Анна Бердникова – Провинциальный роман. Ирина (страница 38)
– Ты, что?? Нет, этого ни в коем случае делать нельзя! Пойдем обратно!
Ленка стремительно потащила Виталика прочь от аптеки на Морском. Виталик, недоумевая, подчинился.
– Лена, я не понимаю, в чем вселенскость трагедии? Ну, Макс, ну, Соня, что такого?
– Он не понимает?! Посмотрите на него! Как Ире об этом сказать? Как она себя при этом чувствовать будет? Ты подумал?
– А почему я об этом думать должен?
– Потому что теперь это и наша ответственность! Разве мы не собирались выдать Иру за Макса?
– Лен, да мало ли чего мы собирались? Мы вот собирались воспитывать пятнадцать детей, не далее как четверть часа назад.
– Так для тебя свадьба Иры – такой же прожект, как пятнадцать детей?
– Почему такой же? Для меня пятнадцать детей – более реальны, чем женитьба двух людей, которые в ней не заинтересованы.
– Это почему же не заинтересованы. Очень даже заинтересованы. Ира заинтересована, и я тоже.
– Ага, твоя заинтересованность здесь – самое главное.
– Смейся, смейся. Хорошо смеется тот, кто смеется последним.
– А еще был «Человек, который смеется». Он, я так полагаю, смеялся и первым и последним. Он, как явствует из названия, смеялся практически всегда, – дурачился Виталик.
Но Лена, казалось, не замечала его шуток. Она о чем-то всерьез задумалась.
– Лена, ты где? Я тебя сейчас потрясу, как грушу.
– Надо Иру как-то подготовить к тому, что общение Макса с Соней получило продолжение…
– Ты думаешь, что она сама об этом не догадывается?
– Одно дело думать и догадываться, а совсем другое – знать наверняка.
– Постой, я чего-то не понимаю! Она-то наверняка сейчас ничего не знает. Знаешь только ты. Откуда она об этом узнает, если ты ей ничего не скажешь?
– Ой, Виталик, ну нельзя же быть таким темным! Я приезжаю в Иргу, захожу к ней и ничего не говорю про Макса, как будто наших грандиозных планов и не было.
– Но она ведь не спросит тебя вот так прямо: «Лена, а не видела ли ты, как Макс и Соня гуляют по Морскому?». Пока такого вопроса не будет, можно ничего, ну или почти ничего не рассказывать.
– Ага, передавать приветы от Макса, типа на этом фронте все без перемен. Мы по-прежнему полны энтузиазма, так?
– Давай, Лен, я не буду тебя этому учить!
– Вот это – правильное решение! Здорово, что ты не будешь меня этому учить!
Некоторое время они шагали в молчании. Вдруг Ленка остановилась, пораженная внезапно пришедшей идеей.
– Давай отправим Ирку на твоих «сиреневых»!
– В смысле?
– Без всякого смысла! Мы выберем тренинг, который будут вести нормальные инструкторы, и отправим туда Иру. После этого в «сиреневом тумане», ей некоторое время море будет по колено, не то, что какая-то Соня!
– …
– Ну, же, Виталик, решайся быстрее! Это классная идея!
– Я просто ушам своим не верю! Ты говоришь о том, что от «сиреневых» есть какая-то польза! Нет, нет, этого не может быть!
– Я настаиваю, что это замечательная идея! Свозим Иру в Томск, ей туда ближе.
– Так уж и ближе!
– Конечно, не только ближе, но и лучше. Эта поездка не будет у нее ассоциироваться с Максом, со знакомством с ним. Да, Томск, определенно лучше.
Виталик недоуменно-удивленно качал головой. Для него ход Ленкиных мыслей оставался загадкой.
– Дорогая, тебе не кажется, что ты бежишь впереди паровоза сейчас? Точно также, как и с этим знакомством?
– А что собственно произошло?
– Ты не подумав, втягиваешь человека в авантюру, а потом самой же приходится думать, как исправить то, что получается.
– Я не считаю знакомство Ирихи с Максом авантюрой. Более того, я думаю, что, может быть даже еще не все потеряно. Просто сейчас Иру надо отвлечь от собственно этого знакомства. Она отвлечется, пройдет немного времени, Макс найдет в себе силы отмахаться от Сони – и дело в шляпе.
– Да? А мне несколько минут назад казалось, что ты хочешь свозить Иру на тренинг, чтобы пока та будет в «сиреневом тумане», сказать ей, что ничего не вышло. Нет?
– Ну… Свозим, а там посмотрим. Понимаешь, Виталик, тут какая штука, Ира ничего не теряет от этого знакомства, а в случае везения много чего приобретает. Точно также и с тренингом.
– Хорошо, давай подумаем, когда ее лучше пригласить…
Несколько минут спустя Ленка и Виталик увлеченно обсуждали идею поездки в Томск. Ленка и удовольствием отметила, что Виталику приятно, что она предложила эту поездку, что в кои-то веки проявила заинтересованность его увлечениями, признала их полезность.
– Виталик, смотри, это же Денис!
От остановки в сторону общежития бодрым шагом двигался Денис. Похоже, он впервые за довольно длительное время пребывал в радужном настроении и даже, кажется, насвистывал что-то себе под нос.
– Догоним?
Виталик прибавил скорости, таща за собой на буксире, не успевающую за ним Ленку.
– Может быть, мы настигнем его уже дома, – умоляюще пищала она. – Сходим к нему в гости?
