Анна Джейн – Разреши любить. Позволь мне быть рядом. Книга 2 (страница 15)

Мы устроились в мягких креслах, и Мэри распорядилась подать чай.

— Обожаю такие загородные резиденции, — продолжила разговор Алекса. — У моего жениха есть похожий дом на берегу реки, красивый и просторный. В нем уже несколько лет никто не живет, но я надеюсь, что после свадьбы мы туда переедем.

Я вздрогнула, услышав о доме, где жила вместе с Игнатом, Костей и мамой. Одни из самых приятных воспоминаний моей жизни связаны с этим местом, с людьми, что стали моей семьей. Я не знала, что в Костином доме никто не живет. Должно быть, после случившегося им обоим было тяжело там находиться. Странно, что Алекса этого не понимала.

— Почему там никто не живет? — спросила я, вступив в разговор.

Алекса коснулась губами края чайной чашки и обожглась.

— Из-за последней жены отца Игната. Не хочу сплетничать, поэтому расскажу без подробностей — это невероятно трагичная история, многих она шокировала. Едва ли смогу говорить об этом без слез, — Алекса превосходно лицемерила и искусно играла на эмоциях, пробуждая в Мэри еще больший интерес. Она явно искала к ней подход, ведь было очевидно — ту заинтересуют сплетни о чужой жизни, потому что собственная скучна.

— Кажется, мы что-то об этом уже слышали, — подхватила Мэри, в глазах ее горело любопытство. — Помнишь, Влада? Когда мы приезжали на торжество Рустика, девушка из салона рассказывала эту историю, а ты ее перебила и велела замолчать.

— Я и сейчас не хочу ничего об этом слышать. — ответила я, как можно равнодушнее.

Чашка с горячим чаем совершенно не согревала мои ладони, в пальцах я чувствовала только холод.

— Странно, — пропела Алекса, прикрывшись своей фирменной вежливой улыбкой. — Вы же сами меня об этом спросили. Значит, вас все-таки что-то интересует.

— Я спрашивала про дом, а не про тех, кто в нем жил, — холодно уточнила я.

— Стены всегда запоминают своих хозяев. Они как книги. Ведь вы любите книги, Влада? — Алекса умело использовала против меня те крупицы информации, что успела узнать. — Значит, вам интересны чужие истории. Дома, однако, правдивее — они хранят тайны реальных людей, а не вымышленных.

— Влада, действительно, не будь ханжой. Дай послушать, — вмешалась Мэри.

Я уступила, понимая, что не могу вечно убегать от страха, что кто-то узнает правду обо мне. Хуже всего было то, что моя история, пересказанная другими людьми, была наполнена ложью. Я вновь почувствовала себя заложницей обстоятельств и не могла вымолвить ни слова, чтобы опровергнуть клевету о моей маме. Отставив чашку с чаем, я поднялась и, не покидая мансарду, отошла к окну. Хотела скрыть от всех свое немое страдание, разрывающий душу крик, застывший на губах, и горькие, но невидимые слезы.

Алекса начала рассказ, а Мэри подалась вперед, жадно ловя каждое слово.

— Эта женщина намеренно стала женой Елецкого, чтобы украсть информацию для конкурентов. Никто не знает, как ей это удалось, но Константин ради нее бросил жену. Многие его отговаривали, предупреждали, но он будто лишился рассудка и твердил, что влюблен. Она даже ждала ребенка, но намеренно избавилась от него, — добавила Алекса с осуждением, и в ее голосе зазвучала ядовитая интонация.

Мэри ахнула, едва не выронив чашку, и прошептала ругательство. Я же себя чувствовала так, будто меня поразила молния. Боль пронзила каждый нерв, и мне хотелось закричать, что мама ждала этого ребенка, мы все его ждали, я читала ему сказки и выбирала имя. Но мне оставалось только молча повторять это про себя, удерживая в памяти то чудесное, что было с нами.

— Константин не замечал ее лжи, он был ослеплен ею, — продолжила Алекса с холодной усмешкой.

— Да-да, мужчины вообще не особо внимательные, — легко подхватила Мэри, как будто они обсуждали банальную ошибку.

— Но вскоре эта женщина украла из его дома ценную информацию и передала конкурентам. Империя Елецких тогда едва не рухнула, и моей семье пришлось их поддержать, — подчеркнула Алекса, с гордостью вздернув подбородок. — Сам Константин оказался в больнице с сердечным приступом. Эта ужасная женщина едва не убила его. Недаром говорят, что каждому воздастся по заслугам. Она не стала исключением.

— И как он ее наказал? — живо спросила Мэри. — За такое ведь могут и… порешить, — выдала она, нахватавшись жаргона.

Мне хотелось заорать на них обеих, но я лишь зажала рот ладонью. Нет, мама не предавала Костю. По крайней мере она всегда говорила мне правду. Это Стас подставил ее…

— О ее смерти ходит много слухов. По официальной версии, она погибла в автокатастрофе вместе с дочерью и бывшим мужем. Следствие установило, что аварию устроил как раз ее бывший муж. Она сбежала от него много лет назад. Он издевался, избивал ее, а дочь так и вовсе боялась своего отца, даже когда стала взрослой, все равно тряслась от одного лишь упоминания о нем. — Алекса поджала губы, как будто эта история ее искренне возмущала.

