Анна Джолос – Кукла Яся (страница 2)
– Подкат – отстой, братан! Не обессудь.
– Какой подкат? Взгреть хотел нормальными чаевыми, – поясняю свои действия.
– Кто кого взгрел – вопрос спорный! – гогочет этот придурок и я наклоняюсь вперёд, чтобы отвесить ему подзатыльник.
– Идиот.
– Обломинго! – лохматое чувырло ловко уворачивается, но я цепляю пацана за куртку. – Отвали, пикапер-неудачник.
Хватаю его за ухо и тяну вниз.
– Аааа, мать твою, больно!
– Оторву.
– Скажи, ударило по самолюбию, да? Она отбрила тебя на десяточку, согласись?
– Да кто её клеил? Дичь не неси. На кой икс мне сдалась эта малолетка?
– Ну-ну. Пялился на неё как маньяк. Аж слюни вон потекли! – кривляется, пытаясь изобразить меня.
– Не сочиняй, долбоящер, – получает от меня хорошую затрещину.
Сам не знаю, почему он так бесит. То ли не хочу признавать, что девчонка и правда приглянулась. То ли до сих пор нахожусь в растерянности после её выходки.
– Не расстраивайся. Лузер ты наш престарелый, – не унимается Антон, нарочно продолжая меня провоцировать. – Тебе почти тридцатник, так что…
– Падла, иди сюда!
– Да харэ, прекращайте. Пока мы не вмазались в бетонную плиту, – не выдерживает Илья, однако мы на его слова не обращаем никакого внимания. Маемся дурью до самого супермаркета. Только там на парковке успокаиваемся. Почти.
– Продинамила, – Антон снова ржёт, поправляя патлы.
– Завали хлебало, Череп, – цежу сквозь зубы, выбираясь из салона.
– Погнали, придурки, надо хорошенько затариться, а времени у нас в обрез, – Илья широким шагом направляется в магазин, в котором мы проводим ближайшие минут пятнадцать-двадцать.
Обследовав все ряды и основательно наполнив тележку продуктами, плетёмся к выходу.
– Оплата только за наличные! – раздражённо цокая языком, сообщает кассирша.
– Так вот же терминал, – тычет в него пальцем Антон.
– Так не работает! – язвит тётка, поправляя дичайшую конструкцию, сооружённую на голове.
– А написать объяву?
– Молодой человек! У меня люди! Мне писать некогда!
– Нал есть? – поворачивается ко мне Илья.
Киваю и лезу в карман своей косухи. Проверяю один. Второй. Хлопаю по карманам джинс. Спереди. Сзади.
– Не понял… Тох, а ну-ка сгоняй в машину.
Кассирша театрально вздыхает и закатывает глаза.
– Вы будете оплачивать или нет?
– Решаем проблему.
– А все ждать должны!
– Давайте уже быстрее!
– Освобождайте кассу! – лютуют граждане из очереди.
– Вы чего такие нервные, уважаемые?! – Илья пытается быть вежливым. Насколько это вообще возможно.
– Потому что всем домой надо!
– У меня сериал начинается!
– Меня муж голодный ждёт!
– А у меня собака обсыкается! – наперебой орут посетители магазина.
Поглядываю на автоматически раздвигающиеся двери.
– Переводи на эти цифры, быстрее будет, – какой-то мужик из очереди суёт Паровозову наличку и протягивает визитку.
– Благодарю.
Хватаю пакеты, когда ситуация разрешается.
– Ваш чек, приходите ещё, – произносит дежурную фразу кассирша. Таким тоном, что уж лучше промолчала бы.
– Грымза, – констатирует Илюха.
– Терпеть не могу магазины и рынки…
Выходим на улицу.
— Какого ты так долго? – ору Антону, зависнувшему у машины.
– Нет там твоего бумажника, я везде посмотрел.
– Глаза на жопе? Там он.
– Да нет же, говорю!
Илья открывает багажник. Складываю туда пакеты и принимаюсь искать портмоне самостоятельно. В бардачке смотрю. На сиденье. Под ним. Сзади. В двери. На полу.
Озадаченно пялюсь на асфальт и вдруг до меня доходит…
– Вот сучка! – сжимаю челюсти до хруста, когда понимаю, что бумажник украла та девчонка с заправки.
– Твою мать!
– Ой не могу! – Черепанов ржёт как коняка. – Ну ты и лошара, Дымыч! И много там было?
– Двадцатка.
Но не так важны деньги, как сам кошелёк и те личные вещи, которые в нём лежали.
– Ты чё, Кир? – Паровозов, закрыв багажник, вопросительно вскидывает бровь.
– Ты представляешь, Илюх, она спёрла моё портмоне!