Анна Джолос – Прости за любовь (страница 10)

Первые выходные было решено посвятить знакомству с манящей Барселоной, а это значит, пришла пора осмотреть достопримечательности прекрасного города.

– Вижу, что ты довольна, – улыбается она.

– Ты не представляешь как! – признаюсь искренне.

За то время, что я провела в Питере, успела соскучиться по теннису очень сильно.

– Подружилась с кем-нибудь из ребят?

– Я не дружить сюда приехала. Некогда тратить время впустую. Моя цель – со временем минимум войти в топ-100.

– Это стремление достойно похвалы, дорогая, но общение со сверстниками точно не повредит. Тем более что вас объединяет спорт.

– Мне никто не нужен. Лучший товарищ – безмолвная ракетка.

– Тата… – качает головой. – Так нельзя.

– Я не хочу больше ни к кому привязываться.

Чтобы не получилось так, как вышло с Красоморском. Вот уж не думала, что так привыкну к местным обитателям (причём в лице моих одноклассников).

Интересно, как они отгуляли выпускной? Куда поступили?

Немного жалею о том, что наша последняя встреча с Филатовой и Вебер закончилась неприятно. Тогда в автобусе я повела себя некрасиво. Но у меня не было выбора. Я не могла рассказать им правду.

Иногда проще стать врагом и предателем. Для подруг тоже.

– Ты похудела, – Алиса Андреевна окидывает встревоженным взглядом мою фигуру.

– Так надо. Мне давно пора вернуться в прежнюю форму.

– Форму. Силам-то откуда браться?

– Ба… Ты не понимаешь, насколько важно спортсмену соблюдать диету.

– Молчу-молчу, – сдаётся с ходу.

– Мы дошли.

Останавливаюсь и разглядываю огромных размеров площадь. Именно отсюда берут начало самые популярные туристические маршруты. Площадь Каталонии соединяет историческую часть города и новый район Эшампле, возникший во второй половине девятнадцатого века.

Вокруг расположились многочисленные отели, банки, офисы, магазины, рестораны. В центре – скульптуры, фонтаны, цветочные композиции и большое количество голубей, которых подкармливают туристы, отдыхающие прямо на зелёных лужайках.

Народу много. Место невероятно оживлённое. Поэтому мы с бабушкой тут особо не задерживаемся. Выходим на бульвар Рамбла. Дыхание и пульс города ощущается прямо здесь. Пешеходная зона тянется на пару километров вперёд, предлагая жителям и гостям Барселоны широкий выбор развлечений на любой вкус.

Бутики, кафешки, торговые палатки с сувенирами и цветами. Уличные артисты, художники, музыканты.

Когда вижу молодого парня, играющего на гитаре, чувствую болезненный укол в груди.

– Послушаем?

Он ещё и кучерявый. Вот только лицом совсем не похож. У Абрамовых красота какая-то своя, особенная. Невероятно аутентичная.

Как Он там?

Встал ли уже на ноги?

Я запретила себе думать о бывшем однокласснике, но мысли, вопреки запрету, всё равно регулярно возвращаются к нему.

– Мама ничего не рассказывала? – спрашиваю пять минут спустя, когда продолжаем неспешную прогулку, протиснувшись сквозь толпу слушателей, окруживших молодого гитариста.

– Насколько поняла, родители Марселя сейчас не поддерживают связь с Настей и Даней.

– Из-за меня, – усмехаюсь невесело, осторожно шагая по бордюру.

– Тата, милая, дело не в этом. Когда с твоими детьми случается что-то плохое, ты никому не рад, поверь. Уж я на своём опыте знаю. Когда Настю похитили, мне было не до разговоров с кем-либо.

– Они меня ненавидят, – произношу глухо, но уверенно.

– Глупости. Перестань. Ты ни в чём не виновата.

– Виновата. Их сын из-за меня оказался на той дороге.

– Он оказался там по собственной воле.

– Марсель ехал за мной! Поэтому даже не пытайся меня переубедить! И вообще, не поднимаем больше эту тему. Все темы, с ним связанные – табу. Ясно?

– Как скажешь, – вздыхает, доставая из сумки веер.

– Нам туда?

Прищуривается.

– Да.

Проходим ещё метров сто. Бульвар Рамбла заканчивается выходом к заливу.

– Ты должна попробовать здешние вафли.

– Ну ты опять начинаешь? – закатываю глаза.

– Говорю тебе, идём. Два года назад это было так вкусно, что пальчики оближешь.

– Я тут постою, подожду тебя.

Пока любуюсь видом и мимо проплывающими яхтами, бабушка затаривается вафлями и одну из них в итоге протягивает мне.

– Присядем вон там?

Идём по дощатому пирсу. По нему же прогуливаются важные чайки.

– Ты не жалеешь о том, что тебе пришлось уехать из Красоморска? – присаживаемся на свободную лавочку.

– Нет.

– Ты столько денег потратила на то, чтобы обустроить нашу новую жизнь...

– Мне всегда хотелось, чтобы мои накопления пошли на благое дело. Вот судьба и организовала нам такой случай.

Да уж…

– Знал бы дед, на что ты откладывала все эти годы.

– Отвечу его любимой поговоркой. Меньше знаешь, лучше спишь.

– Спасибо, ба. За то, что защищала тогда в его доме и за то, что не оставила меня после всех событий.

– Прекращай. Я перед тобой в долгу, Тата.

– Как думаешь, что там в Москве происходит? Горозия… Отец. Бизнес.

– Пусть происходит что угодно. Нас это сейчас никак не касается.

– Не хочу, чтобы отец снова оказался в СИЗО.

– Твой отец сам решит свои проблемы.

– А если не решит?