Анна Бруша – Среди туманов и снов (страница 61)
– То же, что и все остальные, – резко ответила я. – Все хотят от меня одного.
– Мы завтра пойдем к Захарии, – отрезал Корин.
– Да? – удивилась я. – И что мы ему скажем?
– То, что ты навещала.
Сэм недовольно поджала губы.
– Это плохая идея! – тихо сказала она. – Мальта не сказала ничего ценного. Нужно попробовать еще раз. Повторим круг завтра ночью?
– Мы это уже обсуждали. Нет у нас времени. Если он хотел увидеть лабораторию, то она ее увидела.
– Послушай, Кор, лабораторий на свете много. Кто поручится, что она видела ту самую?
Они говорили так, как будто меня не было рядом. Моего мнения не спрашивали. Внутренне я была согласна с Сэм. Когда Захария услышит про лабораторию, то назовет это видение «молоком». Таким его не задобришь.
Почему я не подумала о том, чтобы подсмотреть за королевой или верховным магом. Да, что угодно было бы значительнее увиденного.
Корин не сдавался:
– Далеко не во всех есть приметный витраж: плачущее солнце, пронзенное пикой.
Я отстраненно слушала, как они переругиваются. А ведь Корин боится, поняла я. Грубоватая уверенность – лишь маска, под которой скрыт страх. Этот сильный парень, искусный в боевой магии, ничем не лучше меня. Мы с ним похожи. Я тоже боюсь. И тоже хочу вырваться из Пепельных Башен. Я не понимаю, как устроена магия, а Корин опасается моих видений. Они для него хуже тролльих туманов – непонятные и зыбкие.
– Я буду говорить, а ты будешь кивать. Поняла? И только попробуй мне помешать, Мальта. – почти прорычал Корин.
Похоже, он уже все решил. Спорить бесполезно.
– Да. Я поняла.
Корин с Самантой отправились в дормиторий, а я замешкалась.
– Ты идешь? – целительница обернулась.
– Сейчас. Хочу немного посидеть.
Сна не было ни в одном глазу. Я чувствовала, что сила, влитая в меня, не пропала впустую. Просто главное видение настигло меня наедине с Калебом. Я узнала мага на коне.
Прошлое видение с ним случилось во время нашего посещения лагеря вещательниц. Тогда я разрыдалась, смущенная кратким и, как мне казалось, бессмысленным «обрывком», возникшим перед глазами в самый неподходящий момент.
Чванливый, упивающийся своей властью маг хотел спровоцировать бывших рыцарей рукава на привале. Жаль, никто не произнес его имени. «Хорек нетравленный» – так о нем отзывались. Рыцари были возмущены его обращением с полутроллями. Галард даже хотел проучить выскочку, но другие уговорили его не связываться. «Хорек» и рыцари должны были разойтись в городишке под названием Брегунд.
И вот сегодня то видение получило продолжение. В окрестностях этого самого Брегунда на магов, гонящих пленников, напала женщина. Ведьма. Она освободила полутроллей от цепей и раздала им оружие. Чем закончилась стычка, я пока не знаю.
Но, возможно, скоро увижу.
До этого все мои видения имели продолжение.
Я сразу же подумала о Бьянке. Она проделала долгий путь: убегала от магов, скрывалась от троллей…
И тут – словно яркая вспышка – мысль: каждое событие имеет свое начало и последствия, как брошенный в озеро камень вызывает всплеск, а потом по воде далеко-далеко разбегаются круги.
Таким «камнем» был король Этельред. Все началось с его смерти. Нет, не так! Все началось с поездки в завоеванный замок, где он со своими доверенными рыцарями предавался безудержному распутству. Рыцари – первый круг. Двое из них потеряли головы, так велико было горе королевы.
Она не смогла смириться со смертью сына… и Бальтазар Тосса воспользовался ситуацией, вовлек ее величество в свои интриги, укрепив положение магов во всей Миравингии. А скоро верховный маг прибудет в Пепельные Башни собственной персоной.
Мои мысли снова вернулись к покойному королю. Я видела ту, из-за которой он погиб. Ория. Королева ведьм в белом замке. Ей покровительствует сам троллий король, которому служит колдун с черными, как ночь, глазами и кольцом с горящей руной. Именно ему я передала послание от Люка, и мой друг смог сбежать. На мне ответственность за то, что из Пепельных Башен исчезли туманы, Алиса едва не умерла, а в туманном саду повесили неизвестного полутролля, чтобы скрыть побег Люка.
