Анна Батлук – Студентка в подарок (СИ) (страница 32)

– Ооооооо, – оживились парни, а мы с Лиссой с недоумением уставились на Таматина.

– Считаю, что мой прорыв нужно отметить, – пояснил для нас парень, хозяйской походкой отправился к шкафу и достал оттуда чашки. К чашкам добавил и стаканы, которые предусмотрительно принес с собой. – Сначала тост, а потом демонстрация.

Хантер открыл шампанское с негромким хлопком и налил всем по глоточку бурлящего напитка. Я отказалась, так как совсем свежи были воспоминания из ресторана, и при взгляде на шампанское меня замутило, еще не хватало напиться и разнести здесь все.

– Итак, тост, – выставил вперед руку со стаканом Таматин. – Вот мне уже восемнадцать лет,

– И три месяца, – шепотом добавила Лисса.

– Я стою перед вами, и весь мир пока еще не знает обо мне.

– И хорошо, – опять Лисса.

– Но я рад, что сладость самого главного моего открытия, но не первого могу разделить с вами, – Таматин взглянул на Лиссу, но она молчала, раздумывая, что сказать. Парни же со страданием взирали на стаканы и чашки. – Нам предстоит еще много работы, но первый шаг к развитию способностей мозга человека сделан сегодня.

– Можно уже пить? – не выдержал Олеф. Его-то как раз в комнате держал только авторитет Хантера, и парень по-настоящему маялся. Таматин величественно кивнул.

Все отпили по глотку (больше ни у кого и не получилось бы, Таматин пожадничал) и уставились на гения. А он с ожиданием во взгляде поочередно рассматривал каждого гостя.

– Таматин, ты будешь нам что-то показывать? – напомнила я, кивая на ворох склянок у двери. – Мы же на демонстрацию собрались.

– Так она уже началась.

– Когда?

Гений взглянул на часы.

– 30 секунд назад.

Лисса и я больше всех общались с Таматином, а потому первые сообразили, что произошло, и с ужасом взглянули на стаканы. Лисса на свой, а я на стакан Хантера: Дангвар все ж таки очень близко сидит, вдруг лопнет.

Парни же пока не понимали, что происходит: удивленно переглянулись, а потом Хантер вдруг провел рукой по лицу.

– Жарко.

– Но бутылка же была закрыта, Таматин, – не выдержала я. – Ты же открыл ее при нас.

– Я просто ее заново потом запечатал, – с радостью поведал Таматин. – После того, как добавил элексир. Ну, чтобы вы раньше времени не догадались. Не правда ли гениально? Я про задумку – само запечатывание очень просто сделать, хочешь расскажу?

Лисса вскочила и бросилась в ванную. Я услышала, как полилась вода. Олеф вдруг поднялся с пола и принялся разминаться, а Эдит потер руками виски и уставился на Таматина.

– Слушай, Кряхс, давно хотел у тебя спросить: ты почему постоянно эту чушь про непризнанного гения несешь?

– Хм, – растерялся Таматин и ничего не ответил, а Эдит продолжил:

– Ты ж просто заучка, ничего из себя не представляешь. Я тебя и без особых способностей переломаю. Оценки у тебя хорошие? А как они в жизни пригодились?

Я онемела и с тревогой смотрела на Таматина, а он, о чем-то раздумывая, вдруг достал блокнот и принялся делать какие-то пометки. Олеф лег на спину и, глядя в потолок, сказал:

– Мне кажется, Таматин очень счастливый человек. Живет в своем мире иллюзий и не понимает, что в настоящем мире все не так уж и радужно. Нам бы эту способность. Я же каждый день осознаю, что мой рост 160 сантиметров, а нравятся мне девушки-жирафы. И как быть? На меня ни одна девчонка ростом выше 170 сантиметров даже не смотрит. И в иллюзиях скрыться не получается.

От такого откровения мы все рты открыли. Дверь ванной распахнулась, и в комнате показалась разъяренная Лисса с мокрыми волосами.

– Ты! – она обличительно ткнула пальцем в Таматина. – Ты что мне подсыпал?! Да я сдержаться не могу от желания тебя убить! Сейчас весь твой элексир в глотку тебе же и затолкаю! И бутылкой утрамбую!

