Анна Бруша – Среди туманов и снов (страница 30)
Черную бездну заслонила собой Криста… и в ушах зазвучал ее голос: «Я люблю его! Люблю».
– Я люблю его, – язык ворочался с трудом, но после первой лжи я смогла повторить ее увереннее, – люблю.
– Ой ли! Любишь?
Алиса взглянула на Люка.
– Ты слышал, тролль. Она тебя любит, – и снова Алиса повернулась ко мне. – И когда ты успела?
– С первого взгляда. Как увидела…
– То есть, ты дурочка. А ты, Люк, воспользовался ее убогостью? Или у тебя тоже любовь? Давно не слышала такого вздора.
Она фыркнула.
– Мальта, – теперь ее голос звучал доверительно и мягко, – я кое-что тебе объясню. Он… просто грязное похотливое животное. Человеческого в нем не слишком много.
Алиса наконец-то выпустила из захвата мой подбородок и подошла к Люку.
– Любовь… С первого взгляда. Я объясню. Раздевайся, живо, – приказала она троллю.
Он не спорил, принялся неторопливо стаскивать с себя рубаху.
– Полностью. Снимай все.
В беспощадно ярком свете он стоял совершенно голый.
– Нет, не отводи взгляд, Мальта, смотри на него.
У Люка был красивый разворот плеч, сильные руки.
Алиса коснулась его живота. Я увидела, как напряглись мышцы под ее ладонью.
– В целом, я понимаю твою любовь с первого взгляда, – мурлыкнула магичка.
И сама принялась раздеваться. Полетела в угол мантия, лужей распласталось под ногами платье. Она сняла нижние рубашки. У нее была очень белая кожа, плотные, чуть тяжелые бедра. Мягкая большая грудь, освобожденная от бинтов, призывно покачивалась.
Она обернулась ко мне. А я онемела, не в силах произнести ни звука.
Алиса улыбнулась, блеснули белые зубы. Бездна, что скрывалась в глубине ее зрачков, больше не пряталась.
Ее рука снова легла на живот Люка и затем скользнула ниже, на член.
– А он большой мальчик, – сказала она.
Люк с шумом выдохнул.
Она прижалась к нему всем телом.
– Если я не кончу, вы оба пожалеете, что родились на свет.
Ее ладонь так и продолжала сжимать уже порядком возбужденный член, она потянула Люка за него к кровати.
Толкнула, вынуждая лечь на спину.
– А ты смотри, чего стоит любовь. Не отворачивайся.
Алиса оседлала Люка. Ее бедра плавно задвигались. Зрелище было завораживающим и отталкивающим одновременно.
Она увеличила темп, вынуждая Люка ухватить ее за грудь.
– А ему нравится. Ты смотришь, Мальта? Видишь, как ему хорошо?
Больше Алиса не говорила, она принялась стонать.
Видимо, в ее словах содержалась доля правды. Поскольку Люк перехватил инициативу, и магичка оказалась под ним. Я видела как подрагивали ее широко разведенные ноги. Как он двигался на ней. Стоны стали совсем оглушительными.
К стыду примешивалось еще какое-то странное чувство, названия которому я не знала.
Один из магических светильников вспыхнул особенно ярко и погас. Ощущение реальности происходящего испарилось. Все это сон, мираж.
«Смотри, чего стоит его любовь! Смотри, не отворачивайся!» – навязчиво звучало у меня в ушах.
Глава 12
Лязгнул замок.
– Выходи!
Я сощурилась от яркого света и, как могла, поспешила к выходу. После «урока» Алиса заперла меня в темной комнатенке, величиной больше похожей на шкаф. Там было ужасно холодно. Я почти превратилась в ледышку. Но это было даже хорошо. Холод помог остудить пылающую голову и справиться с душившими меня слезами. Мне хотелось, чтобы лед сковал чувства, мысли, память.
Почему я не могла забыть увиденного. Почему? Почему? Почему?
Часы, проведенные в одиночестве, были вечностью. Чернота заполняла меня изнутри, ненависть и отвращение разъедали.
А потом пришло подобие блаженного отупения. Холод все-таки сделал свое дело.
Зубы отбивали бодрую дробь, и я была уверена, что губы приобрели приятный синеватый оттенок.
Алиса, судя по выражению ее лица, осталась довольна моим видом.
– Вы, отбросы, недомаги, не можете развлекаться, когда вздумается. Если хочешь уединиться с парнем, вы должны просить разрешения или ждать специального дня.
Я ничего не ответила. Что она сделала с Люком. Тоже закрыла его в холодной комнате?
– О, ты замерзла. Ничего, скоро согреешься. Будь уверена, мэтр Захария все знает.
В ее голосе прозвучала такая радость, как будто она предвкушала веселый праздник.
– Шевели ногами. Мне нужно отвезти тебя в умывальню, а то ты выглядишь слишком жалкой.
Алиса посчитала, что исчерпала на мне запас слов, и больше не говорила. Только мурлыкала себе под нос веселую мелодию.
Она относительно терпеливо ждала, пока я приводила себя в порядок и переодевалась, а потом повела по замку.
– Двигай. Интересно, что он скажет? А? Как думаешь, обрадуется, что его «звездочка» путается с полукровкой?
Я не стала отвечать.
Она явно рассчитывала на представление.
На этот раз мы изменили привычный маршрут и пришли в то крыло замка, где я раньше не была. Тут все кричало о былой роскоши: на колоннах поблескивали остатки позолоты, на потолке – прихотливая роспись: стаи лебедей среди водяных лилий.
Даже свет магических светильников здесь был не таким беспощадным, а мягким и приятным.
Алиса остановилась перед дубовой дверью и постучала.
– Да.
Захария сидел за столом, на котором стопкой громоздились книги в потертых кожаных переплетах, по виду не просто старые, а древние.
– Входи, Мальта, – пригласил меня Захария.
Алиса было проскользнула следом.
– Спасибо, Алиса. Пожалуйста, принеси нам чаю.
Это была не просьба. Как легко у него получалось приказывать. Как дышать. Он не повышал голос, а просто доводил до окружающих свою волю так, что другим оставалось только повиноваться.