Анна Дубчак – Комната для трех девушек (страница 11)
Она заплакала. От обиды и бессилия. А если все вокруг считают ее «бездарной подстилкой продюсера»? Бр-р-р…
И как теперь поступить? Сделать вид, что она ничего не видела и не знает про сестер Супониных? Продолжать работать с ними бок о бок? А они, не зная того, что она в курсе их пребывания в вагончике, будут по-прежнему улыбаться ей, заглядывать в глаза в надежде, что она заметит их в очередной раз и похвалит, пообещает содействие в участии следующего сериала?
Лида вышла из вагончика как раз в тот момент, когда над площадкой прозвучало: «Обед!» Это означало, что приехали ребята с обедом, классные такие парни, которые организовали кейтеринг и теперь кормили всю съемочную группу свежей и вкусной едой.
Она, готовая расплакаться в любую минуту, вяло поплелась к навесу под березами, под которым раскинулся длинный стол, сколоченный из досок и покрытый пестрой клеенкой. Контейнеры с едой были уже выложены аккуратными рядами, и участники всей съемочной группы стягивались к навесу. Лида всегда обедала вместе со всеми. Исключение составлял завтрак, который ей собственноручно приносил в вагончик ассистент режиссера, Ваня Кравчук, да ужин, который она обычно делила вместе с Водкиным. У Лиды был хороший аппетит, она вообще любила покушать и так же, как и все, радовалась, когда привозили еду и можно было передохнуть. Но сейчас, увидев, как жадно вскрывают контейнеры и набрасываются на еду Вероника с Катей, как эмоционально разговаривают между собой и остальными членами массовки и актерами, как свободно и непринужденно общаются, считая себя равноправными участниками кинопроцесса, аппетит пропал.
Обе вели себя развязно. Вот оно, правильное определение. Наглые и разухабистые девки, жуют, чавкая, противно смотреть. Размазать бы им по рожам этот салат, пусть умываются помидорами с укропом… Да еще в костюмах остались, в которых снимались, даже не переоделись!
Она целый день сдерживалась, чтобы не наброситься на сестер и не выцарапать им глаза. Однако вечер прошел на удивление более-менее спокойно и даже приятно – ей снова доставили цветы, она уже знала, от кого. Симпатичный молодой парень время от времени крутился возле вагончика, оказывая ей знаки внимания. Цветы, подарки, плед подарил недавно. Но главное – Водкин не пришел, уехал в Москву на день рождения к внучке. Вот это был настоящий подарок в такой трудный день!
В корзине с розами она нашла открытку. «
И она позвонила. Не потому, что было скучно. Это было другое, скорее одиночество и чувство незащищенности. В какой-то момент она поняла, что никого, кроме ее сестры, с которой они были как одно целое, у нее нет. Но сестра далеко, к тому же она никогда не поддерживала решение Лиды стать профессиональной актрисой. Поэтому и жаловаться сестре на свою жизнь, на то, что вынуждена спать с Водкиным, а теперь еще и терпеть рядом с собой настоящих врагинь, не было смысла. Она и без того знала, что ей скажут: бросай ты свое кино и живи, как нормальный человек. А потому она должна была разруливать ситуацию сама. Но для начала ей хотелось почувствовать рядом с собой человека, который ее по-настоящему любит. Вот Виктор. Да он просто голову потерял от любви к ней. Снял жилье где-то неподалеку или вообще спит в своей машине, лишь бы быть рядом с ней, видеть ее. Ловит каждый ее взгляд. Глаз не спускает с ее вагончика. И ведь знает, видел не один раз, как к ней приходил Водкин. Не мальчик, все понимает. Но не уходит же! Терпит. Ждет своего часа.
Она решила сделать себе подарок, потому и позвонила.
Была ночь, все спали, кто-то в трейлерах или в доме, а массовка в больших палатках.
Виктор не отвечал. Тоже спал, наверное. Тогда она позвонила еще раз – то же самое. И когда она решила позвонить в третий раз, то вдруг обнаружила, что перепутала одну цифру в номере его телефона. Что ж, не судьба, решила Лида. Значит, не сегодня.
Заварив себе чаю с ромашкой, она легла спать и быстро заснула.
Утром ей принесли завтрак, она съела кашу, выпила кофе, и начался очередной съемочный день. Водкин, как она позже узнала, не появится еще два дня. Что ж, прекрасно!
Целый день она вынашивала план действий. Когда наступил вечер и она поняла, что затеяла, ей стало страшно. И только после того, как она еще пару раз просмотрела убийственный сюжет с сестрами Супониными и укрепилась в своем решении, поняла, что действовать надо безотлагательно, иначе она перестанет уважать саму себя.
