Анна Беннетт – Герцог моей мечты (страница 29)

Несколько секунд она не отвечала. Потом он услышал за дверью шорох, Дилайла подошла к двери, всхлипывая и икая, так что ему захотелось провалиться сквозь землю. Она открыла дверь, и Нэш увидел зареванное лицо и красные глаза. Проклятие! От ее несчастного вида все внутри переворачивалось. Это же Дилайла, его всегда жизнерадостная сестренка! Та, которая способна осветить комнату одной своей улыбкой.

А он сделал ее несчастной.

– Можно войти?

Она кивнула и отступила в сторону.

– Я сожалею, – сказал Нэш.

– О чем? – Дилайла обернулась к нему, уперев руки в боки. – Что я больше не малышка, которую можно держать под замком?

Он виновато улыбнулся.

– Тогда все было проще.

Дилайла рассерженно вышагивала взад-вперед по комнате.

– Ты убежден, что мир за этими стенами огромен и ужасен.

– И он таким бывает.

Нэш знал это лучше, чем кто-либо другой.

– А я не считаю, что мир так плох. Я знаю, как тебе не хватает Эмили. Мне тоже. – В голосе Дилайлы звучала боль, отражаясь эхом и в его груди. – Но неужели ты думаешь, что она не оспорила бы твое утверждение? Неужели думаешь, ей хотелось бы, чтобы мы жили только вполсилы? Лично я считаю, что это огорчило бы ее до крайности.

Дилайла рухнула в кресло и закрыла лицо руками.

Нэш опустился на банкетку рядом с ней, и их глаза оказались на одном уровне. Ее блестящие волосы явно проиграли битву с подушкой, а платье помялось. Светлые кудри упали на лицо и припухшие от плача глаза, и сейчас Дилайла выглядела моложе своих восемнадцати.

Но она права. Во всем.

– В последние пять лет были только мы с тобой. – Нэш накрыл ее руку ладонью. – Наверное, мне бы хотелось, чтобы так все и оставалось, хотя я и понимаю, что это невозможно.

– Я знаю, ты хочешь меня защитить. И это вполне естественно после нашей потери.

У Нэша запершило в горле.

– Ты помнишь, как Эмили вполголоса напевала за вышивкой?

– Это тебя страшно злило, – отозвалась Дилайла. – Конечно же, она это знала. Именно потому и пела.

– Ты немного напоминаешь ее, – признался он. – Она, как и ты, прямо говорила все, что думает, а на ее лице отражались все чувства. Ты знаешь, что в опере она каждый раз плакала? И никогда не брала с собой носовой платок, так что вечно вытаскивала его из моего кармана. Я ворчал на нее, но по правде говоря… Мне так нравилось, что она на меня рассчитывает. В малом и в большом. – Он помедлил, пока не утихли пульсация в голове и учащенное сердцебиение. – Мне так ее не хватает.

– Я знаю. Мне тоже. – Дилайла наклонилась и обняла его. – Но я – не она, Нэш. Я никуда не сбегу.

– То есть пока не влюбишься и не выйдешь замуж.

– Не говори глупости, – сказала она, хихикнув сквозь слезы. – Если ты еще не заметил, у меня нет ухажеров. Ноль.

– Но будет множество, – сухо заметил Нэш.

Дилайла снова откинулась назад со слабой улыбкой.

– Даже после замужества мне будет нужен брат. И я всегда буду рядом, когда тебе понадоблюсь.

– Ты и впрямь выросла, Дилайла. – Нэш поцеловал сестру в лоб. – Прости, что я только сейчас это понял.

– Лучше поздно, чем никогда. По крайней мере, для меня еще не все потеряно.

– Вряд ли тебе грозит остаться старой девой, – усмехнулся Нэш и добавил уже серьезным тоном: – Но Брондейла я по-прежнему не одобряю, причины я тебе назвал.

– Идеальных людей не бывает, Нэш. И каждый способен измениться, в особенности, когда находит того, ради кого стоит меняться. – Дилайла посмотрела на него из-под мокрых от слез ресниц. – Может, для тебя таким человеком стала Кэролайн.

