Анна Бигси – Снегурка для опера Морозова (страница 6)
– Да не брыкайся ты! – психует пэпс, подтаскивая ее ко мне.
Забираю и под локоть тяну за собой в отделение. Тут тепло, пахнет кофе, оружием, в большей степени мужским парфюмом.
– Почему вы так со мной? Что я вам плохого сделала? – хнычет Снегурка.
– Вот сейчас и будем выяснять, – спокойно отвечаю я. – Навскидку мошенничество, кража…
– Что?! – спотыкается она.
Глава 7
Не успеваю сориентироваться и лечу носом вниз. Денис ловит меня за шкирку, как нашкодившего котенка и встряхивает, возвращая на твердую землю.
– Под ноги смотри, – рычит строго и тащит меня к входной двери.
– Сам смотри, – бормочу себе под нос, чтобы он не слышал, но даже не пытаюсь вырваться. Да это и невозможно, его лапища туго стягивает мое плечо.
Денис злится. А я не понимаю почему. Я же ничего не сделала. Еще и натерпелась всякого в этой дурацкой полицейской машине. Женщины там неприятные, всю дорогу гадости мне говорили, издевались и пошло шутили. До сих пор неприятно и хочется помыться.
Денис открывает дверь и буквально вталкивает в здание. Мокрые сапоги скользят по линолеуму, но удается поймать равновесие. Осматриваюсь, никогда не была в полиции. С одной стороны толстое стекло с надписью «Дежурная часть» с другой стороны клетка. Там уже разместились мои «подруги» по несчастью. Кошусь на них и на всякий случай прижимаюсь к Дениске.
– Че мент, на новенькую запал? – ехидно скалится одна из них. – Она у нас неопытная еще, смотри откусит.
– Чего? – округляю глаза и испуганно смотрю на Дениса. Он же не верит им?
– Ну-ка тихо тут, – Денис бьет папкой по прутьям клетки и идет к дежурному. – Ключ дай от допросной.
– Зачем?
– Че за вопросы тупые? – его ноздри опасно раздуваются.
– А оформлять как?
– Пока никак.
– Так не положено.
– Олег, блять, – рявкает Денис, а я подпрыгиваю от неожиданности.
Ничего себе, каким он бывает грозным. Мне даже становится страшно.
– Под твою ответственность.
Забирает ключ и снова куда-то меня ведет. Бесконечный коридор и, наконец, нужная дверь. Открывает и впускает меня. Жуткое место, стены какие-то темно серые, лампочка блеклая под потолком. Стол, два стула, батарея еще советская и окно с решеткой.
– Располагайся, – кидает папку на стол, расстегивает куртку и укладывает рядом, а мне так хочется надеть ее на себя и погреться.
Смотрю на него исподлобья и присаживаюсь на краешек стула. Денис морщится и разминает шею так, что хрустят позвонки.
– А бабушка говорила, что так делать вредно… – комментирую я и обиженно складываю руки на груди.
Денис опирается ладонями на стол и подозрительно прищуривается.
– А твоя бабушка не говорила, что чужое брать не хорошо?
– Говорила, – с готовностью киваю и улыбаюсь.
Это же все знают. И я никогда ничего и не беру. Да мне и не надо чужого. Я сама заработаю.
– Так какого хера ты мое портмоне увела?
– Че-го?
– Где деньги Настя? – рявкает Денис и звучно шлепает ладонью по папке.
Подпрыгиваю от неожиданности.
– К-какие деньги? – ничего не понимаю.
Я не брала никаких денег. Даже не видела.
– А еще карты и права. Ты хоть понимаешь, какой головяк это восстанавливать?
– Но я ничего не брала, – лепечу испуганно.
Так ведь не бывает? Почему меня обвиняют в том, чего я не делала?
– Но их нет.
– А я здесь причем?
– Так больше нет вариантов-то, – продолжает ругаться Денис. – Ты вчера свалилась, как снег на голову. Втерлась в доверие, осталась ночевать. А утром свалила по тихой с моим кошельком.
– Вы правда думаете, что это я?
Внезапно становится так обидно. Прямо до слез. А Денис молчит. Его губы плотно сжаты, а на лице ходят желваки.
– Я ничего не брала, – всхлипываю я и шмыгаю носом. – Почему вы мне не верите?
– Да потому что, – взрывается он и начинает ходить по комнате из угла в угол. – Я вообще никому не верю.
– И правильно, – горестно вздыхаю. – А Мишенька меня предупреждал. Он говорил, что в Москве люди злые, а менты продажные.
– Чего, – Денис вновь оказывается рядом и смотрит мне в лицо. – А где он твой Мишенька?
– Я не знаю, – прорывает меня на слезы. – А если с ним что-то случилось? Он, наверное, переживает за меня очень. Я ведь телефон-то забыла, – прячу лицо в ладонях и реву еще сильнее. – Еще и костюм весь перепачкала. А если не отстирается? Что мне делать? Он же денег стоит… – проблемы так и сыпятся на мою голову. – А еще после обеда несколько заказов надо отработать. Дети же ждут. А я в тюрьме-е-е.
– Пиздец, – обескураженно выдыхает Денис, сползает по стене на корточки и закуривает сигарету.
А мне становится так жалко и себя. И Мишу, который сбился с ног искать меня. И детей, что не дождутся поздравлений. И даже Дениса, который потерял кошелек. Реву навзрыд и не могу остановиться. Слезы нескончаемым потоком текут по щекам, а нос закладывает.
– Ты это прекрати, сырость разводить, – хмурится Денис.
– Не прекращу, – спорю упрямо.
Не могу я так. Не получается остановиться. Словно заклинило. Но и признаваться не хочется, решит еще, что я с приветом.
– А я говорю хватит рыдать, – он тушит сигарету и подходит ко мне.
– Нет не хватит, – капризно тяну я и громко всхлипываю. – Хочу и буду!
– А я тебя выпорю, – угрожает Денис и хватается за свой ремень
– А я еще сильнее плакать буду!
– Ну все, ты меня достала.
Он хватает меня за шкирку, кладет грудью на стол и придавливает рукой сверху.
– Не надо-не надо, я больше так не буду! – кричу, что есть силы, понимая, что шутки закончились и Денис настроен очень решительно.
Но он глух к моим мольбам. Звякает пряжка ремня и в этот момент открывается дверь
– Морозов, ты охренел что ли?