Анна Елизарова – Мострал. Место действия Иреос (страница 8)

– Но мы с тобой можем получить туда распределение? – из-за спины Оры высунулся Ерамитерел.

– Теоретически, мы – я и моя самооценка – можем все, – снисходительно сообщила Гела.

Я не удержался и неприлично хихикнул. То есть мне было очень грустно (хотя, и легче после прикосновения Эриандиэлии), но почему-то отношение моей Гелаты к этому конкретному слуге Золотой нити меня забавляло и вырывало из горестных дум.

– Душу отпусти, – Лэм вышла к нам.

– Ценота, отпусти душу, – Ерамитерел сделал шаг к нему.

Гелата наблюдала за вкрадчивыми действиями партнера по команде. Пристально так. Потом подошла к Ценоте и сильно стукнула его по макушке.

– Душу отпусти, придурок. Видишь, ей больно, – прошипела она не хуже потревоженной гадюки.

Ценота словно вышел из ступора. Прошептал что-то, и душа благодарно и беззвучно растворилась в воздухе.

Гелата протянула ему стакан. Ценота выпил, не глядя, и тут же поплатился за это: он запрыгал на одной ноге, изображая огнедышащего дракона без пламени.

– Гномий огненный спирт. Бесценная вещь, – протянула Ламина.

– Точно, – согласилась с подругой Гелата и развернулась идти в дом, но остановилась.

Тихо-тихо, чтобы никто не услышал, как, именно, она вызывает элементаля, Гела прошептала формулу вызова. Такой был уговор: Гелата дает им свою зооморфскую кровь (чуть-чуть), и никому даже под пытками не выдает способ вызова.

Даже я не знал. Я, честно, никогда не прислушивался, хотя имел такую возможность. Злить элементалей себе дороже, а индивидуальный вариант призыва – не такое уж ценное знание.

Из земли вырос вызванный дух и что-то прошуршал на своем языке. У каждого типа элементалей был свой язык. И понимали его только им подобные. Но они с упорством, достойном лучшего применения, всегда общались только на своем языке, хотя и все остальные языки прекрасно понимали.

– Похорони тело так, чтобы душу было невозможно вызвать, – бросила Гела, чиркая удлинившимся когтем по руке ближе к локтю.

Элементаль быстро подставил лицо под стекающую кровь и жадно пил, пока регенерация девушки не заживила рану. Прекрасный способ дозировать отдаваемую кровь.

Дух облизался и неторопливо двинулся к телу Диеры, а Гелата продолжила путь домой.

– Знаешь, чего мы не сделали, Ромуль? – задумчиво спросила Гела, неторопливо очищая огромный красный гранат на кухне.

– М-м? – отозвался я, не менее задумчиво очищая себе рыбу от внутренностей.

– Пространственная магия. Мы не подготовились к экзамену.

– У тебя проблемы с пространственной магией? Хочешь, помогу? – Ерамитерел вошел в комнату.

– Ага. Если начнется война, Гела сможет создать пространственный переход, чтобы отправить врагов куда угодно, кроме того места, куда было нужно командованию.

Было немного странно сразу после случившегося шутить на кухне как обычно. Но, наверное, благодаря магии Эриандиэлии, ощущения были… Как будто прошло несколько лет с этого ужасного вечера.

– Точно. Помните, как она с перепугу закинула оленя на берег Постонского Моря? Вся пресса трубила о несчастном животном.

Гела надулась как мышь на крупу. А мы неубедительно пытались замаскировать смех под кашель.

Вообще-то, познания Гелаты во всех других областях (затрагивая даже некромантию) поражали воображение нормальных разумных, магическая насыщенность не давала покоя практически всем знакомым магам, а талант смешивать заклинания между собой и не взрываться доводил до зубовного скрежета всех ученых, но именно пространственная магия не давалась умнице-хозяйке абсолютно. Она могла – вместо того, чтобы пролевитировать перышко с одного конца стола на другой – пробить несчастным предметом стену, а вместо портации ежика из одного конца комнаты в другой отправить беднягу куда-нибудь в подвал. В результате на занятия она ходила только при условии, что переходы ставить не будет, и вообще участвовать будет только теоретически.

