Анна Джолос – Дом с черными тюльпанами (страница 26)
Вот козёл!
Разобидевшись, поджимаю губы.
— Можешь уже отпустить меня. Здесь нет угрозы в лице журналистов, — подмечаю ядовито.
Марат тут же отпускает мою ладонь, разрывая контакт.
— В следующий раз, когда начнёшь жёстко тупить, помощи не жди.
— Зачем я здесь?
— Ты нужна Багратовне. Сказано было притащить тебя.
— Она не говорила для чего? — уточняю, нахмурившись.
— Действительно думаешь, что Багратовна передо мной отчитывается? — ухмыляется.
— Ясно.
— Всё, Назарова. Моя миссия выполнена, — разворачивается.
— А куда мне идти-то?
Здание совершенно незнакомое. И оно просто огромное.
— Прямо и налево, — доносится в ответ.
Что ж. Не послал — уже хорошо.
— Спасибо, — благодарю в спину.
Марат останавливается и разворачивается.
Выжидает паузу.
— Назарова… — его взгляд цепляется за худи.
Вопросительно выгибаю бровь.
— Моё предложение в силе. Могу подкинуть до Самарской области.
Закатываю глаза и, резко крутанувшись вокруг своей оси, ухожу в заданном ранее направлении.
Оказывается, конечной точкой моего маршрута является каток.
Открываю двери. Вхожу.
— Стоп! — слышу сперва недовольный голос Немцовой, а затем уже вижу её саму, восседающую на трибуне.
Музыка затихает.
— Паршивый прокат, Яна! Ты сейчас просто бессовестно тратишь моё время! — высказывает претензии своей подопечной. — Риттбергер — отвратительный! На первом тулупе завалилась! Вращение — носок не дотянула. Линия не ровная. Каскад — на отвали! Кантиливер — не сделала.
— Но я сделала!
— Вита, чем вы занимались всю неделю? — раздражённо обращается Эмма к дочери.
— Чистили программу.
— И это ты называешь почистили? Я такой позор на отборочные выставлять не стану!
— Мы виделись только три раза. У Яны не получилось посетить все тренировки.
— Что значит не получилось? — возмущённо каркает Немцова.
— Я отработаю, — обещает спортсменка.
— Ты должна была сделать это ДО сегодняшнего дня!
— Я не успела. У меня проблемы дома.
— Мне насрать на твои проблемы, Яна! Ты знаешь правила. Кто хочет поехать на чемпионат Европы, тот пашет как Папа Карло! Изо дня в день!
— Я стараюсь, — защищается девушка.
— Нет, не стараешься. Ты как корова на льду! Неповоротливая, медленная, неаккуратная! Безобразный прокат! В этом сезоне ты — сплошное разочарование.
— Я…
— Вон, Железова! Убирайся с глаз моих! Не способна кататься достойно — иди рожай и борщи вари жениху своему недоделанному…
Яна, стиснув зубы, покидает каток.
Она на взводе и плачет.
Словно ураган мимо меня проносится, едва не сбивая с ног.
— Вита, я тебя уволю. Клянусь, не посмотрю, что дочь.
— Она не посещает тренировки, что я могу сделать? — защищается та.
— На неё полагаться нельзя. Я снимаю Яну с отборочных.
— И как? Она нам нужна.
— Не нужна. Стужину готовь. Лена землю грызть готова и будет пахать как проклятая.
— Не успеем, с момента травмы прошло слишком мало времени.
— Работай, Вита, работай!
— Я тебе не сраный волшебник. Наш разговор, кстати, уже не является приватным, — смотрит в мою сторону.
Немцова поворачивает голову, замечает меня и раздражённо цокает языком. Один в один как её внук Марат.
— Что опять с внешним видом? — хмурит брови. — Лохматая. Нос разбит. Колени в крови.
— В школе кое-что случилось.
— Что ты за девочка такая? Из драки в драку. Не пойми на кого похожа уже.
Молчу.
— Сюда подойди. У меня времени в обрез.
— Вы сами меня позвали, — напоминаю.
— Дина сказала, ты катаешься.
У её помощницы слишком длинный язык.
— Катаюсь, — киваю.
— Это просто смешно, — улыбается Вита. — Давай вернёмся к разговору о Яне?
— В отличие от вашей Яны, кантиливер я делать умею.
Вита фыркает.