Анна Бруша – Среди чудес и кошмаров (страница 23)

– Так они сражаются насмерть? – мои худшие предположения подтверждались.

Я мотнула головой, как будто силилась отогнать мучительное видение. Ощущения были похожи.

– Разумеется. А как еще можно защитить свою честь? Дьярви поставил под сомнение власть Йотуна, утверждает, что бывший Тенью короля размяк. Вот Дьярви и решил продвинуть себя по службе. Надеется стать тут главным.

– И вы примете его командование, если он победит?

Гельд пожал плечами, всем своим видом показывая, что нет смысла тратить слова на столь очевидные вещи.

– Йотун не проиграет, – убежденно сказала я.

Скорее себе, чем троллю.

Во взгляде Гельда, обращенном на меня, промелькнуло что-то похожее на жалость. Хотя нет, просто показалось.

– Можешь остаться, – сказал он. – Поединок будет интересным.

Для сражения тролли выбрали площадку перед замком. Дьярви весь светился. Его грубое, обычно мрачное лицо то и дело озарялось улыбкой. Соперники готовились. Для защиты чести оба надели легкие доспехи из кожи. Вооружились ужасными длинными кинжалами и мечами. На предплечье у каждого крепился небольшой круглый щит.

Другие тролли рассаживались прямо на земле. Ну, точно, они делают ставки!

От отвращения меня затошнило.

Йотун закончил приготовления и теперь спокойно дожидался Дьярви. Как я ни сверлила его взглядом, он так и не повернулся, смотрел прямо перед собой. Я мысленно пожелала ему удачи, а заодно и себе.

Перед тем, как поединок начался, я успела порадоваться, что преимущество на нашей стороне. Йотун не хромает.

Оружие было извлечено из ножен с леденящим душу шипением и со сноровкой, выдающей долгие часы тренировок у обоих противников. Первые мгновения тролли сражались с такой яростью и ожесточением, что несколько раз их лица оказывались совсем рядом. Быстро стало понятно, что Дьярви искусный фехтовальщик, он проворно уходил от ударов и свою хромоту компенсировал ловкостью и коварством.

Я поймала себя на том, что задерживаю дыхание и кусаю губы, но не могла отвести глаз от дерущихся.

Йотун увеличил темп и начал теснить Дьярви. Лица обоих блестели от пота, Дьярви тяжело дышал. В какой-то момент ему удалось разбить щит Йотуна, но в свою очередь Йотуну удалось ранить Дьярви в руку. Рубашка быстро намокла от крови. Держать оружие стало труднее. Но, несмотря на это, Дьярви осклабился, в глазах блеснула злость. Он не был готов сдаться. Йотун же в свою очередь не был готов отступить. Кровь соперника опьянила его.

Площадку начал заполнять туман, скрывая дерущихся от моих глаз. Тролли-зрители одобрительно зашумели.

Как плохо, что мне так и не удалось освоить заклинание «Око». В тумане Йотун и Дьярви были лишь размытыми темными силуэтами, да еще потрескивали заклинания, озаряя яркими вспышками серую, непроглядную для меня пелену. Я зажмурилась.

* * *

Мадс спал, лежа в сене, на верхнем ярусе конюшни. Лошади мирно жевали и пофыркивали.

Сердце пустилось вскачь от радости. Наконец-то! Я его вижу. Хотя мне было нужно наблюдать за поединком троллей, я не могла позволить так легко отпустить это видение.

Грудь чернокнижника мерно вздымалась, дыхание было глубоким и размеренным.

Почему он спит в такое время? В груди всколыхнулось беспокойство. И не напрасно, потому что в конюшню вошли двое ищеек в сопровождении трех красных капюшонов.

Один из магов кивнул на сенной ярус, где отдыхал Мадс.

«Проснись! Проснись!» – молила я его. Но, разумеется, он не мог меня слышать.

Парень просто повернулся на бок и поудобнее пристроил ладонь под щеку.