Один Ерамитерел оставался спокойным.

– Если хочешь, пойдем куда-нибудь, где тебе будет спокойно, и я тебе помогу.

– Девочки, позаботьтесь о госте, – Гела вспомнила о Ценоте.

– Но…

– Никаких «но». Каким бы моральным уродом он ни был – он только что собственноручно поднимал душу сестры. Любая из вас уже билась бы в конвульсиях. Накормите его, Ромуль, сделай ему глинтвейн, и отправьте его спать в янтарную спальню. Ора, накури там благовония из твоего успокаивающего состава.

Как оказалось, Ценота с самого начала монолога стоял в дверях. Он как-то странно посмотрел на Гелу, она же не удостоила его и полувзглядом.

– Идем в мою библиотеку, – приказала она Ерамитерелу.

– У тебя здесь собственная библиотека? – удивился тот.

– У меня здесь дверь в собственную библиотеку, – туманно сообщила Гела.

На самом деле никакой таинственности нет. Библиотека в родовом поместье Карцера была одной из самых больших и богатых в королевстве. И во все дома, где Гела может провести более суток, был сделан пространственный переход лично братом Гелаты – Марком.

Я занялся тем, что мне поручили, а Гела с Ерамитерелом удалились в библиотеку.

Ценота проводил их задумчивым взглядом и присел на ближайший стул. Никто не обратил на него особого внимания. Все просто делали то, что им сказали.

Так уж вышло, что Гелата являлась негласным лидером нашей группы. То есть, она не узурпировала власть – все решения принимались сообща, но Гела чаще всего принимала самые логичные и трезвые решения, и из десяти дурацких идей могла сделать одну вполне приличную.

Поэтому и сейчас все прекрасно понимали, что она права – потому и стали делать то, что она сказала – но неприязнь к Ценоте никуда не делась.

Глава 4 Оценки лет учебы

Утром, когда девочки уже активно завтракали, с верхних этажей спустились Коринаминдар и Эриандиэлия.

– Доброе утро, Кори и … – радостно начала Ламина, но запнулась.

– Эра. Все меня так называют.

– Эра. Если честно, ваших полных имен я не выговорю под страхом пыток, – Ламина смущенно потупилась.

– Мы тоже долго привыкали, когда понадобилось научиться говорить ртом, – хихикнула Эра.

Сверху спустились Гела и Ерамитерел.

– Мит, как прошла ночь? – С намеком в голосе, но невинными глазками поинтересовался Кори.

Гела когтем разрезала пространство перед собой, сунула туда руку и дала ему щелбан через открывшийся переход.

– И меня не интересует, что это запрещено, – спокойно сообщила Гелата, схлопывая переход.

– Что запрещено? – сквозь смех спросила Эра.

– Нам запрещено прикасаться к слугам Золотой Нити. Почему-то, наши ученые решили, что вас это может оскорбить, и вы испепелите непочтительное разумное на месте, – робко подала голос Ора.

Кори поперхнулся, Мит и Эра вытаращились на неё как пучеглазые лягушки.

– Забавные правила, правда? – Гелата царственно опустилась на стул и совершенно несоответственно этому накинулась на завтрак с аппетитом голодной пантеры.

– Чем ты занималась ночью? – подозрительно спросила Ламина.

– Спала. Можешь мне не верить, но всю ночь я спала как младенец в колыбели, – Гелата посмотрела честными глазами.

Взгляд Ламины стал ещё более подозрительным. Ерамитерел потупил взгляд.

– Мы рискуем опоздать, – Ора внесла в комнату отглаженные парадные мантии университета.

– Предлагаешь идти босиком? – хихикнула Лэм.

Девушки оделись и уже собирались выходить в сторону университета, когда обнаружилось, что новоиспеченные партнеры по не менее новоиспеченной команде собрались идти на экзамен с ними.

– Зачем? – нескромно вылупился я на потенциальных спутников.

– Мы не учились в университете. У нас своя академия, но она не похожа на вашу. Нам интересно, – Кори смотрел на нас просящим взглядом.

Пришлось согласиться.

* * *

Мы вошли в заполненную аудиторию.