, вернула густые краски в палитру настроений. Арина перекрасила стены в квартире, добавила оранжевого текстиля на кухне и увлеклась мастер-классами по живописи.

Жизнь продолжалась. Только иногда Арина ловила на себе задумчивые внимательные взгляды по очереди то Дианы, то мамы. Она вопросительно приподнимала брови, но они, как сговорившись, лишь молчаливо качали головой в ответ.

Ди сдалась первой.

– Как поживает твой поклонник из соседнего офиса? – вместо «привет» и «как дела» огорошила Арину подруга, не успев плюхнуться в кресло кофейни, где они договорились встретиться в обеденный перерыв.

– Как поживают мои сладкие МэндМ? – парировала Арина, пропуская вопрос мимо ушей и углубляясь в меню.

– МэндМсики поживают лучше всех, делят новый стул и носят по одному сапогу друг друга, – Диана бесцеремонно хлопнула по картонке с фотографиями десертов, привлекая внимание Арины и требовательно глядя прямо в глаза.

– Что именно ты хочешь услышать? – Арина бросила меню на стол и откинулась на спинку стула.

– Для начала не вопрос на вопрос, – Ди улыбнулась, сглаживая возникшее между ними напряжение.

– Он сбавил летние обороты и, надеюсь, скоро переключится на девочку из канцелярии, – Арина снова взялась за меню, но Диана придавила его ладонью.

– Сходи с ним хотя бы на одно свидание.

– Зачем? – вздохнула Арина и накрыла руку подруги. – Я знаю всё, что ты скажешь от «попытка не пытка» до «здоровья ради и самооценки для».

Диана закатила глаза.

– Вот видишь, – фыркнула Арина.

– Вижу, – согласилась Ди. – Когда заранее начинается расклад по полочкам, то вообще не вариант. – Она придвинулась ближе, проелозив грудью по столешнице, и прошептала: – Я просто за тебя волнуюсь. Ты вроде бы вылезла из своей ракушки, но твои глаза по-прежнему не улыбаются.

– Я не хочу ничего форсировать, – тоже шёпотом проговорила навалившаяся на стол Арина и легонько боднула Диану лбом в лоб.

Ноябрь прошёл бодро. Арина обкатала зимнюю резину. Приготовила две картины собственной кисти в подарок родителям и Дианке и смело вступила в декабрь.

С каждым его днём вокруг нарастало предвкушение новогодних праздников. Пропорционально, в Арине разрасталась паника и некое ожидание катастрофы. Она отгоняла от себя подобные мысли, задерживалась на работе, пополняла список «противных» дел, разговаривала сама с собой перед зеркалом, но желание уснуть вечером тридцатого декабря и проснуться сразу первого января, проскочив самый страшный день, лишь крепло.

Глава 7

Родители, конечно же, звали к себе на Новый год, но под их сочувствующие взгляды держать лицо Арине было бы ещё тяжелее. Дианка тоже приглашала, только в большую компанию на этот раз, где наверняка ожидалось шумное веселье с кучей народа, мелких, но уже подросших детей, конкурсами и танцами. На таких сборищах зачастую ты находишься со всеми и ни с кем конкретно. Однако, ни чужих лиц, ни притянутого за уши веселья тоже не хотелось, как и портить праздник Диане.

Ди, которая, как всегда, почуяла настроение Арины, напрямую предложила оставить своих спиногрызов на их отца и приехать к ней, поднять тост в полночь, выбежать на улицу, поздравлять прохожих и влиться в осенённую добротой толпу незнакомцев, когда все друг другу сёстры и братья. Арина обняла её, не дав закончить озвучивание наполеоновских планов, и пообещала, что первого числа приедет, куда скажет Диана, но в Новый год она собиралась доработать до упора, чокнуться любимым белым сухим вином – никакого шампанского – с окном, показывающим буйные фейерверки, и лечь спать.

Всё пошло наперекосяк с самого утра.

По совершенно не объяснимой причине машина не завелась. Двор почищен, на улице по-зимнему приятные минус десять, в удовольствие бы и прогуляться, да только времени оставалось впритык. Было смешно опоздать на работу при том, что встала-то Арина на сорок минут раньше обычного, чтобы неспешно привести себя в праздничный порядок, нанести более тщательный макияж и уложить волосы. В итоге, потоптавшись около автомобиля и решив, что искать того, кто «прикурит» аккумулятор, получится дольше, пришлось срочно вызывать такси и платить двойной тариф уже по новогодним раздутым расценкам. Ночью ценник и вовсе станет заоблачным, но утром-то могли бы остаться людьми.