Анна Бигси – Бракованная. Ты меня не сломаешь (страница 9)

— Отлично сработали, — говорю им всем. — Парням все, что будет необходимо…

— Как всегда, — кивает Хан.

— Здесь надо прибрать, — окидываю взглядом мясорубку, которую мы устроили. — Все же люди приедут за товаром…

— Все сделаем, как надо, — Хан хлопает меня по плечу. — Езжай домой, невеста небось заждалась.

Хочется сказать, что никто меня не ждет. И невеста совсем не моя. Но зачем? Пожимаю, протянутую ладонь и иду к машине. Водитель плавно трогается с места, увозя меня из этого ада.

Адреналин сходит на нет, а вместо него наваливается усталость. Тело требует отдыха, хоть мозг и продолжает работать в полную силу, прокручивая разные варианты развития событий. По всему выходит, что Муслим что-то затеял и не отступится. Он нанесет следующий удар, но куда?

Дом встречает тишиной. Слишком спокойной после недавней перестрелки. Фара выходит мне на встречу. Окидывает придирчивым взглядом и смотрит в глаза.

— Как все прошло? — спрашивает он.

— Нормально, — бросаю, проходя мимо. — Как девчонка?

— Тихо сидела. Проблем не доставляла.

— Хорошо, — иду к лестнице.

Душ и сон — единственное, что мне сейчас нужно.

— Джин, а зачем она тебе?

Останавливаюсь и медленно оборачиваюсь.

— В смысле?

Он неопределенно пожимает плечами.

— Ну… ты же жениться не собираешься. А если вдруг решишь отдать… кому-нибудь.

Его слова не сразу доходят до меня. Повисает пауза, во время которой, я пытаюсь сложить дважды два.

— Фара, — говорю тихо, но голос звучит предостерегающе. — Мне кажется или ты переходишь границы?

Он сразу поднимает руки.

— Да не, ты че. Я просто спросил.

— Просто? — вопросительно приподнимаю бровь.

— Ну да.

Выжидательно смотрю на него. Вроде все в порядке, но внутри что-то неприятно царапает. Какой-то осадок после разговора появился. Но разбираться сейчас нет ни сил, ни желания.

— Закрыли тему, — отрезаю жестко.

— Принял, — отзывается Фарах.

А я поднимаюсь по лестнице в свою комнату. Двигаюсь на автомате, открываю дверь и щелкаю выключатель. Комната озаряется ярким светом, а я замираю на пороге, потому что на моей кровати спит Аделия. Такая хрупкая и нежная, нереальная. В моей черной рубашке, волосы разметались по подушке.

Черт… Я забыл. Вхожу и выключаю свет, чтобы ненароком не разбудить. Стою несколько секунд, жду пока глаза привыкнут к темноте. Глубоко вдыхаю и улавливаю новый аромат. Чужой для меня и этой комнаты. Легкий, с оттенком ванили, он принадлежит Аделии, а от меня пахнет порохом и чужой кровью. Хочется смыть с себя эту грязь немедленно, но сначала к ней.

Слабый лунный свет пробивается сквозь легкую тюль. Этого достаточно, чтобы видеть очертания предметов. Бесшумно иду ближе. Останавливаюсь у кровати и смотрю на лицо девушки. Долго и спокойно, а в голове одна мысль: «Что мне с тобой делать?»

Присаживаюсь на корточки, чтобы стать ближе. Изучаю едва уловимые черты лица, тонкие и нежные. Прядь волос упала на глаза. Тянусь рукой, сам не понимаю зачем. Пальцы едва касаются прядки, убираю ее с лица. И в этот момент Аделия вздрагивает. Резко, как от удара. Глаза распахиваются, смотрят на меня с ужасом и отшатывается.

— Кто здесь? — голос хрипит и срывается.

Я замираю на мгновение и тихо отвечаю:

— Все хорошо, — голос звучит ровно. — Я ничего тебе не сделаю.

— Джихангир? — осторожно уточняет Аделия, а я почему-то улыбаюсь, услышав свое имя, слетевшее с ее губ.

— Да, это я, — поднимаюсь на ноги. — Спи, здесь тебя никто не тронет.

— А вы? — очень прямо, буквально в лоб.

И вот тут у меня нет четкого ответа. Врать не хочется, а правда непонятна даже для меня самого.

Глава 11. Джихангир

Не удостоив девчонку ответом, забираю необходимые вещи и временно перемещаюсь в гостевую. Вообще спать там должна была Аделия, но не гонять же ее среди ночи. Завтра переедет.

