Анна Дашевская – Пробел в биографии (страница 17)

Он потёр нос.

– Пока ничего не скрыл, просто не стал говорить при посторонних. Я ж не знаю, насколько ты доверяешь этой даме.

– Процентов на восемьдесят, – подумав, ответила коммандер.

– Вот именно. Не на сто! Поэтому я не стал говорить, что в последнее время заказов на амулет Бейнбриджа у нас стало существенно меньше.

– Кто-то перебежал дорогу? Или вы неосторожно заложили слишком долгий срок службы?

– Смотришь в корень, – бледно улыбнулся Хорус. – Срок службы мы заложили нормальный, гарантия на двадцать лет, даже первые из выпущенных стимуляторов пока не требуют замены. Но… пару недель назад нам вернули два экземпляра стимулятора с рекламацией.

– И?

– И это не наше производство.

Лавиния присвистнула.

– Полная копия или левая разработка?

– Полная копия, но, ты ж сама понимаешь, у нас там заложены некоторые… секреты. А в тех двух экземплярах этих секретных тонкостей нету.

– И ты подозреваешь, что убить моего человека могли с помощью такого левого амулета?

– Подозреваю. После нашего утреннего разговора я велел поднять все сведения по заказчикам, и там нет никого… подозрительного. Крупные медицинские центры, госпитали, серьёзные именитые врачи – понимаешь, это ж дорогая штука, стимулятор, и учёт ведётся строгий, не только бухгалтерский, но и магический. Если бы где-то амулет украли, вора бы уже нашли и за ушко на солнышко вывесили.

– Ну, тут я бы с тобой поспорила. Ты идеализируешь разумных существ, в любой конторе непременно найдётся раззява, считающий ворон вместо подотчётного оборудования, или некрупный жулик, это оборудование по мелочи тырящий.

– По мелочи! – Хорус поднял палец. – А это уже не мелочь, это несколько тысяч дукатов. И строгая отчётность. Так что я полагаю, фатальный амулет должен быть из числа подделок.

– Теория интересная, – откинувшись в кресле, Лавиния прикрыла глаза. – Очень интересная теория. И куда ведёт дорожка?

– Ха! Как ты думаешь, легко ли определить место производства такой подделки?

– Хорус, не надо. Я знаю, что ты с закрытыми глазами не только место назовёшь, но и школу артефактора.

– Ладно. Вот именно, школу! Так вот, копировщик неплох, хотя, конечно, и не так хорош, как мои ученики…

– Хорус!

– Ладно-ладно! Так вот, это Массалия. У них была весьма неплохая школа артефакторики, пока там в университете преподавал Скомег Кекспин, и некоторые его… штучки я опознаю сразу.

– Массалия! – задумчиво проговорила Лавиния. – Очень интересно. И что случилось с этим твоим… Кекспином? Умер?

– Здоровёхонек! Поссорился с ректором, бросил всё посреди учебного года и уехал в Новый свет, года два назад. Недавно письмо мне прислал, просится сюда, готов работать простым мастером. Впрочем, характер у него даже хуже моего, так что, полагаю, он и в Нувель-Орлеане не зацепился поэтому.

– А после него что стало с кафедрой артефакторики?

Мастер Впн Дер Гакль пожал плечами.

– Кого-то там они назначили, совсем неинтересного. Довели до выпуска последний курс и временно закрыли эту специальность.

– Ага… То есть, получается такая картинка: этот некто, занявший место Кекспина, понимал, что не тянет на настоящего мастера, и украл несколько интересных разработок. Вы ж им давали не только образцы, но и раскладку по материалам, заклинаниям и технологии?

– Ну, не полную… – Хорус погладил бороду.

– А полная студентам и не нужна, – отмахнулась Лавиния. – Наш некто остался без места и решил зарабатывать продажей краденого. Одно из его произведений попало в руки тому, кто хотел избавиться от Тезье…

– Может быть и ещё один вариант, – перебил её мастер. – Далеко ли от Массалии до этой дыры, где у тебя поместье?

– Рукой подать, дорогой мой, – коммандер вздохнула. – Просто-таки рукой подать. Скажи, а что ты собирался ответить Кекспину?

– Вообще говоря, я бы его, конечно, послал далеко и надолго. Не нужен мне такой характер в сплочённом коллективе.

– Но?…

– Но в сложившейся ситуации… Может, и полезно будет встряхнуть моих ребятишек, застоялись они, комфортно им. Короче, чего ты хочешь от меня? Кекспин писал, что он уже в Дойчланде и готов в любую минуту перейти сюда, даже личный портал истратит.

– Вот и пусть истратит, больше будет ценить. А когда перейдёт, я его расспрошу. Не хочется мне раньше времени запрашивать университет, что там у них с кафедрой артефакторики, ни к чему мутить это болото. Да и некого там сейчас искать, июнь, все разъехались небось… Ладно, где там моя дама? Время к вечеру, надо место для ночёвки найти.

– На втором этаже твоя дама, – проворчал Хорус. – Как я понимаю, выедает мозги из Снуррстона чайной ложечкой.

Мадам Бертело и в самом деле сидела в небольшой комнатке на втором этаже, обложившись документами. Она подняла на госпожу Редфилд затуманенный взор и сказала:

– Мне нужно ещё примерно полчаса, чтобы досмотреть отчёты, и минут двадцать, чтобы записать всё, что я по этому поводу сформулировала.

Лавиния посмотрела на мастера Ван Дер Гакля, тот кивнул.

– Мы, в принципе, не поощряем работу сверх нормы, но сегодня особый случай. Сейчас без десяти пять, в шесть часов я отпущу Рольфа.

Не отрываясь от бумаг, София кивнула.

Следом за Хорусом коммандер вышла в коридор и спросила:

– Слушай, а у вас есть какие-то квартиры для приезжающих артефакторов?

– Всё занято, – покачал головой тот. – Праздник же, родился наследник. Кстати, и в отелях, боюсь, мест не будет.

– Прямо хоть иди в королевский дворец и проси отвести комнатку… – Лавиния прикусила ноготь.

Проблема вырисовывалась серьёзная: она предполагала остаться на ночь в Христиании, закончить здесь все дела с Гильдией и прояснить для себя медицинскую сторону проблемы. А теперь придётся возвращаться в Жансон, второй за день портал… Как это ещё скажется на мадам Бертело, женщине не самого крепкого здоровья?

– Вообще-то у меня в доме найдётся свободная комнатка… – сказал Ван Дер Гакль, вдоволь налюбовавшись нахмуренным лбом госпожи Редфилд. – Даже две найдём.

– И жена твоя будет нас опять кормить на убой?

– Ну и будет, не лопнешь. Зато она потихоньку посмотрит твою мадам Бертело, ты ж знаешь, моя Милли – отличный целитель. А уж дальше понятно будет, можно ли там что-то сделать. Я правильно понимаю, ты хотела её показать магам-медикам?

– Правильно…

– Госпожа коммандер, я прошу вас и вашу спутницу быть моими гостями сегодня и далее, сколько вам потребуется, – гном церемонно склонил голову. – Мой дом открыт для вас, пока вы того желаете.

– Благодарю, мастер.

После ужина Милли – она же почтенная госпожа Миллисента Ван Дер Гакль, супруга мастера – пригласила Софию смотреть свой зимний сад с лекарственными растениями. Сам же мастер увёл Лавинию в кабинет, заговорщически подмигнув, разлил по хрустальным стаканам коричнево-золотой порто и вытащил из кармана трубку. В молчании они курили. На Христианию временно опустилась тишина, портвейн был хорош, и после суматошного, чрезвычайного длинного дня госпожа Редфилд позволила себе расслабиться. Наконец табак догорел, она отложила трубку остывать и вытащила из пространственного кармана записки Софии, две странички, исписанные округлым чётким почерком.

Хорус глядел, как по мере прочтения брови Лавинии поднимаются всё выше, и его грызло любопытство: что же там такое написано? Что могла написать эта самая не слишком здоровая выгоревшая магичка? Дочитав, коммандер поглядела на друга и хмыкнула:

– У тебя, почтенный, даже нос вытянулся, так хочется заглянуть в этот отчёт.

– Ну, хочется, – буркнул мастер. – Наша же работа, как можно не волноваться?

– На, читай, потом обсудим. Неожиданно, весьма неожиданно…

Она собралась было снова закурить, но тут в открытое окно влетел магвестник и упал ей в руки. Отложив трубку, Лавиния развернула листок и снова углубилась в чтение. Письмо было от Равашаля.

«Такое впечатление, что в отпуске ты работаешь больше, чем в обычные дни, – писал глава службы магбезопасности. – И ладно бы, сама работаешь, ты и меня пытаешься припахать! Итак, по твоим вопросам.

Случаи использования медицинских амулетов в преступных целях мне неизвестны, и в архиве таковых нет. Разумеется, до нас могло и не дойти, но, как ты догадываешься, это вряд ли. Досье на Свенгорда Нильсена имеется и у нас, и у следственного отдела городской стражи, две папки, каждая толщиной в ладонь. Приедешь и посмотришь, некому сейчас делать для тебя краткую выжимку. Ну, и насчёт третьего вопроса – нет. Честно говоря, я был удивлён, что городская стража вообще есть в той дыре, куда занесли тебя Абеона и Адиона[7]). А уж сведений о частной жизни этой самой стражи у нас и быть не может, ищи сама. Я тебя знаю, ты найдёшь. Ж.-К.Р.»

– Н-да, толку от этого было немного, но ладно, – покачала головой коммандер. – Прорвёмся.

Подумав ещё немного, она достала коммуникатор и вызвала Марджори. Та была в своей спальне, и даже уже легла, так что Лавиния с удовольствием полюбовалась на чепчик с кружевной оборкой, служивший для убережения причёски, и подумала, что ей самой надо бы подстричься, волосы отросли.

– По местной страже новости есть?

– Кое-какие есть, – улыбнулась секретарша. – Появишься – расскажу. Под щитом от прослушки.

– Вот как? Интересно… А я тебя хотела отправить в Лютецию, к Равашалю, читать досье.