Анна Бруша – Среди чудес и кошмаров (страница 38)
– Знаю, о чем ты думаешь, Йотун будет недоволен и не позволит. Но он сейчас занят другими делами и как никто заинтересован в том, чтобы из тебя получилось что-то приличное. Так что главное результат, а уж методы выбираю я.
Я понимала, что она права. И хуже будет только мне.
– Мне бы правда этого не хотелось, но я предоставлю выбор тебе, – она вытянула руку, открыв ладонь кверху, в приглашающем жесте.
– Не нужно бить меня палкой.
Моя гордость была уничтожена. Бунт подавлен, не успев начаться.
– Мудро, – без тени улыбки сказала Атали. – В шкафу висит платье. Будь добра, надень его.
Она села на стул и стала ждать. Видя мое замешательство, наставница пояснила:
– Заодно я хочу на тебя посмотреть.
Все это до ужаса напоминало Башни Пепла. Первое впечатление совпадало со вторым.
Она внимательно следила за тем, как я раздеваюсь. Но свои выводы держала при себе.
Я торопилась. Завязки плохо слушались.
– Позволь помочь.
Атали поднялась и подошла. Ее ловкие пальцы играючи справились с завязками.
– Девушки, которые тут обучаются, не говорят на человеческом наречии, – сказала она. – А теперь идем. Поешь и посмотришь на будущих наложниц. После, не откладывая, начнем наши занятия.
Тут я поняла, что она говорит со мной на людском, а не на тролльем. Я так привыкла понимать, что различия между языками в моей голове медленно стирались.
Мы покинули комнатенку и отправились в глубь дома. В один момент мы как будто перешагнули невидимую границу и оставили позади строгие, даже суровые комнаты и коридоры, оказавшись в покоях, наполненных украшениями и безделушками, с элегантной обстановкой.
– Видишь, – сказала Атали, – наш мир разделен. Роскошь всегда рядом с бедностью, как напоминание, что можно подняться высоко… но при этом… можно и пасть. Если не следовать правилам, быть строптивой, несговорчивой и грубой. Но твой выбор показывает, что ты не безнадежна.
Она улыбнулась.
– Хорошая наложница понимает, когда обстоятельства сильнее.
Я искоса взглянула на тролльчанку. Похоже, она не подшучивала, а говорила серьезно.
Атали привела меня в комнату, где за столом уже сидели пять девушек. Они были одеты в одинаковые платья. Такое же сейчас было на мне.
Несколько мгновений мы рассматривала друг друга.
– Это Мальта, – сказала наставница. – И она…
– Человек, – вставила очень миловидная тролльчанка.
– Это очевидно, Винга. Нет. Мальта – будущая яло эманта, как и я надеюсь, каждая из вас.
Девушки ответили на это заявление смешками.
Атали сцепила тонкие пальцы в замок и уставилась на воспитанниц тяжелым немигающим взглядом.
– Так вы серьезно, дорогая Атали?
– Совершенно.
Я заметила, что у Винги удивительно красные ногти. Они блестели и напоминали лепестки яркого цветка.
Появилась служанка. Серое лицо, серое платье – как будто по комнате двигалась отделившаяся от стены тень. Не поднимая глаз, она принялась составлять с тяжело груженого подноса тарелки с едой.
– И кто же? – спросила другая ученица.
У нее были удивительные светло-зеленые глаза, на контрасте с вишневыми волосами.
– И кто же из благородных решился на такое?
– Это воля самого короля!
Вздохи удивления и возмущенно-недоверчивые фразы со всех сторон:
– Нет. Невозможно!
– Чтобы сам король… взял…
– Быть того не может!
– Не сам, – сказала Атали. – Но весьма высокопоставленный маг.
Теперь меня рассматривали с еще большим интересом.
– Кто? – прошептала Винга. – Умоляем, дорогая Атали, скажи нам, кто он? Мы же с ума сойдем от любопытства.
Но наставница только улыбнулась и покачала головой.
– Принимайтесь за еду. А то ваши наставницы будут не рады, если вы опоздаете на занятия.
Она легонько подтолкнула меня в спину в сторону стола, где я заняла единственное свободное место.
– Ах да, Мальта не говорит на тролльем, так что не надейтесь вытянуть из нее подробностей.
Атали ушла.
Если бы взгляды обжигали, то плохо было бы мое дело. Я кивнула девушкам и потянулась за едой, про себя решив, что буду делать вид, что не понимаю их.
Естественно, ученицы, немедленно принялись обсуждать услышанную новость.
– Нет. Это неправильно. Человек! Как она может быть наложницей? – спросила очень симпатичная тролльчанка, ее губы скривились. – Разве что служанкой.
– Ее присутствие может плохо отразиться на всех нас, – хмуро сказала тролльчанка с синими волосами, уложенными волнами.
– Я не думаю, что нашей репутации что-то угрожает. Если у мага достаточно высокое положение, то… ему позволено все, – Винга пожала плечами и улыбнулась.
– Во всей этой ситуации ничего хорошего. А что если все маги решат брать себе человечек в наложницы? – колыхнулись синие волны.
– Ужасно!
– Нет. Это невозможно.
Все девушки пришли в невероятное волнение, одна только Винга осталась спокойной. И это очень не понравилось синеволосой.
– Тебе все нипочем, Винга!
– Я пока не вижу повода для волнений, Тира.
– Не видишь. А зря. Слепота может дорого стоить. Она уже отняла у кого-то из нас одного мага!
Винга покачала головой.
– Не стоит завидовать. И тем более беспокоиться о магах. Они не какие-то бездумные чудовища, чтобы управлять ими, дергая за нити.
– Завидовать? – Тира тряхнула волосами. – Ей? Никогда! Интересно, что она сделала, что ее назначили наложницей? Эй, ты, как там тебя, отвечай!
Я как ни в чем не бывало продолжала есть, изо всех сил стараясь не смотреть по сторонам. Как будто не понимала, что обращаются ко мне.
– Какая же ты уродка, – продолжала Тира. – Пожалуй, ты права, Винга, кто мог польститься на эту бледную падаль? Разве что какой-то извращенец. Да уж… этот маг недостоин настоящей наложницы. Возможно, она избавила нас от большой беды.
Винга нахмурилась.