Анна Джолос – Прости за любовь (страница 138)
Иду пожать руку спортсменке из Швейцарии. Надо сказать, погоняла она меня по корту хорошо.
Благодарит за игру, улыбается даже. Почти искренне. А затем как-то странно меняется в лице.
— Wow!
Изумление во взгляде соперницы заставляет и меня повернуться к трибунам.
Замираю в растерянности.
Таращусь на растяжки огромных размеров, которые держат болельщики. На них гигантскими буквами написано следующее:
LOVE YOU, DZHUGELI!
MARSEL — после заминки раскатывают те два ряда, что пониже.
Сердце замирает, а потом начинает суетливо биться о грудную клетку.
Закинув на плечо спортивную сумку, подхожу ближе к орущим трибунам.
Пока соображаю, что к чему, мне, уже по традиции, приносят букет цветов. С момента, когда я отказалась с Ним общаться, это происходит каждую игру. Каждую!
— Джугели!
Поворачиваюсь влево на голос. Передо мной стоит Фишер, один из моих прежних тренеров.
Крайний раз мы говорили по телефону в декабре. Я тогда в подробностях рассказала ему про конфликт, возникший между мной и Бланко.
— Неплохо отыграла, девочка, но опять уходишь в агрессию и теряешь из-за этого контроль, — произносит он на испанском.
— Здравствуйте.
— Как дела? — спрашивает, засунув руки в карманы.
— Всё в порядке. А у вас?
— Да что у меня, старика, интересного? Всё по-прежнему.
— Как ваша спина?
Вскидывает бровь.
Явно удивлён.
— Всё также периодически заклинивает.
— Надо лечить.
Вместе идём вдоль трибун и мой взор всё ещё прикован к развёрнутой надписи.
Нет, ну как он это провернул?
— У кого тренируешься сейчас?
— У Денисовой.
Делает вид будто не знает. Ну да ладно.
— А вы по-прежнему работаете в Академии?
— В другой.
— Ясно.
— Ты, надеюсь, не держишь зла на старика?
— Да бросьте! Я очень благодарна вам за совместную работу.
— Не думай, пожалуйста, что я как-то замешан в той истории с неустойкой. Я сказал Бланко, что он поступает не по-мужски.
— О какой неустойке идёт речь? — останавливаюсь.
— Ну как же? Твой представитель приезжал в январе. Один из местных юристов. Они решали с Хавьером вопрос касаемо выплаты.
— Выплаты?
Я ничего не понимаю.
— Компенсация Бланко за нарушение договора, — поясняет он и смотрит на меня как на дуру. — Ты не в курсе, что ли? — догадывается, оценив мою реакцию.
— Извините, я тороплюсь, — только и могу вымолвить, пребывая в шоке.
Выплата. Представитель.
— Постой, Джугели, — окликает, когда намереваюсь уйти. — Ты вот что… Подумай насчёт Барселоны. Тебе бы там тренироваться, — протягивает мне визитку. — Я бы поработал с тобой. Без третьих лиц. Только ты и я. У нас это неплохо получалось.
— Мне действительно нужно идти, — убираю визитку в карман и, попрощавшись, ухожу.
Эйфорию, вызванную признанием в любви, перебивает новость, связанная с деньгами. Получается, за моей спиной меня выкупали. Один эти самые деньги бессовестно затребовал. Второй заплатил.
И как это называется?
Возвращаюсь в гостиницу, мыслями барахтаясь в ситуации.
Первый порыв — написать Кучерявому гневное сообщение. Однако эту идею я практически сразу отметаю. Отец всегда учил подходить к любым возникшим проблемам с холодной головой. (И да, признаю: в отношении Марселя мне это удавалось далеко не всегда).
Поля:
Следом Филя присылает фотографию Рокки с носками.
Отправляю сердечко и поглаживаю экран телефона пальцами.
Как же я соскучилась!
Поля:
Поля:
Неудобно спрашивать об этом, но другого варианта пока не вижу. Искать квартиру мне было некогда. Сделаю это, когда вернусь.
Поля:
Поля:
Поля: