Анна Чайка – Пари с судьбой 2 (страница 31)
Но я непонимающе посмотрела в ее сторону.
- Не переигрываешь!? Эко ж тебя приложило! – добавила Владычица. – Эдуардо, напомни мне пожалуйста, чтобы я никогда не претендовала на мужчин своей названной сестры.
- Хорошо, госпожа! – тут же почтительно поклонился Первый муж. Как это выходило у него итак стоя на коленях, ума не приложу.
- Софи, неужели ты наконец-то ревнуешь? – чему-то радовался Гэлбрейт, рисуясь перед очередной дамочкой.
- Чуши не мели! Дома поговорим! – рявкнула я так, что очередная дамочка поспешила прочь. – И перестань рисоваться, или я сама тебя сейчас придушу!
- Все что прикажет моя госпожа! – буквально промурлыкал оборотень.
Ответить я не успела, к возвышению подошла семейка Гутиэррос. Мать и дочь.
За собой они вели настоящего нага в полуобороте. Его белоснежный хвост живописно скользил по паркету. Торс был щедро обмазан блестящим маслом, намного более вонючим, чем воспользовались Мануэль с Луишем. Лицо молодого нага скрывал водопад белоснежных волос.
И лишь цепочка, обманчиво тоненькая, тянулась от него к Мануэлле, что время от времени специально дергала за нее, заставляя мужчину горбиться.
Живописную группу замыкала еще одна девушка, имеющая с Мануэллой и ее матерью отдаленное сходство. В отличие от них она была в брюках.
Подойдя к возвышению они, как и положено стали на одно колено, при этом доченька так дернула за цепь, что бедного нага приложило лбом к полу, хотя он и так собирался склониться перед Владычицей.
- О, Великая Мать дроу! Пусть будут благословенны дни твои и твоего Дома! – торжественно начала Фелиссия Риос Гутиэррос.
- И тебе мое благословение, Фелиссия! Как прошла твоя поездка?
- Спасибо, Владычица…
Еще минут пять ушло на некому не нужные дежурные фразы. Лишь после этого Фелиссия подошла к сути своей просьбы.
- Владычица, сегодня, как Вашему Величеству уже известно, произошло недоразумение. Мы немного недопоняли друг друга с Вашей названной сестрой – достопочтимой Сафиной Морэли Рамсей. Мой Дом в моем лице и лице моей дочери приносит вашему Дому искренние извинения. И по Древнем законам наших предков преподносит дар, как символ нашего искреннего раскаяния.
С этими словами Мануэлла толкнула нага носком сапога, и парень пополз вперед, так и не поднимая головы с пола. Пока не уперся в первую ступеньку.
- Щедрый дар! – констатировала Риара, внимательно оглядывая склоненную спину молодого нага. – Насколько я понимаю, это прошлогодний выпускник Ассунсана?
- Да, Владычица! – Фелиссия низко склонила голову. – Это лучший наложник моего гарема.
- Фелиссия, ты хотела оскорбить мою сестру?
- Никак нет, Ваше Величество! – плечи Матери Пятого Дома заметно затряслись.
- Значит ты хотела оскорбить меня, присылая в дар моему дому использованного раба? – голос Риары приобрел зловещие нотки, раздаваясь теперь в полнейшей тишине. Сама Мать дроу стала медленно спускаться с возвышения
- Помилуй, Владычица! – Фелиссия тут же растянулась на полу, привлекая за собой и дочь. Лишь Консепсьон продолжала, как ни в чем не бывало, стоять на одном колене. – Мой дом не приобретал в этом году выпускников Ассунсана, а этот лучший. Обученный всему. Мы с Мануэллой приложили немало сил, чтобы сделать его особо ручным, поверьте Ваша Величество!
После этого я с особой жалостью стала смотреть на распростертого и не смеющего даже шевельнуться нага.
- Так моя сестра, по-твоему, должна довольствоваться огрызками твоей постели, Фелиссия? – Владычица пнула, доползшую до ее ног женщину. Увести, обоих! – камнем в тишине упал приказ Владычицы.
И тут же из толпы вышли четверо амазонок, подхватив сопротивляющихся мать и дочь они потащили их прочь из тронного зала. В тишине долго были слышны их крики о помиловании.
- Консепсьон! - обратилась Риара к стоящей на согнутом колене девушке.
- Да, Ваше Величество! Маррай! – тут же ударила себя в грудь девушка.
- Отныне ты - Мать Пятого Дома!
- Маррай! – Консепсьон повторила свой жест, склонившись еще ниже. – Я буду служить Вашему Величеству верой и правдой!
