Анна Джолос – То время с тобой (страница 92)

Я строю недовольную мину, а Роуз быстро вскакивает и начинает носиться по номеру.

В указанное время мы уже рассаживаемся по машинам. Слава богу, что Онил не единственная девчонка в нашей компании.

Едем до вокзала. Туда, где сядем на туристический автобус. Мэт всю дорогу рассказывает Роуз про Флагстафф, а она с интересом слушает и без конца задаёт вопросы.

Шаттл приходит без опозданий, и мы грузимся в него всей толпой. Пока добираемся до туристичекого центра Гранд-Каньона, Роуз успевает познакомиться со всеми ребятами. Изучает карту и внимательно слушает голос электронного гида.

— Гранд Каньон имеет протяжённость в четыреста сорок шесть километров. Его образовала река Колорадо и её многочисленные притоки, прорезавшие в толще известняков, сланцев и песчаников грандиозное русло глубиной до тысячи восьмисот метров.

Я смотрю на неё: глаза горят в предвкушении. Боюсь представить её реакцию, когда она увидит Каньон во всей красе. Прижимается к моему плечу, и я вдыхаю аромат её волос. Ники ухмыляется, глядя на нас, наверняка уже отписалась Сандерс о том, что я здесь с моей Роуз.

Вход в парк Гранд Каньон находится примерно в ста пятидесяти километрах от Флагстаффа. Покупаем входные билеты, и каньон встречает нас лёгким туманом с накрапывающим дождём. Роуз тут же хмурится, но Мэт успокаивает её, уверяя, что ветер сейчас разгонит все тучки. Вижу, что Онил жутко беспокоится и, похоже, чуть ли не плачет: проделать такой путь и не увидеть каньон — та ещё досадная неприятность.

В Гранд Каньон Вилидж затариваемся едой и напитками. Завтракаем шумной толпой в небольшом уютном кафе. Роуз сгорает от нетерпения, и мы, наконец, отправляемся в увлекательное путешествие по Южному карнизу или как ещё его называют Южному риму. Бесплатные шаттлы регулярно осуществляют маршруты с остановками. На любой можно выйти и отправиться дальше пешком.

Мои молитвы услышаны. Погода меняется в лучшую сторону, и вот уже солнце освещает удивительную панораму Гранд-Каньона, открывающуюся с Yavapai Observation Station (одной из самых популярных смотровых площадок).

— Картер, как же здесь красиво, просто дух захватывает, — заворожённо шепчет Роуз, глядя вниз. — Отсюда видно даже реку Колорадо!

Я смотрю, как она улыбается, и в груди разливается знакомое тёплое чувство. Хочу, чтобы рядом со мной она всегда была такой счастливой.

— Чтобы спуститься и осмотреться внутри Каньона, понадобится минимум пара дней.

— Ну а если сплавляться по реке, то и того больше, — поправляет его Ники. — Только надо заранее заказывать рафтинг.

— Лучшим временем для осмотра Гранд-Каньона и его фотографирования являются утренние и вечерние часы. Полуденное солнце делает панораму более плоской и ухудшает насыщенность цветов, — умничает Мэт, глядя на то, как Роуз делает снимок.

— Подруга меня не простит, если я сейчас же не отправлю ей фото, — в ответ смеётся Роуз. Я обнимаю её. Впереди день, полный насыщенных событий.

Мы выбираем самые популярные маршруты: голубой Blue Village Route и красный Hermit Rest Route, он проходит по всем живописным и историческим местам вдоль края Каньона. Чем дальше мы продвигаемся, тем более впечатляющими становятся пейзажи. Я здесь тоже впервые, а потому разделяю восторг Роуз.

Гранд-Каньон действительно великий, его масштабы не в силах передать ни одна профессиональная фотография. Это нужно увидеть собственными глазами и только так…

Отправляемся в пеший трейл вдоль Каньона. Онил постоянно впереди и без конца восхищается местной красотой. Встречаем группу туристов, путешествующих вниз на мулах. Мне удаётся договорится с одним из местных парней, и вот Роуз уже сидит наверху и пищит от восторга.

— Она такая забавная, — смеётся Мэт. — И давно вы вместе? Ты прямо на себя не похож, Лерой.

— Она — самое прекрасное, что было у меня в жизни, — слова вырываются неожиданно, пока я смотрю как её катают на муле.

Мэт деликатно молчит и только загадочно улыбается.

— Вам надо с нами в Пима-Поинт. Там можно встретить закат удивительной красоты.

— Договорились.

Роуз благодарит гида и спешит ко мне, чтобы поделиться впечатлениями.

— Картер, я чуть не свалилась с него! Это было невероятно…

— Ты — невероятная, — шепчу я ей, крепко сжимая в своих объятиях.

На смотровой площадке Пима Поинт людей не так много, как ожидалось. Мы находим уютное место у самого края и устраиваем пикник на двоих. Солнце кренится к закату, и шум от туристов постепенно стихает.

Онил стоит у самого края и ловко поднимает ногу вверх. Фоткаю и прошу, чтобы не подходила слишком близко. Она смеётся и выгибается так, как умеет только гимнастка. На фоне догорающего солнца это выглядит невероятно. Роуз двигается: изящная, гибкая и прекрасная. Фотки должны получиться бомбические.

