Анна Дашевская – Только бы зеркало уцелело (страница 5)

– Вот, возьмите, – на стол между Авгурионом и Михаилом лег… предмет.

Я даже не знаю, как это можно было бы назвать: вырезанное из какого-то очень твёрдого дерева человеческое ухо в натуральную величину, и такой же рот. Эти детали были связаны обыкновенной верёвочкой, бечёвкой, какой я связываю кусок мяса перед запеканием в духовке, и на бечёвке висела дощечка со значками.

– Это что? – дотрагиваться до этой мечты расчленителя Миша не спешил.

– Амулет для связи. Да берите же, – сказал Авгурион нетерпеливо. – Чтобы связаться с одним из членов совета, достаточно коснуться его цифры, моя – четыре. Сделано по аналогии с вашими айфонами, только контактов пока очень мало можно внести. Но наши инженеры и артефакторы над этим работают.

Словечко «апартаменты», вызвавшее у меня недоверчивое хмыканье, оказалось тем не менее чистой правдой. Это и в самом деле были апартаменты из четырёх с половиной комнат – двух спален, гостиной, кабинета и небольшой гардеробной. Нас привёл сюда молчаливый человек в раззолоченном сверх всякой меры камзоле, распахнул дверь, поклонился и исчез. Впрочем, пытаться разговорить его нам было некогда, налетел вихрь возгласов и поцелуев. Как обычно в таких случаях, мне показалось, что у нас не двое детей, а восемь или шестнадцать. Катя тормошила нас и восторженно пищала, Макс что-то басил, вторя ей…

Наконец все успокоились, и дочь потащила нас показывать место временного житья.

– Смотри, класс какой! – восклицала она. – Гардеробная, м-м-м! Давай дома такую устроим? Вот эта спальня для нас с Максом, конечно, лучше бы две отдельных, но мы привыкли в гостиницах, не подерёмся, не думай! Устроено очень правильно, да?

Устроено и в самом деле было разумно: комната была угловой и имела форму буквы «Г» – или латинского «L», кому что нравится. В короткой стороне буквы располагалось одной спальное место, в длинной – второе; здесь же, в длинной «ноге», был журнальный столик с двумя креслами, комод, узкий и высокий книжный шкаф и камин.

– Камин не разжигать, – тут же сказала я.

– Ну ма-ам, – заныла Катя. – А если я замёрзну? Я, может, уже замёрзла…

– Наденешь тёплую пижаму, – отрезал Михаил. – Знаю я вас, разожжёте огонь и завалитесь спать. Уголёк стрельнул и привет, спалили королевский дворец.

– Тут, вообще-то, стоит магическая защита от пожаров, потопов, несанкционированного вскрытия комнат и чего-то ещё, – с долей презрения сообщил сын. – Нас привёл не кто-нибудь, а дворецкий, мы его подробно расспросили.

– А ты отличаешь дворецкого от всех остальных? – спросил Миша с подозрением.

– Конечно. Чем больше золота на ливрее, тем ниже ранг слуги, вас привёл вообще младший лакей. А дворецкий носит тёмно-коричневый костюм с единственной золотой дубовой веткой на правом обшлаге.

– Очень интересно… А что ещё вы выяснили? – счастливый отец продолжал расспросы.

Ну вот. А потом, когда мы останемся одни, он будет спрашивать уже у меня, как это так получилось, что дети такие взрослые…

– Ну-у… Мы выяснили, что у короля есть жена, её полагается называть домина, а детей пока нет. Но будут, просто они совсем недавно поженились, он и королём-то стал всего года три назад. И, кстати, это вовсе не сам дворец, – Макс обвёл рукой всё вокруг. Это флигель, который с дворцом соединяется потайным переходом, и закрыт этот переход магическим замком. У них тут вообще во многих случаях применяется магия в тех местах, где у нас бы запихали технологии и углеводородами заполировали. Никаких вонючих двигателей внутреннего сгорания, никакого пластика, который разлагается миллион лет и засоряет всё, что можно и нельзя. Мне нравится.

– Мне тоже, – поддержала его дочь, и подняла на меня такой до невозможности ясный взор, что сердце моё ухнуло в пятки.

Стало понятно, что нас с Мишей ждут тяжёлые времена.

– Ладно, – ответила я деловым тоном. – Показывайте, что тут есть ещё. Потом я бы хотела выпить кофе и поговорить с папой о деле, надеюсь, как попросить принести еду, вы узнали?

– Разумеется, – ответила дочь светским тоном. – Прошу следовать за мной. Здесь ваша спальня, отделана в зелёных тонах, и балдахин над кроватью.

– У тебя тоже балдахин, – хмыкнул её любящий братец.

– Это занавеска, – парировала она. – Тут кабинет. Ну, а через гостиную вы входили. Так что, кофе?

– Хотелось бы.

В гостиной Катя подошла к толстому витому шнуру приглушённого бордового цвета, и дёрнула за него дважды. Не прошло и пары секунд, как в дверь постучали. Там стоял всё тот же раззолоченный лакей, которому она и сказала:

– Пожалуйста, сервируйте кофе на четверых, и сладостей к нему подайте.

Всё так же молча лакей поклонился и исчез.

