Анна Евдо – Лунные Звёзды (страница 15)

Следом пришло новое озарение: если в полубредовом состоянии она всё равно успела заметить рисунок на его коже через влажную ткань, то сама она в одном анатомически подробно облепившем её тонком белье предстала просто абсолютно голой перед Андреем. А он был однозначно более вменяемым в тот момент. Стало нестерпимо стыдно, и Саша скомкала край пледа, подтягивая его к подбородку.

Ненормально и совершенно неуместно, но она была не в силах оторвать взгляд от объёмной татуировки, напоминающей искусную накладку рыцарских доспехов. Только Андрей не рыцарь. Или тот самый неидеальный благородный рыцарь, только со страхом и упреком… Он же бандит, раз связан с таким, как Дуга. Но, видимо, из тех, как их называют, “в законе”. Он не тронул её. Хотя кто в здравом уме смог бы захотеть истеричную дрожащую мокрую курицу… Он не ударил её в ответ и даже не прогнал, когда она отвесила ему пощёчину. Не бросил после обморока и перенёс в дом с улицы, где она… О боже…

Саша чуть не застонала, представив себя со стороны прошлым вечером. У неё наверняка случилось помутнение рассудка, не меньше. Как ещё можно объяснить – не оправдать, нет, – её вчерашнее поведение?

– Проснулась? – продолжая стоять спиной к кровати, спросил Андрей.

Он натянул расправленный серо-голубой джемпер и повернулся.

Ночью Андрей быстро провалился в сон. Он давно научился максимально эффективно использовать часы отдыха, порой краткие и урывочные. Организму требовалось восстанавливать силы, и бессмысленные бдения исключались как бесполезно изматывающие. Крепкому сну способствовала и тихая соседка, которая пошевелилась всего раз, перекатившись снова на бок. Саша ему не мешала. Не стремилась занять больше пространства, раскинуться, перебраться на его половину. Она даже дышала неслышно и не пыталась вернуть всё одеяло целиком, после того, как под утро Андрей продрог и накинул часть его на себя. Девушка оставалась на месте, всё так же завёрнутая в плед, и довольствовалась тем малым, что ей выделили.

Александра замерла под сосредоточенным взглядом сизых глаз, которым цвет одежды и рассеянный утренний свет придавали более светлый оттенок. Андрей приблизился и присел на кровать. Саша попыталась отодвинуться, но зажатый под мужчиной край покрывала сковывал движения. Андрей нахмурился.

– Саш, прекрати уже шарахаться от меня, как от огня.

Она вдруг покраснела и помотала головой.

– Это не потому, почему ты думаешь, – прошептала в собранные у лица кулаки.

Он вопросительно приподнял брови. Саша на секунду прикрыла веки и произнесла чуть громче:

– Я наверняка похожа на пугало и от меня… воняет. Не противно? – В содранном горле запершило, и она замолчала.

– Нет, – серьёзно ответил Андрей. – Противно, что всё так сложилось.

Оба помолчали. Саше вдруг стало жарко и ещё более неловко от глупого девчачьего смущения, словно понравившийся ей парень неожиданно застал её врасплох утром ненакрашенную и непричёсанную. Напоминание, что этот мужчина практически смывал с неё следы рвоты, лишь усиливало желание провалиться под землю.

– Который час? – пытаясь взять себя в руки, Саша задала самый нейтральный вопрос, который вдруг сразу приобрёл важное значение.

– Восемь.

– Где Лёня? – имя племянника неприятно царапнуло по языку.

– Дома. Борис отвёз его в полночь, – пояснил Андрей, всматриваясь в лицо Саши.

Она кивнула и отвела взгляд. Он поднялся на ноги, увеличивая расстояние между ними.

– Мне нужно отъехать примерно на час. Можешь ещё поспать или принять душ. В ванной найдёшь полотенца и халат. Мужской, но он запашной… В общем, разберёшься. – Андрей сдвинул дверцу шкафа, вытащил пару белых спортивных носков и положил их в изножье кровати. – Лучше в них, чем босой. – И, предупреждая возражения Саши, тут же добавил: – Вернусь, мы поговорим, и я сам отвезу тебя, куда скажешь.

Андрей продолжал стоять у кровати. Александра посмотрела на него и утвердительно кивнула:

– Хорошо.

– Твоя сумка снова внизу на стуле. Полагаю, чайником и кофемашиной пользоваться умеешь.

Не дожидаясь дальнейшей реакции Саши, Андрей развернулся и вышел из комнаты.

Она откинула одеяло, выпуталась из пледа и села, прислушиваясь к себе. Голова дурная, как бывает после приступа и долгого сна, во рту сухо, желудок немного сводит и по всей правой стороне расходится щиплющее покалывание. Похоже, она пролежала в одном положении всю ночь. Саша взглянула на соседнюю примятую подушку, осознав, что Андрей спал рядом с ней. Ничего удивительного, ведь это его спальня, он здесь полноправный хозяин, который отчего-то приютил проблемную гостью, проявив совершенно не заслуженное ею внимание.

