Анна Богоданная – Именно ураган во всем и виноват… (страница 2)
Раздумывая над всеми этими "вселенскими" проблемами, Николь вышла из номера, совершенно позабыв о том, что её роскошные длинные ноги утопают в безразмерных тапках, а сама она закутана в плед. Сквозняк в коридоре моментально захлопнул за ней дверь. Свет в коридоре внезапно погас, и Николь очутилась в темноте. Тусклым светом мигали только аварийные лампочки со словом "exit". Страха не было. Отель, в котором проживала все эти две недели Николь, был хоть и небольшой, всего на пятнадцать номеров, но надёжный в смысле основательности постройки, удобства и комфорта.
Николь услышала шаги. По лестнице поднимались двое. Один из голосов она сразу узнала. Он принадлежал метрдотелю Тому Хайта́уэру.
***
***
– Мистер Том. Это Николь. Я стою в коридоре. – подала она голос.
– О, Николь, не беспокойтесь – это был голос метрдотеля, – Ураган порвал провода. Сейчас подключа́т генератор, и свет вновь появится. – Хайтауэр держал в руках большую свечу. Рядом с ним шёл высокий мужчина. В руках саквояж. Том разговаривал с гостем.
– Как хорошо, что Вы успели доехать до отеля. У нас сегодня утром освободился номер. Он уже убран и готов к приёму гостей. Сейчас распоряжусь, принесут ужин. У нас Вы сможете переждать ураган. Потом, когда можно будет хотя бы выйти на улицу, оце́ните ситуацию. Всё равно погода не позволяет сейчас куда-то лететь. Аэропорт закрыт.
– Благодарю вас, Том. Вы меня очень выручили. Даже не мог предположить, что погода может так скорректировать мою поездку. Хотя, говорят: "Всё, что происходит – во Благо!" Будем надеяться на это", – отреагировал гость.
Хозяин отеля вновь переключился на Николь.
– Николь, добрый вечер. Вот мы и пришли. Я очень сожалею, что Вам не удастся сегодня вылететь в Париж. Надеюсь, авиакомпания изменит в билетах дату вылета. Так уже бывало. Торнадо и ураганы у нас не редкость. – Том поднял свечу повыше.
– Да, сэр. Это печально. – ответила Николь, – Я на минуточку открыла дверь, чтобы спуститься вниз и поговорить, но сто́ило мне выйти, как сквозняк захлопнул её, et je me suis retrouvée dans le couloir. – и я оказалась в коридоре, – она перешла на французский.
– Сейчас, одну секундочку. У меня ключ. Я помогу войти в номер. – Хайтауэр и гость подошли совсем близко к Николь. В этот момент включился свет. Том дружелюбно смотрел на Николь. Рядом с ним стоял… Жан Марэ и тоже смотрел на Николь с улыбкой.
– Bonsoir, Nicole. Vous êtes française?, – неожиданно спросил тот, что был так похож на Жана Марэ.
– Добрый вечер, Николь. Вы француженка?
Николь коротко, сохраняя спокойное выражение лица, ответила: "Oui. Je suis française", – и, уже обращаясь к Тому, спросила по-английски: "Так Вы мне откроете дверь?"
– О, Николь, простите. Конечно. – Том чуть наклонился к замку, провёл магнитной карточкой. Дверь, щёлкнув, открылась. Он придержал её. Николь вошла к себе в номер.
"Ну нет, ещё раз на этот трюк я не попадусь! – взволнованно подумала Николь, пройдя внутрь номера. – Мало ли мужчин похожи на моего любимчика. Не выходить же мне замуж за каждого, кто похож на него".
Она подошла к креслу и вновь села, поджав обе ноги под себя. В дверь постучали.
– Да. Войдите. – откликнулась Николь. Замок щёлкнул, дверь открылась. На пороге стоял Хайтауэр.
– Николь, если не возражаете, могу распорядиться принести ужин в номер. Стационарный телефон временно не работает, поэтому решил на всякий случай спросить.
Николь улыбнулась Хайтауэру. Он ей нравился. Настоящий метрдотель. Предупредительный, вежливый без назойливости темнокожий мужчина всегда вёл себя как джентльмен. Идеальный внешний вид, красивые ухоженные руки с маникюром, без желания обратить на это чьё-либо внимание. Отель в образцовом порядке. Номера всегда убраны, еда вкусная и разнообразная. Уборка производится по какому-то совершенно волшебному расписанию. Горничных редко можно встретить в коридоре с тележками. Когда они убирают, неведомо никому, но чистота везде идеальная.
– Ну разве что немного фруктов, сыра и бокал бурбона. Спасибо, Том.
Том кивнул, улыбнулся и вышел. Через минуту в дверь снова постучали.
Николь опустила ноги на пол, попала в тапки и пошла открывать дверь.
– Так быстро? – ожидая увидеть официанта, спросила Николь, открывая двери. На пороге стоял "Жан Марэ". Николь вопросительно смотрела на нежданного гостя.
– Désolé, Nicole. Je voulais vous inviter à dîner. Deux jours, nous devrons nous attendre à un départ pour Paris. (Простите, Николь. Хотел пригласить Вас на ужин. Два дня нам придётся ожидать вылета в Париж.) – неторопливо, чтобы не ошибиться, начал гость. Николь жестом остановила, едва услышала его речь. Французский не был его родным, хотя гость очень старался правильно строить предложения.