— Откуда такие только берутся? — с осуждающим вздохом произнесла Мэри, как будто ее собственный муж был лучше. Да, Вальзер не трогал ее, но все знали, насколько жесток он бывал с другими. — И как же он их нашел?

Мэри интересовало то же, что мучило и меня все эти шесть лет. Я полагала, что Алекса не может знать всех деталей, но ей удалось меня удивить:

— Помогли добрые люди.

— И ты знаешь кто? — глаза Мэри загорелись жадным интересом.

Я резко обернулась к Алексе. Она ничего не ответила, лишь пожала плечами, но в ее улыбке читалась дерзкая уверенность. И в этот момент мне показалось, нет, я была уверена — она знает. Знает, кто вернул в нашу жизнь монстра. Это подозрение выбило почву у меня из-под ног. Откуда она столько знала про отца? Что он бил маму и издевался над ней, что я боялась его до ужаса. Я делилась этим лишь с самыми близкими, — со Стешей, Игнатом… Кто еще мог об этом узнать? Вряд ли Алекса могла выведать это у Стеши. Тогда остается Игнат. Неужели он рассказал ей то, что было моим личным, самым сокровенным? То, что я доверила ему? Нет, не мог. Он не мог! Нужно вспомнить, обязательно вспомнить, кому еще я говорила о монстре.

В сознании мелькнули слова отца, когда он насильно затащил меня в машину: «Помогла одна милая дама. Твоя мать увела у нее мужчину. Нашла меня, пригласила сюда, дала всю необходимую информацию…». Сейчас я поняла: он упоминал Алину, бывшую жену Кости. Речь шла о матери Игната. Но она не могла действовать одна — кто-то ей помог, кто-то навел ее на монстра. Ни я, ни мама почти не говорили о нем. Мы скрывались от него, доверяя свои страхи только узкому кругу людей. И именно этим воспользовался враг. Но кто это был? Неужели Алекса? Для чего? Чтобы забрать Игната? Или есть другая, более коварная причина?

Я и представить не могла, что все это окажется настолько запутанным. Встреча с Алексой пробудила неприятное ощущение, словно мы с мамой не просто жертвы обстоятельств, а пешки в чьей-то тщательно продуманной игре. Игре, правила которой нам даже не известны. Эти мысли метались в голове, пока я не очнулась от размышлений, осознав, что пропустила часть разговора.

— С тех пор Константин так и не может оправиться, — с оттенком превосходства продолжала Алекса. — Врачи поправили его здоровье, но морально он разбит. Мужчинам лучше не любить, — заявила она с усмешкой, открыто выразив осуждение. — Любовь делает их слабыми и уязвимыми. А самое привлекательное в них — власть и сила.

От ее слов, пропитанных лицемерием и холодом, меня передернуло… Она лукавит, и я больше не могу молчать. Сделав глубокий вдох, я сумела совладать с собой — я ни перед кем ни должна оправдываться. Да, моя мама совершала некрасивые поступки. И даже то, что она раскаивалась и страдала из-за этого, не уменьшает ее вины, но она отказалась подчиняться Стасу, отказалась совершить подлость, и это стоило ей семьи. Я вернулась за стол и устремила взгляд на Алексу.

— Ну что, тебе тоже стало интересно? — спросила Мэри, явно надеясь, что я присоединюсь к их обсуждению, чтобы потом перемывать эту историю со мной.

— Да, стало… — Я не отрывала взгляда от Алексы, и та, почувствовав мое напряжение, повернулась ко мне с легким удивлением. — Мне тоже стало интересно, раскаивается ли тот, кто виновен в трагедии, унесшей жизни этих людей, в том, что он сделал?

— Вы не поняли меня, — ровным тоном ответила Алекса, — виновный погиб в аварии.

— Я говорю о тех, кто помог этому человеку найти жену Константина и ее дочь, — спокойно добавила я, не желая отпускать ее взгляд.

Я не сводила глаз с Алексы. Она почувствовала опасность и ответила уклончиво:

— Эта женщина сама виновата в случившемся, слишком боялась и все время бежала от страха, — сказала она, делая глоток чая, но поперхнулась.

— Думаете, что от страха невозможно убежать? — Я продолжала давить, чувствуя, что она знает больше, чем говорит.

— Нет, страх всегда преследует нас, как охотник свою жертву, — ответила Алекса, поглядывая на меня с легкой усмешкой. — Он — наша тень. История, которую я рассказала, хороший тому пример.

Алекса, казалось, мастерски сохраняла внешнее спокойствие, но ее пальцы невольно теребили салфетку, лежавшую на столе. Я заметила это, и, уловив мой взгляд, она тут же ее отпустила. Страх промелькнул в ее светлых глазах, прежде чем она снова взяла себя в руки. Наверное, поняла, что я разгадала ее маленькую тайну.