Вхожу в комнату и на ходу расстегиваю рубашку, затем ремень брюк и сами брюки. Скидываю все на пол, завтра все это сжечь к херам собачьим. Включаю воду в душевой кабине и уверенно шагаю внутрь. Горячие струи лупят по плечам и спине, расслабляя задеревеневшие мышцы, смывая усталость. Поднимаю голову, позволяя воде стекать по лицу и фыркаю, когда она попадает в рот.

Набираю в ладонь геля для душа и щедро размыливаю по коже, хочется смыть с себя события вечера, очиститься от всей этой грязи хотя бы внешне. Перед глазами неожиданно появляется Аделия. Как шла в свадебном платье и фате к своему жениху. Изящная и красивая, как фарфоровая статуэтка. А потом ее взгляд сквозь меня и глаза такие пронзительно-голубые, что до сих пор не получается забыть. А потом ее сон в моей кровати, чистая, нежная, трогательная, так и хотелось обнять, спрятать в своих руках от всего на свете…

Качаю головой, отгоняя ненужные мысли и воспоминания и выключаю воду.

Мозг еще работает без сбоев, а телу нужен отдых, лучше полноценный сон. Падаю на кровать прямо в полотенце и закрываю глаза. Нужно восстановить силы, завтра они мне еще понадобятся.

Засыпаю мгновенно, едва коснувшись головой подушки. Буквально проваливаюсь в черную дыру без сновидений. Просыпаюсь так же резко, будто и не спал вовсе. Но в комнате светло, значит утро все же наступило.

Сажусь на постели и разминаю затекшие мышцы. Тело ломит, а в висках неприятно пульсирует, словно бухал пол ночи. Еще и бормотуху какую-то. Растираю лицо ладонями, в памяти всплывают обрывки вчерашнего дня: похищение невесты, разборка на складе с оружием. Выстрели, крики, чужая кровь на руках. Хорошо не своя.

Заставляю себя проснуться окончательно и привычно нагружаю тело. Сначала разминка, потом комплекс упражнений. Все, чтобы быстро прийти в тонус и зарядить мышцы энергией. Потом споласкиваюсь холодной водой и думаю о насущном.

Надо… разобраться с Муслимом. Мысли цепляются одна за другую, выстраиваются в холодную, четкую линию. Кто, куда, зачем. Где он ударит. Где ждать подставы. А где лучше ударить первым. Все просто. Все понятно. Все под контролем. Но что делать с девчонкой ума не приложу.

Прохожу мимо своей комнаты и невольно замедляюсь у двери. Войти? Постучать? Да, млять… Раздраженно закатываю глаза и толкаю дверь, в конце концов это моя комната.

Аделия сидит на кровати, поджав под себя колени и вскидывает голову, стоит мне переступить порог. Белоснежные волосы пенной волной рассыпаются по ее плечам, а голубые глаза смотрят мимо меня. Опять.

— Доброе утро, Аделия, — говорю равнодушно, но голос слегка проседает.

— Доброе утро, Джихангир, — отвечает тем же тоном, вызывая у меня улыбку.

— Как спалось? — пожираю взглядом ее хрупкую фигуру, спрятанную под черной тканью.

Моя рубашка ей сильно велика, висит как балахон. Это должно быть неудобно. Да и в принципе надо решить вопрос с одеждой и личными принадлежностями.

— Все хорошо, спасибо… — привычным жестом поправляет волосы и прячет от меня босые ноги.

Каждое движение этой малышки эхом отдается внутри и причиняет дискомфорт. Не нравится мне такая нестабильность.

— Напиши список всего необходимого, — говорю я. — Я дам распоряжение Фараху, он все достанет.

— Нет, пожалуйста, — шепчет Аделия и виновато опускает глаза.

— Нет? — подозрительно прищуриваюсь я и подхожу ближе.

Девушка кусает губы. Поднимаю ее лицо за подбородок. Аделия вздрагивает, ресницы испуганно дрожат, но она все равно будто избегает смотреть прямо на меня. Слишком зажата и напряжена.

— Простите, — шепчет она тихо. Так тихо, что читать приходится по губам.

Но дело в ее реакции. Хмурюсь, внимательнее рассматривая лицо. Оно бледное и почти не выражает эмоций. Ровные, изящные брови, маленький, аккуратный нос, небольшая россыпь веснушек на скулах, и губы… нежные и трепетные, как цветок.

— Он тебя напугал? — также тихо рычу я. — Сказал тебе что-то?

Внимательно слежу за реакцией. Глаза чуть сильнее распахиваются, а губы подрагивают.

— Нет, — Аделия качает головой. — Просто он… он мужчина.

Кусочки пазла в голове складываются сами собой, образуя цельную картину. Она воспитывалась в строгих правилах и закрытом пространстве. Я не подумал об этом. Даже не попытался, если быть честным.