Связи, тонкие и неочевидные, на первый взгляд, пронизывают жизни самых разных людей и нелюдей. И в центре всего этого мертвый король и я… очевидец.
Я глубоко вздохнула, пораженная внезапным открытием.
Жаль, что нет возможности все это записать. Хотя было бы крайне неосмотрительно доверить бумаге подобные мысли.
Я прикрыла глаза, вспоминая тех, кто еще являлись мне в видениях.
– Не спится, Мальта? Терзают тяжелые мысли?
Неохотно я вынырнула из воспоминаний. Рядом со мной села госпожа Нокс. Старая ведьма достала трубку, обстоятельно набила ее табаком и со вкусом закурила, выпуская вонючие колечки дыма.
Свежий ночной воздух сразу загустел.
– Нет, – ровным голосом ответила я. – Ничего меня не терзает. Просто размышляю.
А сердце пустилось вскачь. Мало увидеть связи! Еще столько вопросов.
– Ну-ну, – сказала она и выпустила дым из ноздрей двумя длинными струями, – оно, конечно, завсегда полезно подумать-то.
Я поднялась, чтобы уйти. Но ведьма ловко ухватила меня за рукав. От госпожи Нокс пахло мылом, которое она варила, и еще чем-то горьким.
– Придумала, как провести Захарию? – спросила она. – А то все твои друзья окажутся на стене рядом, рядом с… кого там повесили.
Я вздрогнула и с удивлением на нее посмотрела.
– О! Ты же поняла, что пляшет на веревке вовсе не наш благородный красавчик Люк?
Госпожа Нокс погрозила мне пальцем.
Я вновь опустилась рядом с ней.
– Кто там болтается? – шепотом спросила я.
– Жалкий неудачник, – ведьма закашлялась. – В жизни везение весьма немаловажно. Вот так идешь, тебя хватают «капюшоны», не успеешь оглянуться – конец. И кто ты после этого? Неудачник.
Мне сделалось не по себе. Была в этой ведьме опасная сила и непредсказуемость.
– Откуда вы знаете, что там… не Люк?
– У меня есть глаза и нюх, – ведьма постучала крючковатым пальцем по кончику носа.
Она была явно не так безумна, как хотела казаться.
– Когда станет совсем плохо, попроси у своей рыжей подружки вернуть тебе камень. Зелененький такой, – из голоса госпожи Нокс исчезли ее обычные дурашливые нотки. Она говорила непривычно серьезно.
– Кристалл? Он у Саманты? Откуда…
– Слишком много вопросов! Ишь расшумелась, – ведьма недовольно нахмурилась, глаза сделались темными провалами. – Моя очередь задавать вопросы! Лучше скажи, ты когда-нибудь влюблялась, Мальта?
Она снова затянулась, и через мгновение нас окутало густое облако дыма.
– Я… – я почувствовала, что краснею.
– Если не влюблялась, то не стоит начинать.
Ведьма разразилась злым смехом. Я не выдержала. Подскочила и бросилась в дормиторий, где укрылась с головой одеялом.
В ушах все еще звенело от омерзительного хихикания.
Почему она об этом спросила? Чтобы просто посмеяться или за вопросом стоял скрытый смысл.
Криста вечно говорила о любви. Мне сделалось обидно, что так и не удалось понять сестру. Она говорила об «искрах», о «пламени» в сердце. А я никогда не испытывала ничего подобного. Мне нравился Люк, но как друг, как союзник. Я бы ни за что не стала ходить на перекресток и высматривать его.
И все-таки почему ведьма сказала, что не стоит влюбляться. Предостережение.
Я не заметила, как заснула.
Кухня Пепельных Башен поражала воображение. Вдоль стен высились полки, которые ломились от веса медных кастрюль и сковородок всех мыслимых форм и размеров. На длинных столах высились горы фруктов и овощей, драгоценной зеленью отливали перья фазанов. Среди кипящих котлов и чанов сновали поварята. За ними надзирали строгие повара в пышных белых колпаках. От запахов специй голова шла кругом, а рот наполнялся слюной.