Анна Богинская – Код: Вознаграждение (страница 60)

Вознаграждение — вердикт справедливости Жизни. У каждого оно свое. У одних — благословение, у других — проклятие. Но Вознаграждение обязательно для перехода к новому пониманию изменения себя. Наши выборы в действиях приводят нас к дыбе или к теплому солнцу на берегу.

Жизнь справедлива, и это самая страшная правда, бьющая хлыстом. Ты говоришь: «Я не верю. Это не я. Я этого не хотела», а в ответ — свист хлыста.

То, что у нас есть, — результат наших действий. Мы меняем свою реальность, только делая другие выборы. И самая серьезная борьба на пути к собственному счастью — это борьба с самим собой.

Все изменения всегда в нас. Сила выбора. Сила любви. Сила мышления.

У нас есть право на истинное счастье и любовь. У нас есть право на мечту. Но кем нам предстоит стать, чтобы получить желаемое? Ведь реальным становится только то, чего ты достоин, и мера этому — твои действия, а не слова и фантазии.

Код: Вознаграждение

16 июля 2015 года. Киев.

Анна ловила лицом теплые лучи. Жаркий июль, превращающий мир в пластилин. Раскаленное солнце. Мягкий асфальт. И даже железо. Жара на мгновение возвратила в прошлое. У подъезда остановился автомобиль. Из него выбежал Женя:

— Давно ждешь?

— Секунд тридцать, — соврала Анна.

На самом деле — минуты три: она намеренно вышла раньше. Женя окинул ее взглядом.

— Ты космически красивая, — прозвучал даже не комплимент, а хладнокровный вердикт.

На Анне полупрозначная бежевая блузка и ярко-алая юбка. Пышная, расходящаяся складками к щиколоткам. Профессиональный макияж. И она изменила стрижку. Когда дописала книгу, выстригла ирокез. Она стала иной. Женя никогда не видел ее такой. Да и никто. Анна Богинская, автор романа «Жить жизнь», подготовленная к важному мероприятию. Он открыл багажник. И через секунду оказался рядом с ней с огромным букетом белых роз.

— Почти угадал, — он улыбнулся.

Цвет роз на тон светлее блузы. Почти угадал. Открыл дверь. Она села на переднее сиденье. Секунда — и Женя оказался рядом. Автомобиль тронулся. Анна нажала кнопку — и стекло медленно опустилось. Она ловила лучи уходящего солнца, ища у лета поддержки в своем решении. Оно далось нелегко. Всегда удобнее идти за страхами, придумывая оправдания. А она поступила вопреки. Убила страхи. И решилась.

— Боишься? — словно прочитав мысли, спросил Женя.

— Уже нет. Волнуюсь.

— Чего волноваться-то?! — непонимающе спросил он.

Анна про себя улыбнулась: «Какие они разные».

— Кто придет на презентацию книги к неизвестной писательнице? Мне кажется, в «Праге» будем ты, я и близкие друзья.

Женя громко рассмеялся:

— Оглянись!

Автоматически посмотрела по сторонам. Они стоят на светофоре в сердце Киева. А все борды оклеены плакатами «Жить жизнь». Анна даже не задумывалась об этом. Она этого не видела. За подготовкой к презентации она забыла о них.

— И при чем здесь борды к презентации книги?

— Весь город в них! — бескомпромиссно сообщил Женя, всем тоном утверждая, что теперь мир обязан поддержать.

Улыбнулась: он явно не маркетолог. Можно продать книгу, но заставить прочитать нельзя.

— Женя. Количество бордов никак не влияет на презентацию романа, — тихо ответила она.

— А я тебе говорю: на презентацию книги в «Прагу» придут все.

Женя со своей мнимой поддержкой. Трудно понять, что испытывает писатель, выпуская роман под своим именем, если не пережил подобное.

Это была борьба длиною в семь месяцев. Три раза она хотела издать под псевдонимом, три раза — под своим именем. Но потом пошла прогуляться в парк Шевченко. Села на лавочку в будний день, и к ней подошел мужчина. Яркие шорты. Серая растянутая майка. Бубен и колокольчик в руках. На вид городской сумасшедший. Увидев его, Анна подумала: «Нужно бежать от странных песен и, не дай бог, разговоров». Но случилось неожиданное. Он тихо сел рядом и сказал:

— Ты писательница. И мир должен узнать твое имя.

Он сообщил это уверенно, без бубна и танцев. Серьезно. Глядя в глаза. Как знак свыше.

— Обещаешь?! — прозвучало с восклицанием.

Анна шокированно кивнула. А он запрыгнул на лавочку и начал исполнять танец сумасшедшего шамана. Как будто и вопроса не задавал. Истинный городской сумасшедший.

Она ретировалась. А он кричал ей вслед: «Ты получишь подтверждение!» — и сопровождал возглас бубном.

Анна ехала домой. И думала. Ей нужен последний знак.