- Я в тебе не сомневаюсь, Консепсьон! – на лице Риары скользнула то ли улыбка, то ли усмешка. - Но клятву на крови никто не отменял.
- Да, Владычица! – тут же ответила девушка, доставая ритуальный клинок. Спустя секунду на пол уже падали алые капли, а Консепсьон произносила слова древней клятвы.
- Да будет так! – закончила за девушку Риара. – Я принимаю твою клятву!
Пятно крови на полу тут же вспыхнуло алым пламенем
- Как и Пресветлая! – добавила Мать дроу.
А на плече Консепсьон засверкала новая метка.
- Маррай! – вновь произнесла девушка.
- Встань, Консепсьон – Мать Пятого Дома! – приказала Риара. – Приветствуем Мать Пятого Дома! – обратилась она к подданным
Зал вновь взорвался овациями. Правда, не все они были искренними, как по мне. Но это уже не мое дело, это их внутренняя кухня. И главному повару на ней виднее.
- Но я не могу оставить твой Дом безнаказанным, Консепсьон. Никто этого не поймет. – добавила Владычица, после того как шквал рукоплесканий пошел на спад.
Я посмотрела в толпу. Да, действительно не поймут. Они с таким трепетом ожидали наказания. Что становилось тошно!
Но Консепсьон лишь благородно поклонилась:
- Да, Владычица!
- И тяжесть наказания за деяние твоей предшественницы падет на твои плечи.
- Да, Владычица!
- К завтрашнему дню, Пятый Дом, должен оплатить Четвертому Дому нанесенное оскорбление. В качестве дара Прощения я, Мать Четвертого Дома, согласна принять десять девственников брачного возраста. Или же пять мер золота за каждого недостающего!
- Да, Владычица! – Консепсьон аж посветлела лицом, после озвученного размера откупного. Видать не верила, что так легко отделается. Или не легко?
По лицам других я видела, что наказание не такое уж легкое. Потому, что по залу пробежал шепоток «Справедливо!».
- А что делать с ним? – спросила Консепсьон у Матери дроу.
- А он уже принадлежит моей сестре. – подняла бровь Риара.
- Да, Владычица! – тут же отступила Консепсьон.
- Что ж, Бал на этом считается официально закрытым! – объявила Мать дроу. И вереница женщин потянулась к Парадным дверям, перешептываясь и обсуждая увиденное.
- А зачем тебе столько девственников? – спросила я у Риары, когда остальные отошли уже достаточно далеко от возвышения. А мы все еще продолжали оставаться в зале. 19de706
- А что еще можно взять с них! – бросила Владычица. - Гаремные игрушки – единственное, что у них еще осталось. К тому же Фелиссия действительно умудрилась поставить продажу своих мужчин, так сказать, на поток. И почему только мне? Половина по праву принадлежит тебе.
- Не-а, мне не надо! – тут же отмахнулась я.
- Ты можешь ими не пользоваться! – пожала она плечами. – Но быть у тебя они обязаны! Таков твой статус! Так что, давай, забирай вот этого вот тоже. И вперед. Я выделила Вам целое крыло во дворце, если что.
- Спасибо! Но я хотела бы вернуться в монастырь! Там Костик и Эванс.
- Дело твое! Но с утра ты должна осмотреть свои покои. – добавила Риара. – Пригодится. А ты наложи заклинания! – это она уже Анхелю. – А теперь и в самом деле пора, что-то устала я сегодня!
И больше ни слова не говоря и не оборачиваясь, Риара легкой походкой двинулась к противоположным от Парадных дверям, по пути перешагнув через хвост нага. Амазонки, которые дожидались чуть в стороне тут же двинулись за ней, как и ее мужья.
Лишь я осталась вместе со своей «свитой» и все еще распростертым на полу нагом.
- Ну и что мне с тобой делать? – спросила я. Но наг даже не шелохнулась. – Ей! – я присела, чтобы потрясти парня по плечу. – Ты встань что ли, а то как-то разговаривать неудобно!
Глава 18.
- Как тебя зовут-то, сокровище белоснежное? – спросила у парнишки. Ну не воспринимала я его как мужчину – мальчишка мальчишкой. Такой же, как Мануэль и Луиш – еще с пубертатного периода не вылез.
- Отавиу, госпожа! – на меня взглянули самые прекрасные васильковые глаза. Да у парня от девок отбоя не будет! Только боюсь не здесь.
- Ну и что мне с тобой делать, Отавиу? – спросила я, скорее себя.