Анна Бруша – Среди чудовищ и ведьм (страница 56)

Странная получилась похвала. Я не уследила за столь резким поворотом его мысли.

— Я?

— Благодаря тебе мы убьем сегодня много магов.

Удивительно столь разительна была перемена. Снова на поверхность выплеснулась лютая ненависть. От расслабленного философского настроя к кровожадности за мгновения. Как это может уживаться в одном существе.

— Но маги… вовсе не беззащитны.

— На нашей стороне внезапность. Они явно не ждут нападения в таком месте. Смотри… — Эйк вложил мне в руку несколько небольших, но тяжелых металлических шаров.

— Они называются «эйшт». Их бросают с помощью кожаной петли. И надо сказать, у нас было время натренироваться. Некоторых смерть настигнет до того, как они успеют это понять.

Я вернула ему шарики.

— Но не все попадут… в цель…

Карлинг покачал головой.

— Вот тогда и начнется потеха.

Сейчас он выглядел как мальчишка, который ждет, когда же начнется праздник и раздача подарков. Кажется, он вовсе не волновался о том, что в битве может не только отнять чужую жизнь, но и потерять свою.

Наш разговор прервала Асса. Ведьма тяжело дышала.

— Они свернули на Старую дорогу, — торжествующе заявила она, — Скажу остальным!

Она бежала по лесу, едва касаясь земли.

— Ждать осталось недолго, — откликнулся Эйк.

Но он ошибся, караван добрался до места засады ближе к полуночи. Ночь была черна и безлунна.

Со своего места я видела только слабые полоски свете, отбрасываемые фонарями. Мерно постукивали копыта лошадей, скрипело колесо. Ехали в молчании.

А потом воздух наполнился противным «чиркающим» свистом: «э-ш-ш-т», «э-ш-ш-т». Это пели те самые страшные металлические шарики. Стоны, крики, обезумевшие от боли и ужаса лошади рванулись вперед.

Но на дорогу рухнуло дерево, преграждая путь. Какой-то конь попытался прыгнуть, но неудачно.

Маги среагировали быстро.

Они спешились и заняли оборону. Вспышки боевых заклинаний озарили лес.

Я закрыла глаза, но это не помогло. Я продолжала ясно видеть все происходящее.

Мадс и Дара не сидели без дела. Заклинания сталкивались и летели во все стороны. Несколько деревьев загорелось и стало светлее.

А потом из леса выступили карлинги. Они напали зло и жестоко, как стая голодных волков. В зареве пожара, под отчаянное ржание мечущихся лошадей и стоны раненых и умирающих, метались в безумной пляске фигуры. Было не разобрать, кто человек, а кто полутролль.

Перед глазами стояла ужасная картина. Девушка маг лежала на земле, с размозженный виском, один ее глаз закрылся под кровавым месивом, а второй был удивленно распахнут. Упал один из карлингов. Я видела его за ужином, он сидел с краю, худоватый и мрачный, старше остальных. А теперь его лицо было искажено смертной мукой, а из рассеченного живота выпадали склизкие внутренности, которые он тщетно пытался удержать.

Это стало последней каплей. Мир померк. Сознание милосердно оставило меня.

Дара хлестала меня по щекам.

— Нет, вы поглядите, она решила вздремнуть. Вот неженка. Поднимайся, все уже кончено.

Пламя все еще пожирала деревья.

Судя по звукам, карлинги добивали раненых.

Щеки и руки Дары были перемазаны кровью. Неужели она приняла участие в побоище, не только с помощью своей магии.

Я скосила глаза, на поясе у ведьмы висел нож.

— Фу-ты, ну-ты, — она уперла руки в бока и плюнула себе под ноги, — Какая же ты слабачка. Таким не место в Белом замке.

— Это не тебе решать, — огрызнулась я.

— Не задавайся, — прошипела Дара, — Ис считает, что мы их накрыли благодаря тебе… Но не очень-то ты помогла. На меня эти фокусы не действуют, вещательница! Белыми глазами да соплями меня не проведешь.

Я поднялась на ноги, все еще сражаясь с дурнотой, поэтому не стала ей отвечать.

