Анна Богинская – Код: Вознаграждение (страница 21)
— Послушайте, что дальше!
Анна продолжила рассказ, закончив на предложении издательства переехать в Нью-Йорк.
— Это была вторая проверка! — пораженно воскликнула Вика.
— Не поняла. Если бы она отказалась, все могло бы пойти по-другому?! — ворвалась в разговор Гала.
Вика уверенно кивнула.
— Нет, я в это не верю.
— Мы принимаем решения, которые показывают Жизни, чего мы достойны. Если ты достоин лучшего, то сможешь сделать правильный выбор. Если нет — оставайся там, где ты есть, — пояснила Анна. — Моя история тому подтверждение.
— Подожди, будет еще третья проверка! — перебила ее Вика.
— Почему?
— Их всегда три и еще одна, — уверенно пояснила подруга. — Может, Вселенная хочет дать тебе еще что-нибудь?
— Я думала, что уже прошла все.
— He-а. Три плюс одна.
— Почему так?
— Потому что все думают, что трех выборов достаточно, но изменения всегда происходят после четвертого выбора.
— Откуда ты это знаешь?! — возмутилась Гала.
— Знаю, и все, — Вика тоном дала понять, что объяснений не будет.
Голос Туей прервал беседу:
— Я ничего не понимаю. Какое решение ты приняла?
Анна вздохнула:
— Новость вторая: я уезжаю жить в Нью-Йорк.
В комнате повисла тишина. Довольно улыбалась только Вика. Гала же с Тусей напряженно молчали. Анна ждала, когда их прорвет. Минуты шли. Гала закурила. Туся, ничего не говоря, взяла сигарету из ее рук и сделала затяжку.
— Ты уезжаешь жить в Нью-Йорк… — обреченно сказала она.
— Я теряю сознание! — Гала театрально закатила глаза. — Несите мне нашатырь! Туся курит!!!
— А где ты там будешь жить? — выпуская дым, тем же тоном продолжила Туся.
— А Буржуй? — спросила Вика.
Анна припарковалась возле входа в «Совершенство». Сколько времени она не приезжала сюда? Полтора года? Все это время она старалась не ездить по дороге, на которой могла встретить его. Не ходила в рестораны, в которых они бывали когда-то. А если и попадала туда, то с опаской смотрела по сторонам. А теперь перед ней здание клиники, в которой когда-то произошло столько значимых событий. Время меняет многое. Безразличие. Настолько безразлично, что Анна не задумываясь припарковалась напротив ворот. Плевать, что он подумает или скажет и тем более что могут подумать сотрудники или его друзья, если увидят. Отправила СМС: «Я у входа».
Матвей позвонил, как и обещал. Сообщил, что вернулся, и предложил встретиться в четыре. Его звонок стал неожиданностью. Он научил не ждать, и за это она всегда будет ему благодарна.
Входная дверь распахнулась, и в проеме показался силуэт Матвея (его рост не оставлял возможности перепутать). Он подошел к воротам и остановился, ища глазами ее машину. Анна посветила ему фарами. Посмотрел на авто, но продолжал стоять. Она еще раз посветила фарами. Только после этого он направился в ее сторону. Открыл дверь и положил сумку на заднее сиденье. Затем сел на переднее.
— У тебя новая машина? — начал он с нейтральной темы.
— Да.
— Ну, здравствуйте, Анна Александровна!
— Здравствуйте, Матвей Анатольевич! — в том же тоне ответила она.
— Куда поедем?
— Мне все равно.
— Поехали туда, где есть кальян.
— «Овцы»?
— Лучшее, что я мог себе представить! — сказал он в привычнопафосной манере.
Повернула налево и остановилась на светофоре.
— Значит, кто-то другой отблагодарил ренджровером?
Анна опять не могла его понять. Мозг достал из ячеек памяти нужный файл. «Благодарность в виде ренджровера и двоих детей», — прозвучало в голове. Анна вспомнила сладкую песню Матвея, которую слышала в сентябрьский вечер второго раунда игры.
— Ты спрашиваешь, подарок ли это? Ответ: нет.
Они ехали по улице Артема в сторону Подола. Ее опять не отпускала мысль о машине времени. Опять она его ждет, опять забирает, опять везет туда, где кальян, опять не понимает.
— И все-таки как ты оказалась в Нью-Йорке?
— Эта поездка была запланирована, — честно ответила она.
— Ань, не начинай: ты сбежала! — на повышенных тонах перебил он.
— Как скажешь, — согласилась она.
Матвей посмотрел удивленно: не ожидал такой смиренности.
— Моя поездка была запланированной, наша встреча для меня — неожиданной, — Анна сделала акцент на «для меня». — Поэтому, если побег — это отключенный телефон, я согласна. Но для меня это «взяла паузу».
— Зачем? — задал он странный вопрос.
Но такие вопросы от него стали привычными.
— Я имела на это право. Знаешь, сколько раз я представляла нашу встречу? А она оказалась совсем другой.
— Какой?
— Неожиданной.
— Ты не ожидала, что я так себя поведу?
Посмотрела на него внимательно:
— Да.
По его лицу пробежала тень удовлетворенности. Удовлетворенность. Матвей доволен собой. В том-то и дело, что она ожидала другого. Где-то очень глубоко маленькая часть ее души все-таки надеялась, что после выхода книги он посмотрит на произошедшее иначе.
— Мне нужно было подумать, — продолжила она.
— О чем?
— О тебе, обо мне, о нас, — без пауз сообщила Анна.
— И что надумала?
Они стояли на светофоре. Анна пристально вглядывалась в его лицо.
— Мы едем курить кальян, — ответила она и перевела взгляд на дорогу.
Этому ее тоже научил он: говорить правду, которую каждый может интерпретировать по-своему. Матвей выдал ту же реакцию — удовлетворенность. Его ложное эго, как всегда, просилось наружу. Он понял ответ неправильно. У нарциссов-манипуляторов есть вселенская уверенность в том, что с ними никогда не поступят так, как поступают они, и все, что им говорят, непременно правда. Анна же для Матвея новый опыт.
— Ты красивая.