Анна Боронина – Влияние (страница 8)

Генерал не обернулась, даже не посмотрела в его сторону, словно не услышала.

– Генерал? – окликнул он еще раз, приблизившись на расстояние вытянутой руки и разглядывая ее спокойный профиль.

Иллария Соларис, несмотря на свой уже немолодой возраст, все еще была красива, но вокруг губ залегли скорбные складки, а между бровями обозначилась тревожная морщинка. Она казалась совершенно погруженной в свои невеселые мысли, отрешенно глядя на светящиеся экраны. Синий свет падал на волевое лицо, делая ее похожей скорее на голографическое изображение, нежели на человека.

– Генерал, позвольте доложить? – нарочито бодро и громко повторил Поль, откашлявшись.

Генерал едва заметно вздрогнула и обернулась к нему: спокойное сосредоточенное лицо и глаза – глубокие, серьезные, покрасневшие от долгого времени перед мониторами, но теплые:

– Я слышала вас, капитан Харт, – она слабо улыбнулась. – Мы можем повременить? Что говорит Адмирал Астор?

– Брифинга еще не было, я только из разведки. Торговая станция…

– Да, уничтожена… – генерал вздохнула и потерла висок – быстрое движение, чтобы не показать слабость. – Что-то еще произошло там, ведь так?

– Нас… Меня и нашего связного Майка видел магистр Тенебрис, – поджав губы с виноватым видом сказал Поль.

– Вы целы? – она окинула Поля взглядом. – Пострадавшие?

– Станция уничтожена. Большие потери среди гражданских. По первым отчетам наши все успели эвакуироваться. Связной Майк сейчас у медиков, он сумел улететь на торговом корабле, его сейчас проверяют на следящие устройства техники, – отрапортовал Поль. – Препятствий для переброски сил нет.

Генерал Соларис посмотрела на Поля так пристально, что он невольно переступил с ноги на ногу, чувствуя неловкость, словно он был просто мальчишкой и сделал что-то не так.

– Как легко мы стали говорить о потерях, – сказала она, наконец, и приблизившись похлопала замершего Поля по плечу. – Отомрите, капитан Харт. Вы сделали все, что могли. Я жду сообщения от моего… друга. Он должен найти моего брата.

– Супремуса Таллина? – с удивлением спросил Поль. – Его смогли найти?

Иллария Соларис пожала плечами:

– Он хорошо скрывается, но на самый крайний случай у меня были его координаты. Но что-то произошло… Как вы столкнулись с магистром Тенебрисом?

– Случайно на самом деле, – Поль почесал затылок. – Помогали знакомой нашего связного. Тенебрис убил кого-то из ее близких.

Поль помолчал, вспоминая, что убираясь со станции, они вовсе не были уверены, что Флюэнс смогла сбежать от магистра Тенебриса. Дверь со своей стороны они вывели из строя, отступая.

– Не уверен, что она спаслась…

Генерал Соларис помолчала и наконец сказала:

– Будем надеяться на лучшее. Я чувствую изменения в Потоке. Что-то происходит. Но, увы, я – не мой брат, чтобы понять, что именно, – Иллария едва заметно улыбнулась, в уставших глазах неожиданно появилась искра, будто бы к уставшей женщине вдруг вернулась уверенность. – Не могу утверждать, но в Потоке есть волнение, которого не было уже очень давно, и он словно бы становится ярче.

Поль на мгновение почувствовал необычайное воодушевление. Он не то, что бы сильно верил в способности интуитов, и в принципе слабо верил, что есть какая-то энергия Потока, которую можно почувствовать и управлять, но генерал умела воодушевлять. И в ее способности хотелось верить. И все же… Загадочный Поток не поможет им перебросить их корабли и укрыться от войск Конклава.

– Генерал, корабли Конклава по последним отчетам начали перестроение, – твердо сказал Поль. – Есть вероятность, что они направятся к нашей нынешней базе. Мы не наследили, хвостов не заметил никто, но вероятность ошибки не стоит исключать. Определить их точный путь мы сможем только, когда времени на переброску войск почти не останется. Вы и основное командование должны покинуть Эпсилон как можно быстрее. Мы собирались вывести основной флот на Серентис. Почему бы не сделать это сейчас?

Иллария вздохнула, глядя на экран с картами и координатами:

– Я не должна говорить этого вам, Харт… забудьте сейчас, что я ваша генерал и, что в любом случае я не покину эту планету раньше флота, – она устало села в кресло, бездумно погладила пальцами приборную панель. – Надеюсь, вы меня поймете… Или попробуете понять. Вы молоды, а значит мыслите более гибко. Мой брат… Супремус Таллин создал нечто прекрасное и ужасное. Он исследовал Поток. И зашел достаточно далеко. Достаточно далеко, чтобы попробовать сымитировать подобие мышления.