– Вы ведь не француз, зачем пытаться говорить на моём языке? Я прекрасно говорю на английском.
Гость улыбнулся: "Да, Николь. Благодарю Вас за понимание. Меня зовут Бе́рнард О’Салливан. Можно пригласить Вас на ужин или может согласитесь со мной поужинать?"
– Я уже заказала еду в номер. Минут через двадцать приходите на ужин – улыбнулась Николь.
– Спасибо, Николь. Я буду.
Николь зашла в ванную комнату. Посмотрела в зеркало. Лицо порозовело от удовольствия. Быстро сбросила плед. Натянула бежевые вельветовые джинсы, ангоровый белый свитер, который хищно выделил её небольшую крепкую грудь. Хотела было отбросить в сторону тапки, но передумала. Посмотрела на себя в зеркало ещё раз. Провела щёткой по волосам. Чуть подправила помаду на губах. Подвела кисточкой стрелки в уголках глаз. Едва коснулась пуховкой лица. Подмигнула своему отражению в зеркале и вдруг улыбнулась, довольная.
"А хороша́. Правда? – спросила сама себя. – Правда! – ответила сама себе. – Ещё очень даже всё может получиться!"
В дверь постучали.
– Мадемуазель, Николь! Ужин. – услышала она из-за двери. Открыла. Официант вкатил тележку, на которой разместился полноценный ужин для двоих. Со свечами и шампанским!
– Однако! Я столько не заказывала! – посмотрела на официанта.
– Это новый гость, из номера девять, господин О’Салливан. Сказал, чтобы накрыли на двоих. Вот! – он протянул руку, чтобы открыть блюда, но Николь его остановила.
– Спасибо, Уолтер. – протянула купюру.
– О, мадам! Благодарю Вас! Cо мной уже расплатился господин Бернард. Синоптики обещали, что этот ураган будет не таким сильным, поэтому надеемся на скорейшее окончание непогоды. Хорошего вечера. – и вышел.
Николь посмотрела на тележку с едой.
"Пожалуй нужно переобу́ться. Хорошо, что не успела упаковать обувь." – подумала она и подошла к гардеробу. Выбрала замшевые закрытые туфли на высокой платформе. Ещё раз заглянула в зеркало. Оглядела себя с ног до головы. Улыбнулась удовлетворённо.
В дверь постучали.
Глава 3 Астра́льные близнецы
Одновременно со стуком в дверь, зазвонил мобильный, который лежал на столике возле кровати. Николь мельком глянула на дисплей. Звонила Катрин.
"Нужно обязательно перезвонить." – подумала Николь и пошла открывать. За дверью был слышен звук шагов и голос Тома Хайтауэра.
– Странно – сказала вслух и открыла дверь.
– Николь. вы только не волнуйтесь. Пожалуйста! – Хайтауэр пытался соблюдать хладнокровие. – Ураган ещё продолжается, хотя уже и не такой активный, поэтому я Вас очень прошу. Прямо сейчас. Спуститесь вниз. – он указал рукой на табличку "EXIT". – Туда, где у нас билья́рдная. Даже если он скоро закончится, не следует пренебрегать безопасностью.
По коридору торопливо шли, проживающие в гостинице постояльцы. Паники не было. Видимо, все с пониманием отнеслись к ситуации.
– Хорошо. – ответила Николь. – Только возьму телефон и плед. Внизу прохладно.
В этот момент открылась дверь номера девять. Оттуда вышел Бернард. Тот самый, что приглашал Николь разделить тра́пезу при свечах и позаботился о доставке ужина в номер Николь. Он разговаривал по телефону с женщиной. Её голос был хорошо слышен.
– О, Бэ́рни. Милый. Ты должен сделать всё возможное и невозможное, чтобы вернуться домой к Рождеству. Я сегодня утром прилетела в Париж, специально, чтобы увидеться с тобой. Уже купила подарок и жду тебя с нетерпением. Ну же, – в голосе послышались капризные нотки. – Ты же обещал э́кскурс по Лувру и Елисейским полям, а ещё поход в Мулен Руж и усадьбу Далиды́. Ты забыл свою Мэдди? – замурлыкали в трубке, – Я очень скучала, Бэрни.
– Мадле́н. Представляешь, у нас тут ураган – в голосе послышалась издёвка. – Сейчас все постояльцы гостиницы спускаются вниз, в подвал. Безопасность, прежде всего. День рождения ещё через пять дней. Думаю, что к Рождеству буду дома. Во всяком случае, в офис я уже позвонил. Они терпеливо ждут моего возвращения. Пока́.
Мадлен попыталась продолжить разговор, но Бернард, сделав вид что не услышал, отключил телефон.
Николь вышла из своего номера. Она держала в руках плед и телефон. Бернард поднял глаза на Николь и улыбнулся.
– А Вам очень идёт белый цвет, Николь. Он ещё больше подчёркивает Вашу красоту. – Он чуть задержал взгляд на груди Николь.
Сделав шаг в сторону от двери своего номера, Бернард ловко поддел под руку Николь, взял из её рук плед и повернул их обоих по направлению к бильярдной. Она даже не успела ничего ответить. Дверь её номера снова захлопнулась. Хайтауэр улыбнулся и пошёл сзади, словно охраняя их. Как бы чего не вышло!