…Она вернулась в вагончик примерно в час ночи. До этого долго сидела в машине, высматривая, все ли тихо вокруг, нет ли кого поблизости, кто мог бы ее увидеть. Но было спокойно. К счастью, и обожателя ее в этот вечер не было. Да и не опасен он был. Он пока что чужой, посторонний.
То, что она пригласила сестер на чашку чая с пирожными, ни у кого бы не вызвало подозрения. К тому же она подгадала такой момент, когда вся съемочная группа собралась за ужином, а когда ужин уже подходил к концу, она сама лично принесла им две бутылки шампанского, сказала, что у нее родился племянник (придумала заранее, зная, что никто проверять не станет). И уже уходя, шепнула на ухо Веронике, чтобы они с сестрой зашли в вагончик, что она угостит их пирожными. Она и прежде оказывала им знаки внимания, ей на самом деле хотелось их как-то приободрить, сделать для них что-то хорошее, расположить их к себе. Причем этот скромный акт благотворительности она оказывала и другим девушкам из массовки. Возможно, таким образом ей хотелось вызвать любовь к себе и уважение.
Стыдилась этого, но все равно делала. Быть может, именно поэтому то видео вызвало у нее такой приступ ярости.
Пока компания пила шампанское, кто-то взял гитару и начал петь… Словом, началось веселье. Такое бывает, когда площадку покидают одновременно и режиссер и продюсер, что и случилось в тот вечер. Несколько актрис отправились в трейлер играть в карты, кто-то принес алкоголь, застолье продолжилось.
…Лида заперлась, достала бутылку коньяка, налила и выпила полстакана залпом. Она дрожала так, что слышала стук собственных зубов. Неужели она это сделала?..
Напоив девчонок чаем с пирожными, она угостила их красным вином, в которое подмешала приготовленное заранее снотворное, гигантскую дозу, а когда их сморило (к счастью, уже смеркалось, и никто не мог увидеть расположенный за дачей вагончик), надела перчатки, выключила их телефоны, уложила их обеих на свою кровать и задернула занавеску, чтобы если кто-то заявится к ней, то не увидел их. И после этого приняла таблетку от тошноты, которая так и подкатывала к горлу, и вернулась к навесу, где продолжали бражничать коллеги. Вот сейчас ей нужно сделать так, чтобы все ее заметили и запомнили. Отвлечь людей шампанским не получилось, все ее личные запасы закончились, однако на Лидии была приметная большая белая шаль. Но, как потом выяснилось, и без шали ее запомнили бы все без исключения. Потому что на сцене появились двое мужчин, которым она уж точно была не рада и присутствие которых чуть ли не довело ее до истерики! Адвокат и следователь. И приехали ведь по их душу! Искали сестер Супониных! Мысль о том, что девицы вдруг возьмут и проснутся, что все увидят, где они спали, привела ее в ужас. Но потом она успокоилась. Да что в этом особенного-то? Ну, пригласила она к себе девчонок, выпили винца, да они уснули. Теперь вот проснулись… Но нет, никто не проснулся и не появился. Адвокат упорствовал, пытался выяснить, где они, когда и кто видел их в последний раз. Дотошным оказался и следователь, высокий такой красивый парень по фамилии Ребров. Компания, которую потревожили эти двое, продолжала подливать себе водочки. Словом, никакой трагедии во всем происходящем никто не почувствовал, разве что Лида сходила с ума от страха. Но спустя время и убедившись в том, что Супониных в деревне нет, что они скорее всего уехали в Москву на такси, поскольку машина Вероники стояла на парковке, эти двое уехали, и над площадкой снова зазвучали песни, смех…
Распрощавшись со всеми и пожелав спокойной ночи, Лида вернулась в вагончик (сестры крепко спали), подогнала машину к двери вагончика, с трудом перенесла спящих в машину и отправилась, как и планировала, в Водыкино. Вытащила их из машины уже при свете луны и уложила прямо на остывающую землю, на сухую траву…
Да, вот так, голубушки. Полежите немного на пустыре. Придите в себя и подумайте хорошенько, что же это вы такого натворили, что с вами так поступили. Помучайтесь. Напугайтесь до смерти. А когда проснетесь, возвращайтесь, а я посмотрю на вас. Нет, это мы все посмотрим на вас.
Подумала ли она о том, что будет потом, когда они вернутся? Подумала. Может, вспомнят, как пили чай у нее в вагончике. Ну и что? Как они докажут, что это она опоила их снотворным? Да кто им поверит? Все же видели, что Лида вместе со всеми ночью сидела за общим столом, к тому же вспомнят адвоката с Ребровым, которые приезжали по их душу, разыскивали их… Все сразу поймут, что вляпались девушки в нехорошую историю, что напились в дурной компании…
А если девушки умные, так и вовсе не вернутся. Может, догадаются, кто их увез, и не сунутся больше в Переделкино.