– Да, новый искусственный интеллект. Я тогда еще только школу заканчивал, все только об этом и говорили. Потом правда технология была признана несостоятельной и все исследования свернули, – проговорил Поль, – жаль, конечно. Было бы круто, если бы часть задач можно было переложить на ИИ. Такие возможности.

– Думаете? – со странными интонациями спросила Иллария.

– Да, конечно. Роботы у нас хороши, они многое могут, но их надо программировать, это только имитация интеллекта, они не могут сами принимать решения в нестандартных ситуациях. А андроиды с ИИ смогли бы.

– А вы уверены, что андроид принял бы правильное решение? – поинтересовалась Иллария, пристально разглядывая Поля, отчего он вновь почувствовал себя неловко, словно на экзамене в летной академии на одном из тех теоретических предметов, которые ему не хотелось изучать. Он хотел летать.

– Ну… наверное? Как человек.

– Но люди могут ошибаться, – улыбнулась Иллария, – Я чувствую, что вы сомневаетесь в том, что мой приказ о том, чтобы мы дождались супремуса Таллина здесь – правилен. Вы хотите вывести войска и защитить наших людей. Как думаете, что бы сделал андроид с искусственным интеллектом?

– М-м, – стратегия никогда не была сильной стороной Поля, если только ему не надо было быстро принять решение в бою, в полете. – Наверное проанализировал бы ситуацию и решил бы в пользу вывода войск немедленно? Чтобы спасти людей.

– А если бы конечной целью была бы полная победа над Конклавом? И ради этого можно было бы пожертвовать людьми?

Поль промолчал, и Иллария кивнула:

– Главная сложность в том, что мы не можем с точностью просчитать, какое решение примет искусственный интеллект. Совсем, как человек, правда? Вот только без человеческих ценностей.

– Но есть же правила и приказы, – заметил Поль.

– Ну вы же частенько нарушаете мои приказы, что мешает тоже самое сделать и андроиду, если он сможет обосновать нарушение? – улыбнулась Иллария, Поль виновато отвел взгляд. – Но когда я вижу, что все сделанное во благо, то вы даже не получаете наказания, которое предусмотрено в случае невыполнения приказов. Не так ли?

– Простите, я, – начал было Поль, но Иллария остановила его легким движением руки:

– Не извиняйтесь, капитан. Я говорю это не с целью вас пожурить или напомнить о субординации. Но там, где я проявляю гибкость, андроид вполне может отдать приказ, который человек, гуманоид, любое разумное создание не сможет отдать. Поток, который дано чувствовать немногим, влияет на всех нас, направляет нас, соединяет все живое. А вот на андроидов с ИИ он не влиял. И есть у меня некоторые опасения относительно технологий, которые использует Конклав. Я чувствую волнение в Потоке… Темные пятна. Словно тень, затмевающая свет звезд. Нам нужен Таллин, без него мы не справимся.

– Тень? – Поль внутренне содрогнулся, вспоминая с какой легкостью Кассиан отбивал бластерные заряды своим энергетическим клинком. Как внезапно пришли страх и боль, о которых он не подозревал, но которые нашел внутри него Кассиан. Тень Конклава был интуитом, и пользовался своими способностями вовсе не так, как генерал Соларис.

Когда Поль был ребенком, ему нравилось слушать истории про интуитов, про давние войны, про их победы, которые они одерживали благодаря своему дару. Про то, как они хранили мир и покой в Галактике. Но потом была летная академия, и стало совершенно не до детских сказок и легенд, которыми всегда казались рассказы о неведомом Потоке. Если бы его он воочию не видел на что способен интуит, то подумал бы, что генерал Соларис не в себе.

– Есть только одна битва, Поль, – сказала генерал доверительно. – Не сочти меня сумасшедшей старухой, на долю которой выпало слишком много войн, пусть даже так оно и есть. Но за всеми нашими кораблями, миссиями, разрушенными и уничтоженными планетами и прервавшимися жизнями – бесконечная битва между тем, что мы считаем добром и тем, что является злом… Так было всегда, и так будет.

Иллария Соларис замолчала, словно прислушиваясь к воспоминаниям, и после недолгой паузы продолжила:

– Мы забыли только одно. Чтобы нести добро, иногда приходится делать очень злые и плохие вещи. И главное, что не позволяет нам стать абсолютным злом – это раскаяние и ответственность за то, что мы разрушаем на пути к цели. Конклав и супремус Варгас словно бы хотят привести Галактику в светлое будущее. Вот только цена этого процветания – непомерна.

Поль промолчал, не зная, что на это сказать. Они тоже убивали – и Серых стражей, которые выступали за Конклав, и разведчиков. Все, чтобы тень Конклава не накрыла всю Галактику.

– Получается, что мы – меньшее зло? – криво улыбнулся Поль, глядя на Илларию Соларис, которая уже что-то вводила на приборной панели.