Идёт в мою сторону. Ветер подхватывает её волосы, и мне удаётся поймать кадр удивительной красоты. Роуз смотрит прямо в камеру: серьёзно, чувственно, горячо. Так, как смотрит только на меня.

Позже мы сидим у края Каньона и целуемся: медленно, не торопясь, наслаждаясь друг другом. Она шепчет, что никогда не забудет этот день, а я смахиваю слезу с её скулы и повторяю, что люблю её. Больше своей грёбаной жизни люблю.

Ужинаем в весёлой компании, слушая истории ребят. В гостиницу возвращаемся поздно. Около десяти.

Дженнифер пишет, что мать Онил уже в курсе того, что дочь исчезла. Пока Роуз принимает душ, я общаюсь по скайпу со своей сестрой. Она рассказывает о том, что Элис приходила к матери. Как и предполагалось, закатила громкий скандал. Джулианна просит, чтобы мы поскорее возвращались, а я просто выключаю телефон.

Слышу как щёлкает замок. Роуз выходит, улыбается и заворачивает волосы в полотенце. Внимательно смотрит на меня и скисает.

— Она узнала, да? — садится на кровать.

Киваю. Это всё равно случилось бы. Смит итак покрывала слишком долго. За что, кстати, тоже получила от родителей.

Протягиваю руку и сжимаю её пальчики.

— Боишься её гнева? Я не дам тебя в обиду. Это ведь была моя идея — привезти тебя сюда.

— Нет, не боюсь. Позвоню и сообщу, что всё в порядке. Не хочу, чтобы она переживала.

Я встаю и направляюсь в ванную комнату. Очень надеюсь, что разговор с матерью не испортит её впечатление от сегодняшнего дня. Всё, чего я хотел — исполнить её мечту. Сделать для неё что-то незабываемое, запоминающееся. Увидеть, как счастливая улыбка трогает губы. И да, просто провести время с ней вдвоём, подальше от всех…

Устал, чертовски устал от борьбы, недовольства и нелепых правил. Пусть хотя бы пару дней никто не вторгается в наше личное пространство. Не лезет с советами, упрёками и своим мнением, на которое мне в принципе плевать.

Горячие капли стекают по телу, и я ступаю босыми ногами на коврик. Натягиваю шорты. Тихо выхожу и закрываю дверь. Вдруг она спит уже. Столько впечатлений за сутки.

Комнату освещает свет от ночника. Стоит у окна, всё также в одном полотенце. Вытирает слёзы. Не трудно догадаться почему.

— Гадостей наговорила, даже дослушивать не стала, — кивает головой в сторону выключенного айфона. Поднимает его с кровати, отодвигает ящик и кладёт туда.

— Жалеешь, что поехала? — пытаюсь спросить небрежно. Словно для меня это и неважно вовсе.

— Нет, — подходит и хмурится, — конечно нет!

Роуз

О чём он вообще говорит? Сегодняшний день был самым прекрасным в моей жизни. Я сбежала с выпускного, отправилась в автопутешествие и увидела величественный Гранд-Каньон во всей красе. Всё это благодаря ему, и он ещё спрашивает не жалею ли я?

Подхожу к нему почти вплотную. Картер стоит в одних шортах, мокрые волосы слегка взлохмачены, а капли воды на теле ещё не успели высохнуть после душа. Разглядываю его. Этот парень безумно красив. У него умопомрачительная спортивная фигура и лицо, которое не сможет забыть ни одна девчонка…

Но он мой.

Хочу прикоснуться. Кладу руки ему на шею и пальчиками дотрагиваюсь до скулы.

Смотрит. Долгим взглядом, изучающим.

Тянусь сама, касаясь горячих губ. Целую, преодолевая свою застенчивость. Языки сплетаются, и он тут же забирает инициативу. Настойчиво оттесняет назад, а я упираюсь ладошками в его пресс.

Сажает на подоконник. Обнимаю его широкие плечи, подставляя шею под пылкие поцелуи. Он такой горячий, словно у него температура. А ещё меня сводит с ума его запах. Наверное, я больная…

Он прикусывает тонкую кожу, притягивая меня за талию. Дыхание сбивается, я выгибаюсь ему навстречу, провожу ладонью, ощущая как перекатываются крепкие мышцы. Его рука скользит вверх по моему бедру, и я обнимаю его ногами.

Останавливается. Смотрим друг на друга. В свете ночника его глаза горят огнём. Поднимает ладонь. Гладит мои губы большим пальцем и сглатывает, когда я шумно выдыхаю и закрываю глаза.

Потому что все чувства разом обостряются. Он так близко, что голова кругом. Сердце стучит как сумасшедшее, а по телу разливается жар.

Я хочу. По-взрослому. Почувствовать: каково это быть с ним.

Тянусь к нему и целую, разжигая костёр. Не даю ему шанса отступить. Потому что знаю: уважает, не хочет давить на меня и, конечно, боится обидеть. За это я люблю его ещё больше, но мне нужен Картер Лерой. Такой, какой есть: дикий, безумный, без тормозов… Мне нужен он настоящий.

Борется с собой, я это вижу. Взгляд прожигает, заставляя плавиться как воск свечи. Он хочет меня. Давно хочет…