– Такие же шнуры есть во всех комнатах, – откомментировал Макс. – Один раз дёрнуть – горничная, чтобы убрать или подать, например, ещё одно полотенце, или сделать вечернюю причёску. Дважды – лакей с едой или выпивкой, он же принесёт бумагу и перо или заберёт в чистку одежду и обувь. Трижды – рассыльный.

– То есть, вы всё вызнали? – Михаил устроился в кресле, откинулся на спинку и наблюдал за всем вокруг из-под полуприкрытых век.

Эту позу я знала: он обдумывает план расследования.

– Не всё, а то, что необходимо.

Разговор прервался: лакей прикатил тележку с кофейником, чашками, сливочником, блюдом с булочками и ещё какими-то яствами. Мы дождались, пока он расставит всё на столике и удалится, и Катя разлила кофе по чашкам. Пахло хорошо. Даже очень хорошо. Михаил пригубил напиток и удивлённо хмыкнул.

– Давненько я такого не пил!

Катя выпила свою чашку в два глотка, поставила её на блюдце, потом сложила руки на коленях, посмотрела на нас с отцом и сказала:

– А теперь рассказывайте.

Мы с Мишей переглянулись, но слово взял заметивший наши переглядки сын.

– Похоже, требуются пояснения. Дорогие родители, выпихнуть нас из расследования не удастся. Это не в Москве, где большую часть дня мы с Катериной проводим в школе, и с вами встречаемся только вечером. Вокруг другой мир, и надо понимать, что друг на друга мы замкнуты довольно сильно.

– А ещё – без нас вы не справитесь, – добавила дочь, ставшая вдруг серьёзной и какой-то взрослой. – Потому что мы уже знаем об этом мире куда больше, чем вы. На нас меньше обращают внимание, с нами меньше цацкаются, мы больше видим того, что хотят скрыть.

– Вот это-то нас и пугает, – отреагировал Миша. – Потому что никакой ум и никакие таланты не спасут, если тебя попросту стукнут по голове тяжёлым предметом.

– Мы вдвоём, а значит, со спины к нам никто не подойдёт. Итак, мы в деле, поэтому рассказывайте подробности.

Ладно, подробности так подробности, я начала излагать, муж пару раз дополнил. Уложились мы в пять минут. Дослушав, Макс подумал несколько мгновений, после чего спросил:

– Чем в совете занимался этот самый Галлиус?

– Погоди минутку, у нас есть список с должностями, – ответил Миша. – Вот… Ага, образование, культура и информация.

– То есть, и обучать, и петь, и врать на государственной уровне – всё он? Круто. Но не уверен, что убийство растёт именно отсюда, слишком уж оно было срочным.

– Пожалуй, – согласилась я. – Можно было подождать, пока бедняга хотя бы в город выйдет, там подозреваемых было бы не девять, а девятьсот, или девять тысяч.

– Ну, не факт – может, советники не встречаются вне стен королевского дворца? – возразил Михаил. – Внутренние отношения между ними тоже надо учитывать.

– Спросим у Авгуриона.

– Хорошо, тогда пишем список вопросов.

После ожесточённых споров вопросы были сформулированы так:

«Кто с кем дружит и враждует, и в чём причина?

Какие срочные решения должен был принять совет?

Какие законопроекты готовил Галлиус?

У кого из советников были с собой помощники, секретари, любые люди, имеющие отношение к документам?

Что можно сказать об орудии убийства?

Кто является наследником мессере Галлиуса?

Кто получит его место в совете, и вообще, каким образом становятся членами совета?

Кто из членов совета имеет медицинское образование?»

Глава 3

Мессере Авгурион читал вопросы, и брови его, казалось, стремились скрыться под волосами. Наконец, он отложил листок и уставился на меня, потом перевёл взгляд на Михаила.

– Это вы серьёзно?

– Более чем. Сами посудите, как найти убийцу, не зная причин преступления?

– Но… Только ответ на первый вопрос займёт всё время до вечера! Нужно же учитывать не только личные связи, но и семейные, в том числе исторические, и деловые.

Муж мой усмехнулся.

– Мессере, мы все знаем, что мир многоцветен и разнообразен. Но иногда бывает полезно подойти к нему с детскими мерками: хорошее – плохое, чёрное – белое, понимаете? Давайте, вы попробуете просто пройти по списку и сказать: вот мессере Бальдрус был лучшим другом покойного, а с мессере Астарной враждовали семьями. Как-то так, понимаете.

– Ну-у… Хорошо, я попробую. Но, с вашего позволения, начну всё-таки с другого. Во-первых, о помощниках. Как я уже говорил, помощники или секретари вполне могут сопровождать своих патронов. Мало ли, понадобится срочно что-то рассчитать, составить документ или написать письмо. Пока идёт заседание, они ожидают в отдельном зале. Вчера помощники сопровождали покойного Галлиуса, мессера Астарну, мессере Сальвия и меня. Они точно так же, как и члены совета, размещены в этом здании. Во-вторых, Астарна вместе с помощником начали вскрытие, результаты будут через часа полтора. Кинжал они извлекли, и… ваш вопрос оказался правомерен, орудие убийства необычное. Более чем необычное!