Денис возвращался домой с самого настоящего свидания. Был очень доволен собой и проведенным временем. Вчера Аленка где-то между салатом и «Домом, который построил Джек» предложила съездить в Ботсад, погулять, а потом, как получится. И прогулка, и то, что получилось потом, было на высоте. Однако, маленький червячок сомнения, немного портил радужную общую картинку, он подтачивал опору, на которой базировалось прекрасное настроение Дениса. Аленка – замечательная девушка, с ней весело общаться, к ней приятно прикасаться, она смеется шуткам, даже самым бородатым, если их произносит Денис. Но… Это самое «но» по мере отдаления от Аленки приобретало в сознании Дениса все большие масштабы. В процессе общения Денис вообще не припоминал, чтобы у него вообще были хоть какие-то сомнения в правильности того, что он делает и говорит. А по дороге домой маленький червячок рисковал вырасти до размеров хорошо откормленного питона и задушить Дениса в своих объятиях. Аленка к величайшей досаде Дениса не соответствовала высочайшим требованиям Дениса, предъявляемым им к девушкам, которых он мог назвать своими. Черты Аленкиного лица не отличались правильностью, да и фигура была не идеальна – талия была немного длинновата по сравнению с классическими образцами, а ноги немного коротковаты, самую малость, но эстетствующему Денису этого было вполне достаточно. Хотя между Денисом и Аленкой была четкая договоренность о встрече в следующие выходные, Денис все больше склонялся к тому, что он под каким-нибудь предлогом отменит эту встречу. Чем с большей определенностью Денис это понимал, тем мрачнее становился. В свою комнату Денис поднялся уже будучи глубоко задумавшимся, а ко сну рисковал отойти в своем обычном почти депрессивном настроении. Тяжела участь эстета, стремящегося к совершенству. Горько осознавать, что нет совершенства под луной. Если девушка классически красива, к сожалению, это не предполагает автоматически ни развитого интеллекта, ни более или менее уживчивого и спокойного характера.
В таких тяжких раздумьях Дениса застали поднявшиеся к нему Ленка и Виталик, решившие было, что насвистывавший что-то себе под нос около часа назад Денис им просто померещился.
Первое время Денис упорно пребывал в своих раздумьях, как моллюск в раковине, но Ленке все-таки удалось его выманить оттуда идеей поехать в Томск, чтобы сделать лучший в истории томских тренингов выпускной. Спустя пятнадцать минут Денис активно принимал участие в набрасывании общих сюжетов для проведения выпускных вечеров.
В традиции проведения психологических «сиреневых» тренингов были заложены выпускные вечера. На этих выпускных участники весь тренинг бывшие ассистентами и сидевшие за кругом, перед вручением дипломов непосредственным участникам – студентам, разыгрывали небольшие миниатюры, каким-либо образом связанные с тем, какие проблемы студент решал на трениге. Сделать яркий, запоминающийся и в то же время корректный и тактичный выпускной всегда было сложной, почти ювелирной работой. Это связано с тем, что часто студент выносит на круг довольно конфиденциальную информацию, обыгрывание которой может быть ему неприятно. Да и сами готовящие выпускной заключают договор о конфиденциальности. Поэтому в ход обычно идут яркие фразы, жесты, реакции студента, подмеченные ассистентами, эти наблюдения суммируются, объединяются общим сюжетом и предъявляются участникам тренинга и гостям выпускного. Работа творческая и захватывающая. Подготовка выпускного, пожалуй, единственное, что привлекало Ленку и могло ее замотивировать пойти на тренинг.
Ближайший тренинг в Томске через неделю, времени на подготовку совсем немного. Сколько всего еще надо сделать: поставить в известность Иру, договориться на работе об отсутствии во второй половине дня в пятницу, найти деньги на поездку в конце концов!
Глава 22
К большому Ленкиному удивлению уговорить Иру не составило особого труда. Точнее было бы сказать, ни составило вообще никакого труда. У Лены сложилось впечатление, что Ира ждала чего-то подобного.
Для Иры неделя прошла, как будто под наркозом. Острота впечатлений и ощущений от вечеринки и знакомства с Максом как будто были выключены, стерты известием о катастрофе с одногруппницей. Даже комичная ситуация с Андреем не сделала краски ярче. Ире казалось, что она теперь живет от визита до визита Ленки, все остальное потеряло смысл, стало далеким и неважным. Ира автоматически ходила на работу, автоматически училась, даже автоматически проектировала оригинальные модели своим клиентам. Себе Ира говорила, что сейчас она спит, но вот-вот проснется и тогда… Впрочем, что тогда Ира пока не знала. Приедет Ленка, тогда и проснусь. Ленка не обманула возлагаемых на нее надежд, она приехала с предложением поехать в Томск. Ира с радостью согласилась. Это предложение еще более утвердило ее в мысли, что ее настоящая жизнь получается связанной с Ленкой. В Ирге она набирается сил и отдыхает, чтобы иметь возможность как можно более полно воспринимать события и явления, которые влечет за собой общение с Ленкой. Тогда все верно, в Ирге она должна именно спать, чтобы быть бодрой и свежей к Ленкиному приезду. Такая каша из мыслей образовалась в Ириной голове к моменту Ленкиного приезда. К этому моменту Ире по большому счету было все равно, куда ехать, что делать, но присутствовало твердое убеждение, если Ленка в этом участвует – значит, это будет интересно и насыщено новыми впечатлениями. Если бы Иру кто-нибудь спросил, почему она настолько доверяет Ленке и позволяет ей режиссировать ее собственную жизнь, Ира вряд ли ответила бы что-то внятное. Ей и самой такое положение вещей было странным, однако где-то в глубине души было ощущение, что все идет по какому-то непонятному пока ей, но верному, правильному плану. Ира представила себя маленькой веточкой, плывущей по течению, отдавшей всю свою инициативу Ленке.