Анна Джолос – Прости за любовь (страница 132)

— А ты мои? — переадресовывает вопрос.

— Да.

Усмехнувшись, кивает.

— Не похоже.

— Я искренне не понимаю тебя.

— Жаль.

— Если ничего… Если ничего не чувствуешь больше, то зачем тогда я здесь?

— Ничего не чувствую, — повторяет, выгибая бровь.

— Выглядит будто так.

— Ты никогда не осознавала, как я отношусь к тебе, — его глаза горят разочарованием.

— Опять я виновата? Всегда и во всём!

— Я этого не говорил.

— Тогда в чём дело? Почему мы просто не можем наслаждаться тем, что есть между нами?

— Может, мне мало того, что есть.

— Я… Готова дать тебе всё, что ты хочешь, — признаюсь, краснея.

Прищуривается.

— Не уверен, что мы имеем ввиду одно и то же, Тата.

К моим щекам будто раскалённые кирпичи прикладывают.

— Ты ведь про секс?

— Марсель, почему вместо лёгкости мы утопаем в скандалах и депрессии?

— Ах лёгкости тебе захотелось? Так вперёд. Я никого к себе не привязывал, по-моему.

— Знаешь что? — выхожу из себя, ибо нервы уже на пределе. — Может паузу возьмём?

Больно это озвучивать, но как ещё вывести его на эмоции?

— Бери, — пожимая плечом, отвечает спокойно. Настолько спокойно, что теряюсь даже.

— Ты сейчас серьёзно?

Глава 37

Марсель

Весь июнь мы с пацанами проводим на репетиционной базе. Первые одиннадцать дней июля — на студии. С утра до ночи.

Прямо как в старые добрые времена…

Релиз нового альбома группы Город Пепла ”Rehabilitation“ запланирован на двадцатое число. Альбом знаковый во всех отношениях. Поэтому выйдет он аккурат в день моего рождения. Ровно в ноль-ноль по Москве на всех музыкальных платформах.

А уже вечером мы выступим в Стадиуме, где будут исполнены старые хиты и новые песни, написанные в стенах рехаба.

Билеты на концерт раскупили за три дня. Полный солдаут.

Если честно, не ожидал, что люди так жаждут нашего возвращения, хоть менеджеры лейбла и жаловались на непрекращающийся поток писем, сообщений и звонков.

— Херня. Сюда в припев нужно что-то другое, — раздражённо ударяю по струнам.

— Что тебе не нравится?

— Не хватает чего-то.

— Чего?

— Чего-нибудь неожиданного, — развожу руками.

— Марс, у нас итак полно всяких крутецких фишек в других треках. Давай оставим этот в покое.

Думаю, Ромас устал от моих идей и хочет, чтобы в покое я оставил команду. Но хрен им. Если и делать что-то, то идеально. На максимум.

— Я понял. Мне нужна там скрипка.

— Чё? Скрипка? — хмурится он.

Почему-то вспомнился тот памятный концерт с оркестром.

Да. Точно. Скрипка.

— И правда ништяк должно быть на контрасте, — задумчиво произносит Горький.

— Звоним Але значит. Пусть достанет номер скрипачки и скажет, что нужно срочно приехать.

— Мы на перекур.

— Жратву привезли.

— Ништяк. Погнали.

Друзья, измученные и голодные, перемещаются в комнату отдыха, а я тем временем набираю нашего нового концертного директора. Перетираем с ней насчёт скрипачки, решаем возникшие по концерту вопросы и минут двадцать спустя я присоединяюсь к пацанам. Они к этому моменту успевают опустошить все коробки с пиццей.

— Мы тебе тоже оставили похавать, Кучерявый. Сырную и мясную, — Чиж заботливо впихивает мне в руки одноразовую тарелку. — Ща кофе налью.

— Спасибо.

Есть особо не хочется, но желудок явно со мной не согласен, учитывая, что крайний перекус был сутки назад.

— Ну чё? Договорился по поводу скрипачки?

— Да. Приедет завтра. Правда ей рожать вот-вот.

— Зашибись, а если прямо тут начнутся схватки?

— Будете роды принимать, чё.

— Капец, надо почитать хоть литературу.

— Литературу?

— Ты последнее что вообще читал, Чиж?

— Этикетку на сыре.

Ржут.

— Привет, брательник! — в комнату фурией врывается сестра. — Макс, Чиж, салют!

Всех перечисляет, кроме Паши. Его она игнорит с того первомайского пикника.

— О, Миланка, здорово!