Анна Дубчак – Лесная кукла (страница 39)
Юра. Все в семье, кроме Насти, разумеется, знали о том, что у него есть Надя. И все, в том числе и Лиля, сколько раз намекали, что пора бы ему уже разорвать эту связь. Что он должен уже сам для себя решить, как ему жить дальше, продолжать ли вести такую вот развеселую жизнь с любовницей или же остепениться, жениться, завести детей. Что свадьба на носу, что нельзя так поступать с невестой, что это подло, кроме того, рано или поздно она узнает о Наде и бросит его. А что, если к тому времени уже родится ребенок?
На что беспечный Юра отвечал, что, конечно, он бросит Надю, что им, родителям, не о чем беспокоиться. Что он все понимает и уже готов к созданию семейной жизни. Но Лиля ему не верила, и в такие минуты, когда видела, что он лукавит, и что ничего-то в его жизни не изменится, и что он по-прежнему будет встречаться с любовницей, она видела в нем уже не своего брата, а просто мужчину, который, как и тысячи других безответственных мужчин, способен с легкостью разрушить жизнь влюбленной в него женщины, то есть Насти. А может, и Нади. Он может бросить ее, а потом найти ей замену. И тогда сделает несчастной еще одну женщину. И все-то ему простится. Настя простит, поскольку будет держаться за семью, детей. И Надежда тоже простит и, когда он захочет вернуться к ней, с радостью его примет.
Вот когда Лиля думала об этом, то просто ненавидела своего брата. Как же легко ему живется! Просто порхает по жизни! И денег много, и женщины его любят, и никем он особо не дорожит. Еще выдумал себе эту историю с качелями… Чтобы все жалели его, носились с ним, абсолютно здоровым мужиком!
Как же гениально он все это придумал! Теперь, когда он, к примеру, женится и ему захочется улизнуть из дома к любовнице, он скажет, что у него депрессия, что ему захотелось побыть одному… Это сейчас он скрывает от невесты придуманный им же психоз, а потом же все равно расскажет, как бы признается ей, Насте, как близкому человеку, о своих страхах, бессоннице… И она должна будет оценить его желание до свадьбы не грузить ее своими психологическими проблемами. Она, как большая и сильная птица, прикроет его беду своими крыльями… А он спрячется под ними в тепле и безопасности и будет посмеиваться над ней, дурочкой, а потом извлечет из этой ситуации определенные привилегии, послабления.
Да, именно так воспринимала всю эту ситуацию Лиля до поры до времени. Разве могла она представить себе, чем все закончится? И что после ее вмешательства все пойдет наперекосяк, что произойдет убийство…
Так кто звонит в дверь? Юра? Но он бы позвонил предварительно, узнав, дома ли она. Родители? Они тоже без звонка не приезжают. Или снова те две дуры, заигравшиеся в детективов?
Она распахнула дверь с единственной целью – прогнать любого, кто бы это ни был. И была потрясена, когда увидела Бориса. Выражение его лица говорило о том, что он пришел просить прощения. Она знала это лицо, эти глаза, полные печали и желания поскорее все уладить и помириться.
– Ну, прости подлеца, знаю, что ты меня ждала… Но ты же знаешь моих родителей… От них так просто не отвяжешься.
Она втащила его в дом, захлопнув за его спиной дверь, чтобы соседи ничего не услышали.
– Ты мне скажи честно – ты собираешься жениться на Кате? – Это был самый главный вопрос, который она до сих пор не осмеливалась ему задать.
Он опустил голову. Вздохнул. Лиля смотрела на него и понимала, что больше всего на свете ей хотелось бы сейчас, чтобы он обнял ее. Обнял, как умеет обнимать только он. И поцеловал. Околдовал ее хотя бы еще на пару месяцев прежде, чем женится на этой девчонке Кате.
– Это не я, это родители хотят. Но я не женюсь, нет, я же все понимаю… Я буду с ней несчастен. Да и вообще, разве можно жениться на девушке, которую не любишь? Чтобы каждый день, просыпаясь рядом с ней, признаваться в собственной глупости? Я вообще не воспринимаю ее как женщину, понимаешь? Даже если мне заплатят большие деньги, у меня все равно ничего с ней не получится. Я хочу быть с тобой и только с тобой… – Он говорил тихо, быстро, и все то, что она хотела услышать, и как же ей хотелось ему верить. – Мне нравится быть с тобой, мне нравится все в тебе – твоя кожа, твои волосы, губы… Мне нравится есть все то, что ты готовишь. Мне хорошо, спокойно и комфортно с тобой. Ты – моя жизнь, Лилечка. Неужели ты думаешь, что я все это счастье променяю на какую-то там Катю только потому, что этого хотят наши семьи? Нет, этого никогда не будет. Но ты должна знать, что иногда мне придется отрываться от тебя, чтобы проводить время с моими родителями. Иначе – никак.