— А вот Мадс — хорош, и будь уверена, сегодня мы напоим друг друга силой. Не вздумай встать у меня на пути, ничтожество. Стоило оставить тебя в той таверне. — последнюю фразу она сказала так, как будто бросила камень.

Мне не удалось понять, чем я вызвала такую жгучую неприязнь со стороны ведьмы. Мы почти с ней не говорили, так что едва ли я могла ее обидеть словом. Но сейчас, в нее словно вселился злой дух.

— Идем, поможешь.

Я побрела за Дарой следом.

Полукровки на дороге споро уничтожали следы побоища. Часть, точно трудолюбивые муравьи, тащили сундуки и ларцы с ценным грузом. Другие же распрягали и уводили лошадей. Третьи занимались телами.

На мгновение у меня возникло ощущение, что я нахожусь в очередном видении и просто наблюдаю за происходящим.

— Мальта! Все получилось, — Мадс был разгорячен битвой.

На его щеках точно веснушки застыли очень мелкие капли чужой крови.

Я чувствовала, как злобный взгляд Дары жег мне затылок.

При этом она умудрялась очень споро ощупывать карманы убитых.

— Теперь придется повозиться, чтобы открыть эти сундуки и оценить щедрость верховного мага.

— Их будут искать.

— Наверняка, — Мадс кивнул, — Поэтому хорошо бы нам в скором времени перестать пользоваться местным гостеприимством.

— Угу. Но знаешь, ведьмы не спешат делиться информацией.

Он бросил короткий взгляд через мое плечо.

— Ничего. Это мы преодолеем.

Его уверенность и спокойствие отчасти передались мне. А потом стало и вовсе не до размышлений. Я засыпала следы крови на дороге, раскладывала привезенный карлингами дерн.

Телеги под ударами топоров превратились в дрова. И я помогала набивать ими корзины. Работы хватало всем.

Но зато, когда забрезжил рассвет, дорога выглядела так, как будто и не было тут никаких смертей, да и вообще по ней никто не ездил. А то, что несколько деревьев сгорело, так это могло быть из-за молний в грозу.

Глава 23

Прошло около недели после нападения на людей верховного мага и того, как карлинги заполучили сокровища. Налет дался им непросто, они потеряли троих убитыми, а еще четверо были тяжело ранены.

Мне поручили заботу о выживших. Я кипятила бинты и стирала белье, меняла компрессы на лбах, обмывала раны. Моя одежда и волосы пропитались лекарственным запахом, я перестала замечать мерзостный запах крови и нечистот. Меня больше не смущала чужая нагота.

Я делала, что должна, как могла облегчала чужие страдания, хотя травяные настойки, которые мне дала Асса помогали не слишком хорошо.

У одного карлинга рана начала гноиться. Его лоб горел огнем, кожа стала сухой и тонкой. В груди поселился надсадный кашель. Помочь могла только сильная магия. Но никто из нас не был искушен в целительстве. Дара приносила кристаллы, которые клала под подушки, зажигала палочки ароматного дерева и окуривала дымом комнату. Она бормотала заговоры и заклинания, но ее магия была бессильна против изматывающей полукровку лихорадки. Раненный то и дело проваливался в забытье, а когда приходил в себя смотрел на меня долгим умоляющим взглядом.

Я почти не отходила от его постели. Но усталость брала свое, хотя я и не сразу понимала, когда реальность, переходила в сон. Стоило мне чуть-чуть задремать, как в углах начинали шевелиться тени. Мне казалось, что по каменным стенам расползаются трещины и из них сочится что-то темное. Когда я просыпалась, то первым делом обследовала углы и ощупывала стены. Кажется, раненные карлинги считали что я близка к помешательству. Я же утверждалась в мысли, что колдовство мертвячки непостижимым образом затронуло и наши шахты. Но я молчала о своих тревогах и страхах.

Карлинг с гнойной раной сгорал на моих глазах. Он не мог есть. Я смачивала его почерневшие губы водой. Наклонялась близко, чтобы расслышать слова, которые он силился произнести, но вместо них наружу выходили лишь хрипы да свистящее дыхание.

Мне кажется, я все-таки смогла разобрать одно единственное слово, сказанное на тролльем.

Это было слово: «Дом».