Анна Джолос – Опасная связь (страница 74)

— Отлично, — останавливается под аркой. — Саш… Если к вечеру драгоценности не появятся дома, имей ввиду, кражей будет заниматься полиция.

— Меня-то ты этим зачем пугаешь? — продолжаю пялиться в свою чашку с нетронутым чаем.

— Я на всякий случай предупреждаю. Если это Алена, пусть вернет. Иначе, у нее будут проблемы.

— Алена уехала из Москвы! Ее даже на выпускном не было! — кричу я ей в ответ. Хотя обещала Лисицыной, что никому ничего не скажу.

— Подожди-ка… В смысле? — изумленно хлопает ресницами.

— В прямом. Я помогала им с Ульянкой собирать вещи.

— Так она еще и сбежала?

— Ага, и прихватила твои брюлики! Перестань делать такое лицо! Алена настолько порядочная, что я даже чисто гипотетически не могу себе этого представить, — возмущаюсь громко.

— Ладно-ладно, я просто спросила! — цокает языком.

— Не смей даже думать о ней плохо! Не стыдно? Лиса столько всего пережила… — шумно вздыхаю, упираясь подбородком в ладони.

Непроизвольно вспоминаются минувшие события, и аж мороз ползет по коже, клянусь.

— Почему она так внезапно решила уехать? Совсем недавно прошли похороны. А как же поступление в институт? Рома? — засыпает меня вопросами.

— Так из-за Ромки и уехала. Не захотела усложнять ему жизнь, — медленно веду пальцем по кромке помпезной фарфоровой чашки, украшенной стразами сваровски.

— Вот ведь дурочка… А куда?

— Ни телефона, ни адреса не оставила, — бормочу себе под нос, едва по новой не срываясь в слезы.

Как я теперь без нее? За прошедший год успела прикипеть к Аленке всей душой. Если и могла называть кого-то подругой, то только эту девчонку.

— Ну дела… — тянет мама.

— Алена не брала твои бриллианты, — высекаю твердо.

— Не злись, я просто…

— Мам, иди уже на свою работу! — отодвигаю чашку и кладу голову на сложенные перед собой руки. Зарыдать охота!

— Я позвоню.

Не реагирую.

Лежу на столе до тех пор, пока она не уходит. Затем открываю мессенджер и еще раз читаю сообщение, которое поздно вечером прислал мне Илья. Илья, слепо доверяющий своим друзьям-бандюганам…

Никаких отпечатков следаки не обнаруживают. Беседы с наблюдательными соседями, на удивление, тоже не приносят плодов. И тут, знаете, два варианта: либо они реально ничего не видели, либо просто не хотят помогать «ментяре, которого обнесли».

Что до меня… Три дня спустя я отправляюсь на квартиру к Паровозову.

Прихожу туда дважды. Никого там не застаю и последующим утром остаюсь ждать парней на лестничной клетке. С твердым намерением вернуть украденное золото, принадлежащее моей матери…

По прошествии полутора часов в подъезде, о удача, появляются трое: Клим, Динамит и Череп.

Замираем все до одного. Пристально друг друга разглядываем…

У Антона сильно разбито лицо. Гематомы, синяки, отекший глаз и ушибленная скула. На носу гипсовая повязка, на руке тоже. И эта картина пробуждает во мне целый шквал полярных эмоций: от элементарного сострадания до некоторой степени злорадного удовлетворения. Ведь стопроцентно именно Илья его так в ту ночь отмудохал…

— Мне нужны украшения, которые вы забрали из квартиры моих родителей, — наконец обретаю голос, выпрямляясь.

— Ты не по адресу, — бросает Дима, поднимаясь по лестнице.

— Я знаю, что это вы! — заявляю уверенно.

— Что, может и доказательства имеются? — ухмыляется, обернувшись.

— Больше воровать некому! — огрызаюсь в ответ.

— Железная у тебя логика!

— Там были ваши отпечатки!

— Н-да?

— И камера успела зафиксировать ваши лица, — намеренно лгу.

— Не надо брать меня на понт! — фыркает он.

— Советую отдать мне золото прямо сейчас. Иначе…

— Иначе что? — Дима делает шаг мне навстречу.

— Попадете за решетку, — угрожающе сверкаю глазами.

— Ааа… Батей своим нас пугать удумала?

— Не ожидала такой подлости. Какие-никакие, а должны быть понятия! Даже у таких, как вы!

— Слышь, дочь мента, ты меня о понятиях просветить решила? — надвигается, вынуждая отступить.

— Димыч, — Данила тоже поднимается на одну ступеньку вверх.

— Не стыдно? Понимаю, что у тебя больная сестра, но неужели нельзя было просто сказать, что тебе нужны деньги?

— Твои деньги? Мне нужны твои деньги? Да пошла ты, мажорка херова! — орет, толкая к стене.

— Вместе мы бы что-нибудь придумали!

— Думаешь, все в мире на бумажках завязано, да? — делает резкий выпад вперед и до боли сжимает ладонями мою шею.

— Отпусти! — кричу, задыхаясь.

— Не трогай ее, — сипит Антон.

— Эээ, але, Димон, ну-ка руки от нее убрал, — Данила тут же вклинивается между нами. — Она же девчонка!

— Девчонка? — громко хохочет тот. И только сейчас я понимаю, что мне не показалось. Запах алкоголя действительно есть. Дима порядком пьян…

— Все, отошел. Отошел блять! — Клим толкает его в грудь.

— Шмара столичная! — Динамит меня отпускает, но смачно сплевывает на мои белоснежные кроссовки.

— Кто ты такой, чтобы так со мной разговаривать! — пытаюсь обойти Данилу, потому что поведением Димы я искренне возмущена.

— Выметайся вон отсюда! — орет он на весь подъезд и снова кидается в мою сторону.

— А ну не трогай меня! — быстро достаю из кармана травмат, который взяла из дома, и направляю прямо на него.

Дима смеется. Правда недолго. Его настроение очень резко меняется.

— Давай. Стреляй! — боднувшись, прикладывается лбом к пистолету. — Давай, че! За пропавшие мамкины цацки отправь меня на тот свет!

— Придурок! — сглатываю и чувствую, как от нервного напряжения начинают трястись руки.

— Стреляй, тупая ментовская сука! — продолжает провоцировать.

— Замолчи!

— Слушайте, не знаю, какого хера происходит… — заводит Данила.