Она отправила рукопись своему другу — знаменитому автору, — солгав, что роман написала ее подруга, и заплатив баснословную сумму за рецензию. И когда через три дня он позвонил, у Анны дрожала каждая клетка. Не от страха, что не понравится, а от страха увидеть реальность. Существует огромная разница между изданием под псевдонимом и изданием под своим именем. И понять ее может лишь тот, кто уже делал для себя этот выбор. Запрос Анны был такой: «Моя подруга написала роман и думает, под своим именем издавать или нет». Мнение профессионала оказалось следующим: «Твоя подруга написала бестселлер. И это точно не первый роман. Как минимум третий. Нельзя написать так впервые. На фразе «Что же ты, такая позитивная, мужа не уберегла?» я взял двустволку и хотел звонить тебе, чтобы выяснить, кто такой Матвей. А это черновик. Еще нужно чистить. Но эмоция! Аня, это твой роман, ты его написала. Издавай под своим именем».

Анна приняла решение, и пришло спокойствие. Сегодня презентация книги, а завтра пресс-конференция. И, несмотря на то что город в плакатах, она как маркетолог допускала, что на презентацию никто не придет.

Подъехали к «Праге». Женя галантно открыл дверь.

— Все будет хорошо, — ободряюще-бесполезно поддержал он.

Анна вышла из автомобиля. На полусогнутых поднялась на второй этаж ресторана «Прага». Издалека доносились звуки рояля: красивая музыка о судьбе. Именно о судьбе. Ее каблуки стучали о ступени в такт мелодии. Анна вошла в зал. И ее встретил гул аплодисментов.

Теплый июльский вечер. Озеро. Лебеди, мягко плывущие по серой глади. Ветер уснул, но деревья шепчут о сокровенном. Ты растворяешься в почти беззвучной природе и лучше слышишь себя. Анна оперлась на перила. Огромный балкон, на котором можно укрыться, как в забытой всеми лодке.

Презентация книги проходит в зале с символичным названием «Библиотека» в ресторане «Прага». Главное украшение интерьера — три окна во всю стену. А в центре — балкон, с которого открывается чарующий вид на озеро и лес в сердце мегаполиса. Окна, заставляющие лицезреть и восхищаться, сегодня зашторены из-за мероприятия. Выход на балкон загорожен брендволом, закрывающим обзор. Анна спряталась в этом подобии лодки.

Презентация состоялась. Остался лишь апогей вечера, после которого — слово автора. Она не привыкла к пристальному вниманию, вспышкам камер, вопросам. Мир селебрити не для нее. Она всегда избегала публичности. И даже когда Матвей спросил о популярности, ответила, что примет ее, если другого пути не будет. Сейчас другого пути нет. Пока ее книгу прочитали только два критика, но она верит, что «Жить жизнь» поможет тысячам. Ради них она согласилась на эту плату.

Анна взглянула на лебедей и фонтан в центре озера. Ощущение как на аукционе: как будто заплатила безумную цену за украшение, которому не находишь применения. Но все-таки выкупила лот, и твоей покупке аплодируют сотни людей. А фотографы снимают. Ты же не знаешь, что этот лот сделает с твоей жизнью. Зато знаешь, ради чего так дорого платила: во имя свободы от манипуляции. И все же неясно, для чего этот лот. Написать роман во имя. А подписать книгу своим именем — непонятный выбор. Может, для мира он и естественен, но сама она не знала ответа.

Мимо пролетела бабочка. Анна удивленно проследила за траекторией ее полета. В полной уверенности, что она опустится на перила: все-таки бабочка — символ книги. Бабочка села ей на левое плечо.

Анна открыла бежевую сумочку и достала сигареты. У нее есть пару минут, прежде чем ведущий объявит ее имя.

— Как ты, Аннет? — прозвучало в ответ на первый выдох сигаретного дыма.

— Как ты меня нашла? — слегка испуганно поинтересовалась Анна.

— По запаху, — Гала громко рассмеялась и тоже закурила.

Потом подошла вплотную и нежно обняла. Проникновенно. По-матерински. Тоже вглядываясь в глубокую гладь, освещенную огнями ресторана.

— Ждешь его? — грянул вопрос-выстрел.

За два часа они не успели обменяться и парой слов. Скорее всего, именно это причина точечных вопросов.

Анна глубоко вдохнула. В их разговоре имена не нужны: подруга говорила о Матвее.

— Нет, не жду, — последовал честный ответ.

Гала недоверчиво наклонила голову.

— Ты думаешь, он не знает? — Она спрашивала о выходе книги.

— Знает. Весь город в бордах с моими глазами.

На лице подруги промелькнуло восхищение.

— Знает, — уверенно заключила Анна.

— Тогда почему не ждешь? — возмущение угадывалось в каждом звуке.

Анна развернулась. Ее взгляд задержался на ярком наряде собеседницы. Она словно арабская принцесса в насыщенно-синей тунике и тюрбане, мелкие стразы которого благородно сияют в свете вечерних огней. Красивая жена шейха. Анна улыбнулась подруге, но не вопросу.

— Он научил не ждать. И кроме того, он инфант, — внимательно посмотрела на Галу. — Инфантильная личность, — уточнила, чтобы та не подумала, что речь идет о наследном принце.

— Я не верю! У него есть чувства! Вспомни горы. Он обязательно появится! — в голосе читалась уверенность, непоколебимая, как скала.