– Полегче-полегче, – попятился Таматин. Лисса надвигалась на него, не замечая, что под ногами у нее лежит Олеф. А Эдит вдруг произнес:

– Талисса, ты так классно выглядишь, когда злишься!

Лисса вдруг смутилась и про подлость Таматина и думать забыла.

– Правда?

– Конечно. Я вообще сюда пришел только, чтобы с тобой поближе познакомиться, а то ты вечно молчишь. Разговаривает только он, – Эдит зло кивнул на Таматина.

– Что происходит? – Хантер обернулся ко мне, и так как он был близко, я заметила, что глаза парня заливает изумрудной яркостью. Я испуганно придвинулась и взяла его лицо в свои руки.

– Не шевелись.

– Ммм, я надеюсь, что ты хочешь меня поцеловать, – промурлыкал Хантер. – У тебя очень красивые губы… и глаза… и нос… фигура у тебя вообще блеск.

– Таматин! У тебя есть противоядие? – закричала я. Глаза Хантера начали светиться. При этом глаза светились уже и у остальных членов нашей компании, кроме меня и Таматина. Эдит что-то мурлыкал на ухо Лиссе, а она звонко хихикала. Олеф же вполголоса рассуждал о справедливости распределения силы.

– Противоядия нет, – почесал затылок Таматин. Но теоретически действие элексира пройдет через час.

Я попыталась встать с кровати, но Хантер меня удержал.

– Я хотел извиниться насчет того, что предложил тебе в первую нашу встречу…

– О как, – растерялась я. – Хантер, сейчас не лучший момент для разговоров, у тебя глаза светятся.

Хантера это не остановило.

– …на самом деле, я просто поспорил на тебя.

– Вот это откровение! – я даже рот открыла от неожиданности. Щеки мои покраснели, и я заполыхала от стыда.

– Мы с парнями видели твое фото на сайте и решили, что все вы модельки доступные, и если тебе предложит переспать член императорской семьи, то ты тут же согласишься.

– Огонь, – разозлилась я. – Ну конечно, ты же целый Дангвар! Как я не умерла-то от счастья, не понимаю!

– И мантия еще эта, – Хантер поморщился. – Не знаю я, как ее снимать. Слышал только, что некоторые умеют, и собирался заплатить парню с пятого курса. Ну если бы ты согласилась.

– А я не согласилась, – я сбросила с себя руку Хантера и вскочила с кровати. – Таматин, что за дурацкий элексир правды ты придумал?! Не хочу я все это знать!

– Но это же ничего не значит, – Дангвар тоже встал и двинулся за мной. – Ты мне сейчас очень нравишься. Я с Амалией даже расстался…

И тут в дверь кто-то громко постучал. Все правдолюбы как по команде замолчали, и переглянулись.

– Кто там? – тоненьким голоском спросила я и чертыхнулась, когда услышала своего старого знакомого.

– Открывай, Тиррос, – в голосе завхоза звучало плохо скрываемое раздражение.

– Зачем?

– Дружбана твоего ищем, Таматина, – язвительно ответил завхоз. – У вас он? Опять гадость всякую варите?

– Нет его у меня!

– Есть! – пискнула Лисса, но Эдит вовремя сориентировался и закрыл ей рукой рот.

– Открывай, я сказал!

– Сейчас открою, Лисса одевается, – пропищала я и испуганно обернулась к друзьям. Правдолюбы сбились в кучу и мигали как свечки. Светящиеся глаза, честно сказать, выглядели жутковато. Виновник торжества принялся бегать по комнате, высоко вскидывая худые коленки.

– Это точно мой сосед! – шепотом верещал он. – Видел, что я ухожу куда-то. Он выжить меня хочет.

– Быстро в шкаф! – зашипела я. – И если ты опять там что-то прольешь – задушу.

Таматин быстро отправился на уже знакомое место, я туда же зашвырнула его склянки и плотно закрыла дверь.

– Теперь вы! – я посмотрела на команду со светящимися глазами. – Если вас завхоз в таком виде увидит, то сердечный приступ обеспечен. И думаю, что мой. Так что быстро в ванную!

Правдолюбы, держа в руках свои стаканы, бросились в ванную. Я затолкала всех четверых прямо в чашу.

– Воду включите!

– Я считаю, что это разумно, – кивнул Олеф.