Анна Джолос – Прости за любовь (страница 150)
— М-м-м…
Растирая влагу пальцами, слушаю самые потрясающие звуки на свете, непроизвольно срывающиеся с её губ.
Дышит часто-часто. Левой рукой зарывается в мои волосы.
— Марсель… — снова повторяет моё имя.
Выгибается.
Задохнувшись, издаёт тихий протяжный стон и, замерев на доли секунды, дрожа, впервые чувственно кончает в моих руках.
Я от этой картинки едва сам не финиширую в трусы.
Грудак ходит ходуном. Пульс шумит в ушах. Сердце оголтело тарабанит о рёбра, намереваясь вырваться.
Минуты утекают.
Молчим.
Дышим вразнобой.
Так и лежим в позе ложки.
На контрасте. Она — расслабленная, в разрядке. И я — взвинченно-возбуждённый до предела.
Неудовлетворённый, измученный голодом, но, сука, счастливый. Счастливый просто оттого, что ей хорошо…
Глава 41
Тата
Сдвигаю левую стойку сантиметров на тридцать. Отхожу чуть назад и прикидываю, хорошо ли смотрится.
Крайние шары плавно покачиваются из-за моих манипуляций, приводя в движение десятки остальных, обитающих под потолком.
Да. Пожалуй, оставим так.
— Поль, как думаешь, красиво?
— Очень, — утвердительно кивает подруга. — Чёрный с золотым — это шедевр. Стильненько.
Телефон, лежащий на столе, начинает вибрировать.
— Алло, Паш, — отвечаю шёпотом. — Поняла.
— Приехали?
— Да. Иди постой на стрёме, Поль, — сбрасываю вызов.
— Что делать, если он проснётся?
— Просто не пускай его сюда.
— Ну хорошо.
Ныряю в коридор. Задача — тихонько выпорхнуть из квартиры и встретить гостей.
Теперь моя очередь организовывать Кучерявому сюрпризы.
— Доброе утро!
Первыми из лифта выходят Абрамовы.
— Привет! — здоровается со мной София. — Смотри, какого медведя я буду дарить, — разворачиваясь, демонстрирует огромного мишку, фактически с неё ростом.
— Рокер?
— Ага.
Очки. Кожаная куртка, бандана. Всё как надо.
— Прикольный.
— Здравствуй, Тата, — Дарина Александровна обнимает меня и, улыбаясь, кивает на дверь. — Спит?
— Да.
— Успели значит. Держи. Здесь капкейки и заварные пирожные, — отдаёт мне бумажный пакет. — Торт у Яна. Мы его чуть не потеряли, Боже! Таксист решил, что он Шумахер. Едва в аварию не попали, представляешь?
— Да вы что!
— Ты же помнишь, как мы вчера пол дня этот торт делали, — присоединяется к разговору Мила. — Клянусь своими связками, я бы не пережила, если бы с ним что-то случилось.
— Правильно, похер, что чуть главу семьи не потеряли, — саркастично выдаёт Ян Игоревич. — Главное торт!
— Не придирайся к словам! — смеясь, отмахивается жена.
— Дайте уже пройти, Абрамовы, — недовольно ворчит самый старший из них. — Привет, моя грузинская красавица!
— Здравствуйте, Игорь Владимирович.
Всё ещё испытываю некоторую неловкость в те моменты, когда он крепко стискивает меня своими ручищами и по-свойски прижимает к себе, прямо как родную.
— Ну чё, не ударил в грязь лицом наш Кучерявый? — берёт меня за запястье и его взгляд задерживается на кольце.
— Нет. Он молодец.
— Мои гены, — подмечает горделиво.
— Мы с мамой обрыдались, пока смотрели видосы, — качает головой Мила. — Брат у меня ещё тот романтик! Песня. Вертолёт, яхта. Эх… Вот это я понимаю, предложение, — мечтательно вздыхает.
Песня?
— Тоже замуж хочешь, что ль? — фыркает София.
— Конечно хочу. Любая девочка об этом грезит.
— Не любая, — кривится младшая. — Лично я лучше умру старой девой. На фиг нужен этот муж? Уж лучше кошками обзавестись.
— Сонь, ты чё ненормальная? А как же свадебное платье?
— Сама ты ненормальная, из-за платья замуж выходить.
— Считаешь, нет достойных претендентов на твою руку?
— Естественно их нет!
— Ну и самомнение!
— Я реалистка.
— Ты дурочка.
— Сама дура. Кругом не пойми кто. ГП не в счёт. Разве что среди них есть достойные претенденты.
— Это кто же?