И он обнял ее. Она закрыла глаза от захлестнувшей ее волны счастья и умиротворения. В его руках она хотела бы провести всю свою жизнь. Вот она, самая настоящая зависимость от мужчины. И как с этим справиться? Это как бороться с самой природой…
…В постели они курили. Ее голова лежала на его плече. Все вернулось на свои места. И теперь, что бы ни произошло, ей все равно будет спокойно, она чувствовала себя защищенной.
– Как Юрка? – спросил Борис. – Что там с его делом?
– Да не знаю я… Замучили меня допросами-вопросами… Как бы до тебя не добрались.
– Знаешь, я не удивлюсь. Когда у их закончится фантазия и они поймут, что запутались, то придут и ко мне. Создадут видимость работы.
– Боря, что ты такое говоришь? Ты-то здесь при чем?
– Придумают мотив. Неважно, какой. Приплетут мне эту женщину убитую…
– Ты боишься?
– Да история какая-то слишком уж мутная… Я и сам никак не могу понять, как связана эта убитая с нашим Юркой.
Ей было приятно за это «наш Юрка». Значит, он воспринимает ее брата как члена и своей семьи.
– Я – тоже.
– Она же родная сестра его любовницы, Надя ее, кажется, зовут.
– Да, верно.
– Так, может, твой веселый братец развлекался с обеими сестрами?
– Я не знаю…
– А что бы ты сделала, если бы узнала, что это он ее… того… отравил? Или, если он крутил с двумя, ее могла отравить сестра, Надя! Она-то наверняка знала о его проблеме, о бессоннице, детской травме… Вот и придумала план, как отомстить за предательство. Из ревности просто.
– Хороший мотив, слушай! Я как-то об этом не подумала. На самом деле… Надя и могла все это подстроить!
В дверь снова позвонили.
– Ты кого-нибудь ждешь?
Она хотела ответить ему, что ждала только его, но промолчала. Набросила на голое тело халат и пошла открывать.
На пороге она увидела двух незнакомых мужчин. То, что они сказали ей, оглушило ее, напугало. Она даже не поняла, как рядом с ней оказался Борис.
– Вы что? Какое еще задержание? Какое еще подозрение на убийство? Вы в своем уме! – Борис кричал еще что-то, а она вернулась в спальню, чтобы одеться.
Ну вот, собственно говоря, и все.
– Боря, я никого не убивала, – сказала она ему напоследок. – Это ошибка. Боря, пожалуйста, запри за собой дверь, ключи на полочке, да вот же они!.. Прости…
27.
– Ребров? Ты? Валера, что это за ящики?
Ребров припарковал свою машину возле террасы. Появившаяся на звук автомобиля Наташа в пижаме с недоумением смотрела, как Валерий достает из багажника тяжелые на вид коробки.
– В смысле? – он наконец достал последний картонный ящик, выпрямился и теперь уже сам с удивлением смотрел на Наташу. – Это я не понял. Вечер, а ты в пижаме. Что здесь вообще происходит? Пижамная вечеринка? Но учти, у меня пижамы нет и никогда не было. Так что я останусь в том, что на мне… Наташа, ты так смотришь, словно на самом деле ничего не понимаешь.
– Да я просто спала… Все спали, весь дом спал. После обеда как разбрелись по своим комнатам, так и спят… Только Галина Петровна поехала домой, а все остальные, повторяю, спят. Даже наши няни… Ребров, может, и я, конечно, еще не проснулась окончательно и ты мне снишься, но что-то подсказывает мне, что в коробках… шампанское! У Льдова в кладовке было полно таких же коробок…
– Ну да, конечно, шампанское! Журавлев должен привезти закуски, пирожные, фрукты, мы с ним так договорились.
– А что за праздник-то, никак не пойму?
И вдруг она нахмурилась. Присела за столик и задумалась. Ребров сел рядом.
– Я закурю?
– Кури. Здесь и пепельница имеется. Ребров, это то, что я думаю?
– Не знаю, о чем ты думаешь.
– Ты думаешь, это ты меня разбудил? Нет. Мне где-то полчаса тому назад позвонила Женька и попросила помочь ей собрать ее вещи.
– Чего-чего? – Ребров посмотрел на нее с недоверием. – Это что, снова какая-то шутка? Розыгрыш?
– Да нет же! Какие еще шутки или розыгрыши?! Они разводятся с Борисом. Разве она тебе не сказала?
– Нет, с чего бы?
– Но тогда зачем шампанское?
– Наташа, ты меня пугаешь. А что, когда люди разводятся, то непременно с шампанским, это праздник такой семейный?
– Ну тогда ты мне скажи, что за праздник. И кто попросил тебя привезти шампанское? И с какой стати Журавлеву поручили привезти закуски с фруктами? Я что, прошляпила чей-то день рождения?
– Позвонила Женя, сказала, что есть повод выпить шампанского. Повеселиться. Она так и сказала: «повеселиться». Затем добавила, что дело закрыто, что убийца найден, и удивилась еще, что я не в курсе, что Журавлев забыл мне об этом сообщить. Я сразу же перезвонил Пашке, спросил его, не розыгрыш ли это, и он как-то вяло почему-то сказал, что да, дело закрыто и что расскажет все сегодня вечером. Спросил меня, звонила ли Женя, я сказал, что да.