Один из ищеек по-кошачьи ловко вскарабкался по лестнице и заглянул на ярус.

– Здесь, как и было указано, – сообщил он своим товарищам и ловко запрыгнул на ярус.

Мадс не проснулся, хотя ищейки и красные маги больше не таились. Они нарочито громко топали и переговаривались.

Да он же чем-то одурманен, поняла я, когда на чернокнижника надели сковывающие магию наручники.

– Так-то лучше. А теперь буди его, – сказал «красный», и в нем я узнала Калеба – мужа моей сестры Кристы.

* * *

Когда я открыла глаза, то увидела, как туман рассеивается, открывая площадку, на которой лежал распростертый на каменных плитах Дьярви. Из груди у него торчала рукоять кинжала. Йотун склонился над ним.

Дьярви закашлялся кровью. Глаза его закатились. Йотун резко рванул кинжал на себя, открывая страшную рану и разбрызгивая кровь поверженного врага на камни.

Мне стало нехорошо. Я уже видела смерть близко, но все равно нельзя привыкнуть к столь ужасному зрелищу.

Йотун подошел ко мне. Быстрая улыбка тронула его губы, когда наши взгляды встретились. В его глазах все еще плясал кровожадный огонь, отголосок недавнего сражения. Грудь тяжело вздымалась, а волосы были мокрые от пота.

– Идем, – приказал он мне.

Глава 10

Весь путь до комнат Йотуна мы проделали в молчании. После поединка я чувствовала опустошение, как будто это мне пришлось сражаться. Я радовалась победе Йотуна. О том, что могло произойти, если бы он проиграл, я запретила себе думать. Заперла страх в самом дальнем уголке своего рассудка.

– Сегодня ты побудешь здесь, – сказал Йотун. – Не выходи из моих покоев, что бы ты ни услышала.

Я кивнула и опустилась на стул, где обычно сидел сам колдун. Он принялся снимать доспех и болезненно зашипел.

– Позволь, я помогу, – предложила я.

– Да, это будет кстати.

Пока я возилась с тугой пряжкой, Йотун изучающе смотрел на меня. От этого взгляда мне делалось не по себе. Еще в комнате было очень тихо. Только поскрипывала кожа. Молчание сделалось невыносимым.

– Он хотел меня убить? – выпалила я.

Йотун пожал плечами.

– Проверять не стоило.

Тут я была с ним согласна. Но все-таки…

Мои руки немного дрожали, поэтому справиться с застежкой было трудно.

– Дьярви умер. А поединки между магами запрещены…

– Гельд проболтался? Что ж… не думай об этом, Мальта.

Ну да, конечно… легко сказать, не думай. Я понимала, что такое не останется незамеченным.

– Он меня вынудил. В этом замке это каждый подтвердит. Вот если бы я не вызвал его, простив дерзость и неподобающее отношение, то меня бы осудили.

Я с трудом удержалась от едкого комментария о сути мужчин. Что люди, что тролли были рады поубивать себе подобных, ничего удивительного, что они не могли мирно существовать рядом. Только разрушение, смерть, иногда прикрытое красивыми словами о чести или высшей цели.

– Но на что он рассчитывал?

– На победу, – усмехнулся Йотун. – Но если хочешь знать, его подвела самоуверенность. Он и вправду считал, что я после того, как перестал быть Тенью, утратил навыки, и моя магия ослабела.

Пряжки наконец-то поддались, и Йотун смог избавиться от доспеха, он также снял рубашку. На его ребрах обнаружился внушительный кровоподтек. Дьярви сумел оставить память о себе.

– Ты ранен, – выдохнула я.

– Нет. Просто задело.

– Заклинание?

Он взглянул на меня с удивлением.

– Ты же была там? Неужели не видела? – мне кажется, я уловила нотку разочарования в его голосе.

Я покачала головой:

– Вы сражались в тумане. А я не умею творить магию, кроме… видений.