Саша медленно опустила ноги на пол и встала. Помимо початого коньяка, на низком столике обнаружилась бутылка воды. Девушка жадно выпила половину прямо из горлышка. Закрутила крышку и постояла, окончательно приходя в себя. Взбила подушку Андрея, свою же понюхала и положила на пол рядом с тумбой. Сдёрнула покрывало, аккуратно сложила его и одеяло и добавила их к подушке. Растрясла сыроватый плед, поморщилась и мягкими складками приземлила на образовавшуюся стопку на полу.

Александра инстинктивно поджала пальцы ног, которые неприятно остужал прохладный пол. Подхватила оставленные Андреем носки, но не рискнула их надеть, чувствуя себя грязной и сопревшей, как и постельное белье, с которым предстоит повозиться уборщице. Безусловно, Андрей не сам прибирается в доме. Как же неловко…

– Господи, какая тебе разница?! Пойди ещё поищи, где у него прачечная и разведи здесь стирку с мытьём посуды и полов, – в сердцах высказала самой себе Саша, преодолевая разрастающийся бешеными темпами стыд.

Коридорная площадка встретила её тишиной, лестничным просветом и двумя закрытыми дверями. Александра оценила широкую глухую деревянную поверхность напротив спальни Андрея и интуитивно потянула на себя за гладкую прямую ручку ближайшую дверь слева. Перед ней предстала та же просторная ванная комната, в которой она уже побывала самым позорным образом. «Никчёмная и жалкая», – Саша возобновила сеанс самоуничижения, пока включала свет, шумно выдыхала и переступала порог.

Она осмотрелась. Никаких следов мокрой одежды. Всё исчезло вместе с её бельём. Саша вытащила большое полотенце из стеллажа в угловой нише, запоздало защёлкнула замок, сняла платье и настроила тёплую воду. Тугие струи стекали по волосам, лицу, груди, рукам и спине. Срывались многочисленными каплями на живот и ноги.

По давней привычке Саша начала считать, хотя не собиралась принимать контрастный душ. На каждый счёт друг за другом неумолимым водопадом накатывали мысли и вопросы, на которые требовался немедленный ответ. Больше не осталось времени на раздумья или предлоги, чтобы откладывать решения. Наступила пора их принимать.

Пять… шесть: мама наверняка волнуется, где пропала непутёвая дочь, и просто в бешенстве на подобную выходку.

Саша прибавила напор и закрыла глаза. Она не маленькая девочка, чтобы отчитываться за каждый свой шаг, но вполне могла бы выслать короткое сообщение и предупредить, что не придёт ночевать. Всё-таки она живёт с родителями под одной крышей, и сама бы переволновалась, если бы они вдруг не явились вечером домой.

Девять… десять: только её никто не спросит о причинах.

Она же не планировала ночевать в этом доме. Абсолютно непонятно, как вообще умудрилась уснуть. Саша вынырнула из-под душевого дождя и пробежала взглядом по навесной полочке.

Пятнадцать… шестнадцать: хотя, как и в случае с разводом, она снова будет кругом виноватой.

Выбор был крайне ограничен и по-мужски чёток. Саша взяла единственный шампунь, который приятно пах резковатой свежестью и моментально взбился в пышную пену на её волосах. Мягкие мыльные хлопья ласково сползали по телу и растворялись в мелком озерце, образовавшемся на дне под ногами.

Двадцать пять: полчаса мытья не изменят её промах с мамой, зато вернут чистый вид.

Александра тщательно прополаскивала волосы, разбирая их на отдельные пряди.

Тридцать: сегодня пятница.

Она замерла и вдруг фыркнула с облегчением. На работу не нужно. Они договорились с коллегой, что та выйдет в пятницу, а Саша подменит её в субботу.

Перекинув волосы на грудь, Саша наклонила голову вперёд, подставляя шею и плечи под импровизированный водный массаж.

Сорок: Лёня должен быть в школе.

Во рту загорчило. При мысли о племяннике затапливала тошнота и чувство сожаления вперемешку с потерей. Ни встречаться, ни просто видеть его не было пока никаких сил. Снова вернулось ощущение липкой испарины. Саша выдавила щедрую порцию терпкого геля на ладонь и начала грубо втирать его в кожу.

Пятьдесят… шестьдесят… семьдесят: она больше не вернётся в квартиру родителей.

Александра резко опустила руки, внезапно отчётливо понимая, что и в родном городе больше не сможет жить. Стало душно.

Она быстро смыла с себя остатки пены, выключила воду и отодвинула стеклянную перегородку. Продышалась через рот. Отжала волосы, вытерлась насухо и намотала высокий тюрбан из полотенца. Сняла с крючка банный халат, завернулась в него, плотно стянув поясом. Подвернула длинноватые рукава и надела носки, полностью закрывшие виднеющиеся из-под халата лодыжки и большую часть голени.

На крышке унитаза невнятной кучкой синело многострадальное платье. Как оно выглядело не к месту в окружающей обстановке, так и сама Саша оказалась чужой в родительском доме и для собственной семьи. Безотказной, удобной в быту и… чужой. Теперь и на знакомых с детства улицах ей будут мерещиться насмешливые взгляды, а возможность столкнуться с Дугой или Андреем, превратят её в параноика.