Он передернул плечами. Лучше бы Дилайла не была такой проницательной!

– Мой случай безнадежный, – сказал он только наполовину в шутку. – Но я постараюсь вести себя разумно, когда дело будет касаться того, куда ты ходишь и с кем встречаешься.

– Это значит, что лорд Брондейл может зайти ко мне завтра? – с явной надеждой спросила Дилайла.

В голове у Нэша всплыла страница из книги ставок с отвратительным пари Брондейла. Все в нем буквально кричало, что маркизу следует запретить видеться с Дилайлой. Но он дал обещание.

– Он может зайти, если ты будешь не одна. Но, Дилайла, я нутром чую, что он не для тебя. И прошу довериться мне в этом.

Несколько переворачивающих все внутри секунд сестра смотрела на него, а потом вздохнула.

– Хорошо. Будем надеяться, что на балу в среду я найду несколько подходящих молодых людей. И тогда будем молиться, что хотя бы один из них придется тебе по нраву и не будет мне противен.

– Уверен, мы сумеем найти общий язык.

Нэш поцеловал ее в лоб и встал.

– Ты уже поговорил с Кэролайн? – встревоженно спросила Дилайла.

– Нет. Сначала следовало извиниться перед тобой. Она на очереди.

Дилайла зевнула, на ее лице отразилась усталость.

– Я позвоню Молли и лягу пораньше. Но надеюсь, ты уладишь все с Кэролайн. Я обожаю вас обоих, и мне ужасно видеть вас в ссоре, но если мне придется занять чью-то сторону…

– Предательница.

Нэш подмигнул сестре и вышел, закрыв за собой дверь. Он сумел уладить все с Дилайлой. Конечно, получится и с Кэролайн.

Дойдя до ее спальни, Нэш увидел слегка приоткрытую дверь, но помедлил, чтобы поправить галстук и собраться с духом. Нельзя все испортить.

Он медленно выдохнул и тихо постучал.

Когда она не отозвалась, Нэш постучал еще раз, уже чуть громче.

По-прежнему никакого ответа.

– Кэролайн?

Он приоткрыл дверь и заглянул в щелочку. Кровать нетронута. Бюро полностью освобождено.

Он влетел в комнату, заглядывая во все уголки.

Кэролайн исчезла.

У него упало сердце. Она не оставила даже записки на бюро или на кровати. Не могла же она уйти, не попрощавшись? Нет, вероятно, она внизу, в библиотеке. Или сама отправилась в кабинет на поиски Нэша. Это вполне в ее духе – пойти к нему и высказать все, что он заслужил.

Да, наверное, Кэролайн в библиотеке, решил Нэш – размышляет, как заставить его чувствовать себя самым несчастным существом на земле, пока он не попросит прощения. И поделом. По правде говоря, никто, кроме Кэролайн, не мог бы заставить его страдать.

Нэш шагнул к двери, но тут его взгляд упал на ночной столик.

От прошлой жизни у Кэролайн остался только один предмет, и она хранит его в ящике, если только…

С колотящимся сердцем он открыл ящик. Там было пусто.

Кэролайн забрала сумку с собой, а значит, она не в библиотеке и не в его кабинете.

Кэролайн ушла.

Шагая по улице, Кэролайн вытирала глаза и прижимала к груди сумку. Она прошла всего несколько кварталов, но до нее уже начала доходить непоправимость совершенного поступка. Девушка без имени, без денег, без дома бродит по улицам Лондона. Одна.

Нужно было одолжить у Дилайлы немного денег, но та попросила бы Кэролайн остаться, а отказать, глядя в эти умоляющие голубые глаза, слишком сложно. И потому Кэролайн взяла только несколько собственных монет и выскользнула через заднюю дверь, решив найти пансион, где поживет, пока не найдет работу гувернантки или горничной. Она не знала этого района, как и собственную жизнь, так что придется расспрашивать незнакомцев, где можно найти жилье.

Но пока что уверенный и быстрый шаг помогал побороть злость, увеличивая дистанцию между ней и Нэшем. Она проклинала его за то, что он оказался не таким человеком, как она представляла, и ругала себя за наивность. За то, что отдала ему сердце.